Меню

Экология реки урал в казахстане

Урал умирает под шелест столичных протоколов

Урал умирает под шелест столичных протоколов

Река стремительно пересыхает, с каждым годом воды приходит все меньше и меньше. Пока идут громкие разговоры столичных комиссий о спасении реки, Урал умирает практически на наших глазах.

ПРОБЛЕМА ДОСТИГЛА ДНА

Урал является третьей по протяженности рекой в Европе после Волги и Дуная. Река течёт по территории Республики Башкортостан, Челябинской и Оренбургской областей РФ и Западно-Казахстанской и Атырауской областей РК. Особую роль играет Урал в сохранении экосистемы и биоресурсов Северного Каспия, а также осетровых рыб.

Водные отношения между Казахстаном и Россией регулируются на основе соглашения о совместном использовании и охране трансграничных водных объектов от 7 сентября 2010 г. В рамках этого соглашения действует двухсторонняя комиссия по совместному использованию и охране трансграничных рек Иртыш, Ишим, Тобол, Урал, Караозен, Сарыозен и Кигач. С 2018 года эта комиссия регулярно проводит заседания, однако дальше декларативных заявлений дела не идут.

Между тем ситуацию с Уралом можно смело рассматривать как экологическую катастрофу. Если сегодня река уже потеряна для судоходства и водопользования, то завтра миллионы людей могут оказаться без питьевой воды. В 2019 году международная геодезическая организация присвоила реке Урал последнюю, пятую степень обмеления и загрязнения, фактически признав ее непригодной для использования человеком.

300 ВОДОХРАНИЛИЩ НА УРАЛЕ

В 2016-2017 годах ученые России и Казахстана провели исследования по изменению водности Урала и назвали главными причинами обмеления строительство водохранилищ, увеличение потребления производственной и коммунально-бытовой воды, искусственное регулирование течения в бассейне реки в связи с развитием орошаемых земель.

Сегодня на российский территории, в верховьях Урала, находится 300 водохранилищ с общим объемом в 4,9 млн кубометров. Именно они забирают большую часть воды.

Кроме этого, на водность огромное влияние имеют климатические факторы – глобальное потепление и засушливость, из-за чего осадки уходят в землю, не успев попасть в реку.

Например, в 2020 году весеннее половодье в Урале длилось недолго и уровень воды был на 10 см ниже нормы.

На катастрофическое обмеление реки жалуются сами россияне.

В 2020 году обмеление Урала как в черте Оренбурга, так и за его пределами достигло своего апогея. Недавний видеоролик оренбуржца, бегающего по Уралу «аки посуху», вызвал большой общественный резонанс в рунете. По данным россиян, 2019 и 2020 годы оказались самыми маловодными за последние 50 лет.

Впрочем практически вброд можно перейти Урал и у нас, в Атырауской области. На реке появляются большие песчаные отмели, которые на спутниковых картах выглядят, как шрамы.

Мы побывали возле нового автомобильного моста в Махамбетском районе, построенного в 2018 году. Рядом с мостом посередине реки образовалась большая песчаная отмель. Такую картину мы наблюдали дальше, в поселке Махамбет. В районе поселка Талдыколь образовались большие песчаные косы. Хронологию обмеления Урала можно посмотреть в архиве спутниковых карт Google Earth.

ПОМОЖЕТ ЛИ ДНОУГЛУБЛЕНИЕ?

Одним из решений проблемы маловодья Урала власти называют дноуглубительные работы, на которые из бюджета ежегодно выделяются немалые деньги.

В 2013-2017 годах в рамках первого проекта было очищено 16 речных перекатов на сумму 1,6 млрд тенге. В 2017-2020 годах реализуется второй проект – дноуглубление на 45 километров канала Яицкий и строительство нового канала протяженностью 16,9 км. На эти цели из бюджета выделено более 1 млрд тенге. Россияне тоже чистят дно Урала, например в Оренбурге. Там в 2019 году на 520 695,6 тысячи рублей (около 3 млрд тенге) были проведены руслоочистительные и дноуглубительные работы Урала.

Однако некоторые эксперты не поддерживают дноуглубление реки, считая это пустой тратой денег.

Например, российский географ академик Александр ЧИБИЛЁВ считает, что такие работы превращают Урал в мёртвую канаву.

– Если хотите канаву – копайте. А если живую реку с водной фауной – нужно сохранять дно, где все микроорганизмы, кормовая база и своеобразная лаборатория по очистке. Прорыв канаву, рассчитывать на помощь природы уже не придется. Впрочем, через пару-тройку лет водный поток размоет отведенный ему коридор, он очень активный и склонен сам прокладывать себе русло, – считает академик.

По словам Чибилёва, чем меньше денег будет выделяться на якобы спасение Урала, тем лучше.

– Все плохое, что сделано для реки, сделано на какие-то средства. Мы вели дноуглубительные работы, строили плотины, развивали примитивное орошение и только ухудшали ситуацию, нарушая законы природы. Нужно смириться с тем, что река у нас именно такая, сопоставлять свои аппетиты с ее возможностями и не пытаться увеличить водность за счет строительства новых тромбов. Хотя, конечно, отказаться от роли покорителя Природы человеку очень сложно, – сказал Чибилёв в своём интервью «Русскому географическому обществу».

