Меню

Разгром японских милитаристов у реки

Разгром японских милитаристов у реки

События на реке Халхин-Гол (3).jpg

События лета 1938 года у озера Хасан ничему не научили японских империалистов, которые потерпели там сокрушительное поражение от Красной Армии и были выброшены с советской территории.

В начале июля 1939 года, стянув войска к границе МНР, японцы форсировали реку Халхин-Гол, но были отброшены с большими потерями. Однако уже в августе того же года 75 тысяч солдат Страны восходящего солнца неожиданно нанесли сильный удар по советско‑монгольским войскам в том же районе. Но и на этот раз захватчики были встречены мощной контратакой и буквально в течение нескольких дней полностью разгромлены, несмотря на их численное превосходство.

На монгольской земле героически сражались и воины родом из Зауралья. Более тридцати из них пали в боях, в их числе и славный сын шатровской земли — старший лейтенант, политрук, танкист Африкан Иванович Киселев, за исключительное мужество и храбрость посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза.

Бои у Халхин-Гола, завершившиеся 31 августа 1939 года, оказали заметное влияние на весь ход вскоре последовавшей Второй мировой войны. Японцы потеряли около 61 тыс. чел. убитыми, раненными и пленными. Красная Армия потеряла 4974 чел. убитыми, 15251 чел. ранеными и 576 пропавшими без вести.

Подполковник запаса Андрей Булычевский, член Курганского военно-исторического общества

Источник

Халхин-Гол – локальный конфликт, ставший предпосылкой победы над фашизмом

Угроза войны на два фронта

Сражение на реке Халхин-Гол началось 20 августа 1939 года, и к 31 августа советские войска при поддержке монгольских соединений полностью очистили территорию Монгольской Народной Республики (МНР) от японских сил. 15 сентября было подписано соглашение между Советским Союзом, МНР и Японией о прекращении военного конфликта.

Данное событие стало не первым военным конфликтом между Красной армией и Японией. Годом ранее Советский Союз нанес поражение японской армии в районе озера Хасан. Тем не менее Япония предприняла попытку реванша, что создало для Советского Союза опасность вовлечения в войну на два фронта – западном и восточном.

Советское правительство было заинтересовано в нормализации советско-японских отношений, в недопущении вооруженных конфликтов. СССР хотел избежать прямого вовлечения в японско-китайскую войну, но у Японии по отношению к России были другие планы», – отметил Юрий Никифоров, начальник научного отдела Российского военно-исторического общества (РВИО).

Сталину, как заметил эксперт, приходилось думать не только о том, как избежать столкновения с Германией, а также о том, как избежать объединения и одновременного выступления против Советского Союза европейских фашистских держав и милитаристской Японии. На этом фоне Япония и начала вторжение на территорию Монгольской Народной Республики, с которой в 1936 году СССР подписал договор, по которому последний оказывал Монголии не просто необходимую помощь, а также гарантировал защиту территории МНР «как своей».

Мотивы японского руководства

Спикер отметил, что период, когда произошла битва на Халхин-Голе, ни антигитлеровская коалиция, ни агрессивная коалиция не были связаны между собой какими-то крепкими обязательствами. Япония была готова действовать с Гитлером и Муссолини против СССР только в случае, если конфликт возникнет в Европе – сразу прийти на помощь и ударить по Советскому Союзу с тыла.

В то же время японское руководство планировало усилить свое влияние на Дальнем Востоке. Вторжение на территорию Монголии в мае 1939 года было нужно Японии для того, чтобы вынудить Советский Союз отказаться от помощи Китаю против японской агрессии. Японцы много сил тратили на оккупацию Китая, а в соответствии с советско-китайским договором 1937 года в Китай были отправлены советские специалисты – советники и летчики. Поток военных материалов и людей, умеющих воевать и помогающих китайцам наладить оборону, – все это беспокоило Японию, которая хотела как можно быстрее покорить Китай и установить там прочный оккупационный режим.

Кроме того, японцы пытались доказать Великобритании и Соединенным Штатам существование некой красной угрозы – то, что СССР готов сам осуществлять экспансию под знаменами коммунизма на Дальнем Востоке, а Япония была вынуждена его сдерживать. На самом деле, как отметил Юрий Никифоров, японцы пытались уйти от экономических санкций со стороны США.

В июле 1939 года администрация Рузвельта приняла решение денонсировать торговый договор с Японией, но одновременно приостановила реализацию этого решения на шесть месяцев. Специалисты по Дальнему Востоку справедливо считают, что эта приостановка была связана с тем, что США считали, что японцы «сражались» с коммунистами, и не могли лишить их возможности закупать военные материалы в этот «отчаянный период», – рассказал Юрий Никифоров.

Японское руководство в тот момент не могло определиться, какой вариант экспансии избрать – северный (вместе с Гитлером планировать захват советского Дальнего Востока, там начинать большую войну и, соответственно, развивать сухопутные силы) или южный (вкладываться в военно-морской флот, рассчитывая, что экспансия в Юго-Восточной Азии будет нацелена на колонии западных держав на Дальнем Востоке).

При этом Япония рассчитывала и на успех в «большой» войне – в случае расширения масштабов конфликта в Монголии, тем более, если в Европе в тот же момент Гитлер решил бы пойти на эскалацию конфликта с СССР.

Разгром японских войск на Халхин-Голе и пакт Молотова-Риббентропа

В сложнейшей обстановке монгольских степей Георгию Константиновичу Жукову удалось провести решительную операцию по окружению японской группировки и продемонстрировать Японии силу и мощь Красной армии, эффективно и быстро разгромив вторгшиеся на территорию Монголии войска.

Практически в это же время, 23 августа 1939 года, Сталин и Молотов подписали договор о ненападении с гитлеровской Германией, который в сочетании с военным поражением на Халхин-Голе привел к внутриполитическому кризису в Японии.

Японское руководство было крайне разочаровано действиями Германии, пакт был воспринят как вероломство Гитлера, и кабинет министров Японии ушел в отставку.

Дмитрий Суржик, старший научный сотрудник Центра истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, сотрудник Музея Победы, отметил, что как бы тяжело ни приходилось Красной армии в 1941–42 годах, из-за сражения на Халхин-Голе Япония так и не решилась выступить против Советского Союза и предпочла сохранить верность договору о нейтралитете, подписанному в 1941 году, и просто находилась в ожидании окончательного краха Советского Союза.

По мнению Суржика, только