С мнением российского учёного согласен эксперт общественного фонда «Центр водных инициатив» Мейрам АРЫСТАНОВ.

Он считает, что перед проведением дноуглубительных работ нужно провести детальный анализ – где, когда и как чистить реку.

– Если неправильно вести дноуглубление реки, это может отрицательно повлиять на экосистему в целом. К сожалению, сейчас работы на Урале ведутся без глубокого, детального научного обоснования, – сказал «АЖ» Мейрам Арыстанов.

УРОВЕНЬ ВОДЫ УПАЛ НА 60%

В министерстве экологии, геологии и природных ресурсов РК, куда «АЖ» обратился с запросом о проблеме гибнущего Урала, нам ответили, что в 2021 году планируется создание базы данных реки.

Для реализации этого проекта на средства Европейской экономической комиссии было проведено исследование – как водность реки адаптирована к изменениям, по результатам исследования разработан план действий по рациональному использованию и сохранению водных ресурсов Урала.

Министерство предоставило «АЖ» таблицу водности реки, по данным гидропостов за последние 4 года уровень воды в Урале упал на 60,7 %.

Далее министерство дежурно отчиталось о проведенных мероприятиях по экологическому улучшению реки. Это исследование гидрологического режима Урала за счет офиса программ ОБСЕ на сумму 19,5 тысячи евро, разработка проекта программы сотрудничества Казахстана и России по проблемам Урала. В проекте программы есть предложения по экологической реабилитации, сокращению объемов сливов загрязненной проточной воды, выявлению источников загрязнения экосистемы и другие комплексные мероприятия, направленные на оздоровление бассейна Урала. В министерстве уверены, реализация этих мер совместно с россиянами даст возможность обеспечивать экологическое улучшение реки.

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ УРАЛА

Из последних новостей – на прошлой неделе Казахстан и Россия утвердили Единую дорожную карту активизации сотрудничества по проведению исследований в бассейнах крупных рек. Академик Александр Чибилёв на сайте института степи Уральского отделения РАН отреагировал на это соглашение так: «работа комиссии должна вестись постоянно и её работа должна осуществляться не в Москве или Нур-Султане, а в Оренбурге и Уральске, то есть на местах экологической проблемы».

12-13 ноября в Кокшетау пройдет очередной казахстанско-российский форум межрегионального сотрудничества с участием глав государств, где должны обсудить единую дорожную карту и прочие проблемы трансграничных рек.

А пока идут эти бесконечные заседания столичных комиссий, нам, живущим на берегу Урала, остаётся с болью в сердце наблюдать последние дни нашего кормильца.

Источник

Урал — территория исчезновения

Ученые объясняют, почему мелеет Урал и можно ли остановить этот процесс

Урал - территория исчезновения

Больше четырех миллионов человек в Казахстане и России проживают в бассейне реки Урал и могут наблюдать, как мелеет река. Причины этого — прежде всего в деятельности человека, говорят ученые. Есть ли возможность что-то поменять в судьбе Урала?

«Я точно знаю, чего не надо делать»

Академик Александр Чибилев, проживающий в Оренбурге, — один из самых авторитетных в мире науки людей, который знает об экологии реки Урал все. Ну или практически все. Начиная с 80-х годов 20 века академик изучает состояние этой реки и является автором множества научных работ, посвященных этой реке. Хотя сам Александр Чибилев в ответ на подобные комплименты отвечает: «Когда меня спрашивают «Что делать?», я больше знаю, чего не надо делать, поскольку могу проанализировать ранее совершённые ошибки».

А ошибок, как считает академик, было немало. Это и освоение непродуктивных, малоурожайных земель, что теперь наносит ущерб всему бассейну Урала. Это и Ириклинское водохранилище, построенное для узких целей в качестве охладителя гидроэлектростанции. И строительство промышленных предприятий, которые сейчас, даже закрытые, продолжают отравлять водоёмы.

— Никто не просчитывал возможный ущерб от этих действий. Попадавшие ранее в водоёмы загрязняющие вещества аккумулировались в донных отложениях, и мы не знаем, сколько их там накопилось. Это наследие – мина замедленного действия. Сейчас мы пожинаем плоды человеческой деятельности ХХ века. И накопленный экологический ущерб из года в год только усугубляет ситуацию, — считает Александр Чибилев.

Известны лишь предварительные, очень неточные, подсчеты объема промышленного загрязнения, которые были обнародованы в 2017 году в специальном докладе предварительных результатов исследований реки Урал казахстанско-российской группы ученых. Отчет подготовлен на основе материалов, подготовленных экспертами из Казахстана (Кеншимов А.К., Шортанбаев М.) и Российской Федерации (Нестеренко Ю.М., Левыкин С.В.) под общей редакцией Ахметова С.К.

В этом докладе говорится: «В бассейне Урала скопилось 20 млрд тонн (!) промышленных отходов. В указанную сумму входят и отходы обогатительных фабрик, и вскрышные, и вмещающие породы. Тысячи гектаров земель отведены под полигоны и свалки для хранения промышленных отходов».

Тут стоит сделать маленькое пояснение – под бассейном подразумевается площадь территории, с которой стекаются притоки в реку Урал. Всего у Урала 58 притоков, из которых самыми крупными являются Сакмара, Илек и Чаган. После того, как в верховьях Урала было построено Ириклинское водохранилище, 80 процентов воды в Урале — это вода, поступающая из Сакмары.

Читайте также:  Реки водоемы саратовской области

Плотины на реке — не единственная проблема

— В целом, деятельность водохранилищ не преследует цели сохранения экосистемы реки. Многие водоемы, построенные в верхней и средней части бассейна, используются неэффективно. Их надо пересматривать, — считает Александр Чибилев.

Так действительно ли плотины и водохранилища влияют на снижение уровня воды в реке? В настоящее время именно строительство водохранилищ в русле Урала и его притоках многие называют одной из причин обмеления реки. По данным академика Чибилева, снижение уровня воды в реке начало наблюдаться еще в 70-х годах 20 века. Именно в этот период в верхнем течении реки Урал начинается строительство гидроэлектростанций и, соответственно, крупных водохранилищ. Сегодня в бассейне Урала, кроме Ириклинского, насчитывается 12 крупных водохранилищ, каждое из которых объемом не менее 10 млн кубических метров воды.

— Созданная межгосударственная комиссия по проблемам трансграничных рек своей целью ставит сохранение реки, но как сохранить ее, если мы строим водохранилища в той же Башкирии, где формируется сток? Волги уже не существует, вместо неё – каскад водохранилищ. Верхний плёс Урала на одну треть зарегулирован. Долгие годы главным преимуществом Урала перед всеми реками южного склона европейской равнины (Дон, Днепр, Днестр, Волга) было отсутствие водохранилищ и плотин в нижнем и среднем течении.

Среди различных проектов по спасению реки Урал часто предлагается выделить деньги на углубление дна Урала. Ученые принципиально не согласны с таким предложением и называют углубление дна реки авантюрой.

— От того, насколько мы углубим дно реки, количество воды в ней не изменится. Вместе с тем, есть проблема загрязнения русла реки – стволами деревьев, которые создают заторы, водорослями и тиной. Но в природе, в естественной среде, есть множество механизмов, которые работают. Например, естественный весенний паводок смывает сильным течением заторы из упавших деревьев и размывает песчаные острова и перекаты. Большое количество сине-зеленых водорослей, появление которых мы, люди, воспринимаем негативно, на самом деле хорошо очищают воду от промышленных загрязнений, — говорит Серик Хаиров, руководитель научно-технической лаборатории водных ресурсов Урало-Каспийского бассейнового управления.

Думать глобально, действовать локально

Галидолла Азидуллин, руководитель Урало-Каспийской водной инспекции, также скептически относится к идее искусственной расчистки русла реки. По его мнению, это немыслимо дорого и бессмысленно.

— На самом деле нужно расчищать русла каналов и притоков, которые впадают в реку Урал. Мы проинспектировали Урало-Кушумский канал и увиденное сильно удручает, так как многочисленные плотины и водохранилища практически остановили течение воды. Как следствие – русло каналов зарастает камышом и водорослями. Не происходит стока воды. То же самое происходит с руслами малых рек в бассейне Урала – Барбастау, Деркул, Большой и Малый Узень. То есть половина этих малых рек уже не доносит свою воду до Урала. Неудивительно, что уровень Урала падает, — считает Галидолла Азидуллин.

Александр Чибилев считает, что неправильно связывать обмеление Урала исключительно с наличием водохранилищ. Данные многолетних наблюдений показывают, что и до строительства водохранилища на реке наблюдались годы многоводные и маловодные. Эти периоды имеют свою цикличность и тесную взаимосвязь с климатическими изменениями.

Еще один климатический фактор оказывает влияние на Урал в более глобальном смысле. Речь идет о таянии полярных шапок земного шара. По мнению ряда учёных, откалывающиеся от полярных ледников айсберги могут остужать теплые океанические течения в Северной Атлантике, которые влияют на формирование погоды в Евразии. Александр Чибилев также обращает внимание на то, что глобальные климатические изменения влияют на все реки серединной части Евразии.

— Необходимо признать, что истинные причины и масштабы глобальных климатических изменений, несмотря на многочисленные данные и прогнозы, слабо изучены. Одно можно сказать точно, что эти изменения особенно чувствительны в срединных регионах Евразии, где находится бассейн р.Урал. От маловодья страдают Дон, Кубань, Терек, Волга, Урал. А на Алтае и восточнее его, включая бассейн Амура, наблюдаются катастрофические наводнения. Климатические изменения недостаточно изучены, и в том числе потому, что большую часть поверхности нашей планеты занимает океан с его течениями, изученность которого значительно ниже, чем населенной суши, — считает Александр Чибилев.

Выпитый Урал

Изменения, происходящие с Уралом, привлекают внимание общественности еще и по той причине, что эти изменения видны невооруженным глазом – так как на берегах Урала проживает огромное количество людей. По данным статистики, по всей протяженности Урала – от отрогов Уральских гор в Башкирии и до его впадения в Каспийское море — проживает более 4 млн человек. Они не только видят, что происходит с рекой, но и являются главной причиной происходящих изменений – пользуются рекой и потребляют воду. В официальных документах такое влияние людей на Урал так и называется – водопотребление и водопользование.

Не лучше обстоят дела и с промышленным потреблением воды из Урала. Промышленные заводы, забирая воду из Урала, сливают в реку уже загрязненную воду.

— Поэтому на сегодня мы должны адаптировать природопользование к водам малой обеспеченности, отказаться от большого потребления воды и в будущем быть готовыми к критически маловодным периодам, — считает Александр Чибилев.

Он отметил, что такие экстремально маловодные периоды наблюдались в 20-е годы и в 1954-55-е. Как и, наоборот, в 1942 и в 1957 годах Урал вышел из берегов, и даже сносил бурным течением железнодорожные мосты.

— Единственное, в чем я уверен (несмотря на общий тренд), что будут еще многоводные годы, и Уральск снова будет тонуть, и наступит похолодание. Природа на планете постоянно изменяется. Поэтому я постоянно говорю о необходимости научного сопровождения, длительных и регулярных исследований, о возрождении реки с помощью фундаментальной науки, — подытожил Александр Чибилёв.

Осетры

Река Урал до недавних пор считалась основным поставщиком черной икры и осетрины на мировой рынок. В 1970-х годах добытая в Урале черная икра составляла 40 процентов всей черной икры на мировом рынке. В 90-х годах ученые уже говорили о том, что осетровых в реке стало в 40 раз меньше, чем в 70-х. А в настоящее время выше Атырау осетровые не встречаются, в принципе. Александр Чибилев в 70-х годах составил атлас нерестилищ осетровых в русле Урала. Сегодня он признает, что этот атлас безнадежно устарел, но восстановление осетровых он предлагает рассматривать как четкий критерий восстановления экологии Урала.

— Восстановление стада осетровых – это, скорее, ориентир, возможно, утопическая цель. А наличие самих осетровых в реке – это индикатор экологического состояния реки. Появятся в значительном количестве осетровые в реке – значит, река «выздоравливает». Как, например, на самой загрязненной в 1960-х годах в Европе реке Рейн была разработана программа «Лосось-2000», и лосось появился, хотя до промысловых масштабов еще далеко, — считает Александр Чибилев.

— Река Урал и его притоки, как носители уникального биологического и ландшафтного разнообразия, источники водоснабжения, обладатели ценнейших рекреационных ресурсов, а на участке от Уральска до Каспия, вообще, практически единственный источник жизни, нуждаются в особом статусе охраняемой природной территории. По крайней мере, отдельные участки рек: истоки верховья с обилием родников, ущелья на горных реках и участки долины с обильными пойменными лесами и озерами, места обитания, миграции редких видов, нереста ценных видов рыб и т.д. — рассказывает Александр Чибилев.

В законодательствах некоторых стран имеется, например, категория «заповедные реки». В советское время статус «заповедной зоны» имел участок реки Урал от устья Барбастау до Северо-Каспийского взморья. В 1980-е годы мы проектировали продление заповедной зоны на реке Урал до устья р.Илек. Над особым статусом нашей реки и должна работать российско-казахстанская Комиссия, а иначе зачем она создавалась, — объяснил Чибилев.

Источник

Спасение реки Урал: министр экологии встретился с коллегой из России

Магзум Мирзагалиев считает, что нужно провести ревизию всех предприятий, которые забирают воду из реки и загрязняют Урал

НУР-СУЛТАН, 31 мар — Sputnik. В Оренбурге министры экологических ведомств Казахстана и России обсуждали реализацию программы сотрудничества по сохранению экосистем трансграничных рек.

Так, губернатор Оренбургской области Денис Паслер, министр природных ресурсов и экологии России Александр Козлов и министр экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана Магзум Мирзагалиев провели совещание, сообщает пресс-служба российского профильного ведомства.

«Программа российско-казахстанского сотрудничества по сохранению и восстановлению экосистем трансграничных рек Урал и Иртыш утверждена. Документ рассчитан до 2024 года. Запланированы серьезные мероприятия по выявлению источников загрязнения, реконструкции водных сооружений, расчистке русел рек бассейна. Люди, граждане наших стран, ждут от нас результатов. А это, прежде всего, чистая вода, здоровые экосистемы», — отметил Александр Козлов.

Россия уже начала реализацию запланированных мероприятий, добавил он.

Сообщается, что в Оренбуржье реконструируют очистные сооружения в Соль-Илецке и селе Октябрьском. До 2024 года запланирована реконструкция и строительство еще как минимум шести подобных сооружений. В этом году расчистят русло реки Джарлы в селе Адамовка и завершат проектно-изыскательские работы по расчистке русла реки Сорочка в селе Кирсановка Тоцкого района. Кроме того, завершится капитальный ремонт гидроузла Донгузского водохранилища на территории Первомайского поссовета Оренбургского района. В проработке с Росрыболовством находится и проект строительства рыборазводного завода в Оренбургском районе.

«Сегодня нам необходимо провести ревизию всех предприятий, которые забирают воду из реки, которые загрязняют Урал, и дальше вести совместный скрупулезный детальный анализ деятельности таких предприятий. Усилия наших стран должны быть направлены на сохранение стока», — подчеркнул министр экологии Магзум Мирзагалиев.

Читайте также:  Река барку в австралии карта

По информации пресс-службы министерства экологии Казахстана, Мирзагалиев предложил российским коллегам обмениваться гидрологическими ежегодниками по реке Урал. Также для сохранения экосистемы в низовьях реки Урал министр предложил в апреле-мае увеличить попуски воды с Ириклинского водохранилища.

Вместе с тем министр затронул вопрос трансграничного загрязнения воздуха в Западно-Казахстанской области.

«Мониторинг атмосферного воздуха показал имеющиеся превышения диоксида серы в приграничных поселках Российской Федерации. Периодически поступают жалобы от местных жителей и исполнительных органов о присутствии специфического запаха газа, преобладающего при северном направлении ветра. Предположительно источником специфичного запаха является сжигание газа на месторождениях Оренбургской области», — сказал Мирзагалиев.

В качестве решения вопроса глава казахстанского ведомства предложил проводить совместный мониторинг и анализ уровня загрязнения атмосферного воздуха, установить автоматические посты наблюдения со стороны Казахстана и России, а также усилить контроль за деятельностью нефтегазовых компаний.

Стороны подписали Программу российско-казахстанского сотрудничества в области развития особо охраняемых природных территорий и договорились провести следующую встречу в Павлодаре.

Источник



Как умирает Урал: проблемы реки и их решения

26 ноября 2019, 00:57 Старое русло реки Урал. Уральск, Западно-Казахстанская область. 11 октября 2019 года. Photo: Denis Spiridonov (RFE/RL)

Обмеление Урала, третьей по протяженности реки в Европе, которая проходит через две области на западе Казахстана, экологи называют экологической катастрофой. В 2019 году реке присвоили пятый, самый последний, уровень загрязнения. Власти двух стран — Казахстана и России — признают, что проблема существует, но предпринимать активных действий пока не спешат.

«ТАК ОБМЕЛЕЛ, ЧТО ОСТРОВА ПОЯВЛЯЮТСЯ»

Западно-Казахстанская область, поселок Большой Чаган. Июль. Вместе с местным жителем Алексеем мы едем смотреть на Урал — река находится примерно в семи километрах от поселка. Алексей живет в Большом Чагане почти 30 лет, но говорит, что никогда не видел, чтобы воды в реке было так мало. Синий Renault, переваливаясь с боку на бок, осторожно переезжает через понтонный мост, который местные называют «баржей», на другой берег небольшой речки Кушум — протоки Урала.

— Обычно в июле воды здесь еще столько, что длины «баржи» не хватает, чтобы на другой берег попасть, а в этом году воды совсем не было, -— рассказывает Алексей, выруливая, чтобы не «поймать» кочку на неровной дороге. Воды действительно немного: «баржа» едва касается ее поверхности.

В этом году, несмотря на очень снежную зиму и ожидание паводков, вода в реке не поднялась совсем. Для поселков, расположенных вдоль Урала, река значит многое. Помимо того, что здесь отдыхают и рыбачат, зеленая пойма реки позволяет пасти скот, запасаться сеном (если весной Урал разливается хорошо, то и травы много). Осенью из пойменных лесов мешками вывозят грибы — те, кто собирает их на продажу, говорят, что в урожайный год можно хорошо заработать. А еще здесь водятся кабаны, косули, волки лисы. Когда-то были и лоси, но их уже давно никто не видел: браконьеры уничтожили всех.

Тем временем автомобиль подъезжает к Уралу. Вокруг — ярко-зеленые луга. Травы в этом году совсем мало, но влаги в пойме Урала пока что хватает на такую вот красоту.

— Вот, смотри, Урал уже так обмелел, что острова появляются, — говорит Алексей, показывая в сторону реки. — Скоро реку будет можно пешком переходить. Никогда такого не видел.

На середине Урала действительно появился небольшой островок, а по береговой линии можно судить о том, как сильно отступила вода: когда-то в этом месте в реку можно было прыгнуть с небольшого ярка, а сейчас здесь — песчаный пологий берег.

Как и многие, кто вырос на Урале, Алексей переживает по поводу судьбы реки, которая с каждым годом становится всё меньше похожа на одну из самых больших и значимых рек Казахстана.

ВОДЫ ВСЁ МЕНЬШЕ

В 2018 году экологи заявляли, что уровень воды в Урале достиг рекордного минимума. Однако в 2019 году воды в реке стало еще меньше. Об этом можно судить не только по заявлениям экоактивистов и представителей власти, но и по сложившимся в городах ситуациям.

В начале осени 2019 года в Уральске, административном центре Западно-Казахстанской области, город остался без водоснабжения. Причина — низкий уровень воды в Урале, который обмелел настолько, что насосы, качающие воду для города, всплыли на поверхность. Тогда местные власти заявили, что для возобновления подачи воды в дома горожан необходимо углубить дно реки в месте, где установлены насосы. Эта мера оказалась эффективной, но, по-видимому, временной. Буквально через два месяца, в конце октября, генеральный директор ТОО «Батыс су арнасы» (монополист, владеющий городским водопроводом Уральска. —​ Ред.) Каиргали Имашев заявил, что предприятие намерено отказаться от использования воды из Урала для нужд города.

«В настоящее время Уральск ежесуточно потребляет 50–55 тысяч кубометров питьевой воды. Из них больше половины — 32–33 тысячи кубометров — это вода из реки Урал. В этом году уровень воды в реке упал настолько критично, что наша насосная станция не смогла закачивать воду из реки, и нам пришлось срочно перестраивать ее. Это первая причина. Вторая причина — загрязненность воды в реке. В этом году экологи присвоили реке пятую категорию загрязненности. Мы ее, конечно, очищаем перед подачей в городскую сеть, но факт остается фактом — вода в реке сильно загрязнена промышленными стоками. Поэтому нам придется со временем переходить на подземные источники воды», —​ заявил тогда Каиргали Имашев журналистам.

По мнению местного экоактивиста и представителя регионального общественного объединения «Таза Булак» Армана Бектенова, отказ от водозабора из Урала и переход на подземные источники не изменит общую ситуацию на реке.

— Такая мера повлияет очень сильно на водообмен. Если брать из подземных источников и не заполнять туда воду — образуются пустоты, их надо заполнять. Если в реке не будет водообмена — Урал мельчает, он уже не дает такого объема, который был раньше. Даже уровень грунтовых вод в последние три года не восполняется, а мы собираемся только увеличить водозабор. Мы начинаем выкачивать последние живые источники, за счет которых Урал восполняется, то есть фактически мы всё равно будем брать воду из Урала, — полагает Арман Бектенов.

По мнению Бектенова, чтобы решить проблемы Урала, нужно проделать большую и серьезную работу по исследованию реки. А для этого, считает экоактивист, необходимо создание большой научной комиссии.

КОМИССИЯ, КОТОРАЯ НИКАК НЕ СОБЕРЕТСЯ

О создании межрегионального соглашения по сохранению экосистемы Урала говорят уже много лет. Однако первое заседание российско-казахстанской комиссии состоялось только в ноябре 2018 года в российском Оренбурге. На встрече обсуждалось нынешнее состояние реки и был утвержден план мероприятий на 2019–2020 годы по улучшению экосистемы бассейна и предотвращению трансграничного загрязнения Урала. В частности, были запланированы работы по увеличению водности в реке (расчистка русел притоков реки, проведение берегоукрепляющих работ), анализ и восстановление речного биоразнообразия, осуществление государственного контроля и надзора над предприятиями и объектами, оказывающими влияние на Урал и его притоки. Ровно через год комиссия должна была собраться снова, однако этого до сих пор не произошло.

Вторая более или менее значимая встреча состоялась в июле 2019 года в Уральске. В семинаре, посвященном проблемам Урала, участвовали чиновники, экологи, представители независимых организаций из Казахстана и России. Проблемы обсуждались всё те же: загрязненность реки, маловодие, исчезновение рыбы, осушение поймы и пожары в пойменных лесах. По итогам двухдневного заседания было рекомендовано создание двустороннего органа, который займется решением проблем Урала сразу в обеих странах — Казахстане и России. Однако даже этот вопрос до сих пор не решен.

Как заявила председатель ОО «Эколого-туристское движение «Біздің Жайық — Наш Урал»», экс-депутат мажилиса парламента Елена Тарасенко в интервью Азаттыку, вопрос о создании органа сейчас на стадии обсуждения на правительственном уровне. Однако для принятия решения необходимо очередное заседание комиссии, которая никак не может собраться. Как сообщила Елена Тарасенко, точная дата не известна до сих пор, поскольку «российская сторона еще не утвердила список участников».

— Мы сейчас бьемся, чтобы внутри комиссии (российско-казахстанская комиссия по сохранению экосистемы трансграничного бассейна реки Урал. — Ред.) был создан секретариат. Мы хотим [добиться] выстроенной системы взаимодействия всех регионов, которые расположены по реке. Вот сейчас внесено предложение начать научные изыскания, научные исследования. Мы договариваемся с международными организациями, чтобы нам выделили на это средства. Через научные исследования затем пойдет составление государственной программы по сохранению реки, — рассказала Тарасенко.

«КАК ДЕЛИТЬ ВОДУ —​ САМЫЙ БОЛЬНОЙ ВОПРОС»

О необходимости создания международного органа по сохранению Урала говорит и уральский журналист Александр Суетин, который освещает проблемы реки вот уже 30 лет. По его мнению, казахстанско-российское соглашение по Уралу работает только на бумаге, а вот реальной отдачи от этой работы не видно.

— В советское время был комитет по спасению Урала, который действовал весьма эффективно: решались многие вопросы, связанные с борьбой за чистоту вод Урала, за рациональное водопользование. К сожалению, в 1994 году комитета не стало. Сейчас необходимо воссоздать этот комитет, потому что комиссия, которая сейчас работает по соглашению между Казахстаном и Россией, решает какие-то общие вопросы, заседает редко и всё делается очень медленно. И в первую очередь этот комитет должен решить вопрос о рациональном водопользовании — как нам делить воду, это самый больной вопрос, он вызывает массу вопросов и разговоров, — говорит Александр Суетин.

Читайте также:  Собаки там вдали за рекой

По мнению Суетина, чтобы восстановить уровень воды в реке, необходимо прекратить или хотя бы временно приостановить строительство водохранилищ на Урале.

— Я считал, сколько всего водохранилищ в бассейне реки Урал, — 19! Все знают, что есть Ириклинское водохранилище, где-то в Магнитогорске (город в Челябинской области России. — Ред.) есть, но ведь есть еще на притоках Урала, на той же Сакмаре, Илеке и еще строят водохранилища. Это надо прекратить, провести исследования. Потому что сейчас из притоков в Урал впадает одна Сакмара, и то она уже повторяет судьбу Урала в верховьях — на ней строят водохранилища, одно уже действует, насколько я знаю, — говорит Александр Суетин.

О пагубном влиянии на Урал говорит и Владимир Самсонов, директор уральского судоремонтного завода в Уральске. Он работает на реке уже 50 лет и помнит Урал совсем другим.

— На Урале 82 или 83 притока, основные, большие — это Чаган, Сакмара, Илек. На всех притоках, кроме Сакмары, стоят плотины. Небольшие притоки уже все «отшнуровались» — их надо расчищать. Потому что весенняя вода наносит мусор и так из года в год — сейчас притоки замусорены и не соединяются с Уралом. Я постоянно слышу, что Урал надо чистить, но от чего его чистить? Единственное, от чего нужно чистить его, — это от корчей, который сюда наносит. А вот перекаты чистить — это неправильно. Перекаты — это то, что тормозит реку, не дает ей стечь, — говорит Владимир Самсонов.

КАК СПАСТИ УРАЛ: МНЕНИЕ УЧЁНЫХ

Российский географ академик Александр Чибилев изучает проблему Урала уже много лет. По его словам, для улучшения ситуации на реке необходимо предпринять несколько конкретных шагов.

— Во-первых, необходимо адаптировать водопотребление к имеющимся ресурсам поверхностных вод. Во-вторых, необходимо приостановить строительство новых плотин на реках и организацию новых водозаборов. В-третьих, очень важно пересмотреть правила эксплуатации существующих водохранилищ с целью повышения уровня меженного стока и обеспечения затопления поймы. В-четвертых, необходимо пересмотреть целесообразность функционирования многих сотен плотин на малых реках и снизить расходы воды для орошения и обводнения, особенно в нижнем течении реки за счет современных водосберегающих технологий, — перечисляет Александр Чибилев.

Кроме того, академик уверен, что «нефтедобыча в бассейне Урала — главный источник загрязнения водной и воздушной среды». И в России, и в Казахстане используются устаревшие технологии добычи углеводородов и очень велики риски экологических аварий и катастроф, считает Чибилев.

— Любые проекты по освоению месторождений должны проходить научную и общественную экспертизу до принятия решений по добыче нефти и газа. Мое глубокое убеждение: нефтяники должны уйти из пойм, долин рек и других территорий повышенной экологической ответственности. Это задача природоохранных органов и общественности, — говорит Александр Чибилев.

Между тем одна из крупнейших китайских компаний в области строительного проектирования China National Chemical Enginnering Co, которая является подрядчиком по строительству интегрированного газохимического комплекса на нефтегазовом месторождении Карабатан в Атырауской области, начала дноуглубительные работы в устье Урала, чтобы в мае 2020 года, во время пика паводка, по каналу могли пройти баржи с крупногабаритными строительными грузами.

ГИБЕЛЬ РЫБЫ В АТЫРАУ: ЕЩЕ ОДИН УДАР ПО ЭКОЛОГИИ

В декабре прошлого года в самом крупном нефтедобывающем регионе Казахстана Атырау случилась массовая гибель рыбы Урале. По официальным данным, погибло около 119 тонн рыбы, в том числе осетровых пород. Причина — сброс химических веществ в Урал коммунальным предприятием «Атырау Су Арнасы», который произошел 3 декабря 2018 года. Специалисты департамента экологии Атырауской области отобрали пробы воды, в которых было выявлено превышение предельно допустимой концентрации по хлоридам.

Однако местные активисты отмечают, что первый факт гибели рыбы в Атырау был зарегистрирован на день раньше — 2 декабря 2018 года в канале Нижняя Перетаска. Это искусственный приток реки Урал, доступ к которому имеют два крупных предприятия: Атырауский нефтеперерабатывающий завод и Атырауская ТЭЦ. Позже власти региона заявили, что анализ погибшей рыбы показал наличие аммиака в тушах. Однако уже в начале 2019 года прозвучало официальное заявление о том, что река чиста и рыбу из водоема можно есть. В настоящее время по факту гибели рыбы продолжается судебный процесс.

Между тем в акимате Атырауской области Азаттыку сообщили, что с 2017 года на рыбоходных каналах Урала проходят дноуглубительные работы, благодаря которым количество рыбы в реке увеличилось.

«С начала года рыболовецкими производственными кооперативами в рамках выделенного лимита было выловлено 6 555 тонн рыбы. За аналогичный период прошлого года было выловлено 4 038 тонн рыбы. Таким образом, по сравнению с прошлым годом объем промыслового вылова рыб вырос на 2 517 тонн. Это показывает, что проводимые дноуглубительные работы дают результаты по улучшению прохождения рыбы в реки на нерест и сохранению рыбных запасов водоема, несмотря на факт массовой гибели рыбы в конце 2018 года», — сообщает пресс-служба акимата Атырауской области в своем официальном ответе на запрос Азаттыка.

Вопрос о состоянии Урала с каждым годом становится всё актуальнее. По мнению большинства собеседников Азаттыка, если в ближайшее время Казахстан и Россия не начнут предпринимать конкретные действия по спасению реки, то в довольно недалеком будущем спасать уже будет нечего.

Источник

Жителям ЗКО грозит водная катастрофа из-за обмеления и загрязнения Урала (видео)

Иллюстративное фото: Edwin Remsberg / Getty Images

Западный Казахстан стоит на грани водной катастрофы. Река Урал обмелела и получила пятый уровень загрязнения. Из-за этого десятки местных сел страдают от катастрофической нехватки воды.

Сельчане бьют тревогу и просят власти помочь им: из-за острой нехватки воды в поселениях гибнет скот и высыхают посевы. Воды не хватает даже людям для личного пользования, не говоря уже о хозяйстве.

Как пишет телеканал «Астана», особенно тяжело дела обстоят в южной части ЗКО: там люди пили из Урала, однако за последние три года река сильно обмельчала и получила пятый уровень загрязнений.

«Озера засохли в Жангалинском районе, выходит соль, и мы этим дышим. Никто не обращает на нас внимание. За последние 3 года все каналы у нас высохли. Скот туда идет в поисках воды и в болотах погибает», — рассказал житель Жангалинского района Айбулат Букенов.

Алматинцы оказались заблокированы в своих домах из-за стройки поблизости

В качестве еще одного примера приводится село Зеленое. Туда, по словам местных, водовоз приезжает дважды в месяц. Других источников воды нет. Жители говорят, что обращались в акимат за помощью, но там на них не обратили внимания.

«Сколько раз просили, чтобы нам провели воду, в других отделениях у нас вода есть, там провели, а мы, как всегда, на заднем плане. Говорят, тендер выиграют, или что.

А мы сидим, ждем машину, в течении 20 дней приезжает. И вот люди набирают воду, просим акима, акимат района, областного просим: обратите на нас внимание!», — пожаловалась местная жительница Ирина Шамансурова.

Проблема села еще и в том, что вода в местных скважинах непригодна для использования, пишет телеканал. Ее отказываются пить даже животные.

Сельчане топят снег в кастрюлях, чтобы добыть воду в Алматинской области (видео)

При этом, сообщается, что привозная вода не раздается бесплатно: люди платят по 15 тенге за ведро.

Чиновники говорят, что людям еще повезло и цены могли быть выше: власти сбивают их за счет договоров и субсидий. Местным поселкам, по их словам, выделяется по 500 тенге на кубометр воды. Однако это касается не всех поселений.

«В 20-м году мы подавали заявку на 32 сельских населенных пункта, но на данный момент она не поддержана, в следующем году тоже будем подавать заявку, и надеемся, что с каждым годом увеличим охват субсидированием сельских населенных пунктов питьевой водой», — сообщил журналистам замруководителя управления энергетики и ЖКХ ЗКО Беймбет Мусин.

Медики скорой помощи 2 месяца пытаются добиться выплаты надбавок в Нур-Султане

Известно, что на данный момент местное водохранилище заполнено всего на 26 процентов. Даже в городах летом вода подавалась жителям по расписанию.

Власти поделились планами установки плавучей насосной станции, цена проекта — около 3 млрд тенге. Сооружение должно будет перекачивать воду из Урала в искусственные каналы.

Также в регионе планируется бурение новых скважин, к работе привлекли экспертов из России.

«Назначить рабочие группы с определением источника финансирования как с Российской стороны, так и Казахстанской стороны, чтобы изучить саму систему реки Урал. Вот это проект программы, который утверждается министрами и здесь четко прописаны мероприятия, сроки и ответственные лица», — заявил журналистам глава управления природных ресурсов и регулирования природопользования региона Ринат Шауенов.

Жители нового микрорайона в Кызылорде пожаловались на стаи шакалов

Уточняется, что программу должны подписать уже в конце месяца, однако сроки возведения сооружений для воды остаются неизвестными. Многих экспертов беспокоит ситуация с рекой Урал, которая, по их словам, со временем будет становиться только острее.

Напомним, что ранее депутат Сената обращалась к премьеру Аскару Мамину с просьбой сохранить экосистему реки Урал, так как ее обмеление грозит экологической катастрофой для всего запада страны.

Кроме того, в начале сентября в Сети появились кадры слива грязной воды в реку Урал.

Лейла Темирханова

Уникальная подборка новостей от нашего шеф-редактора

comments iconКомментарии

Источник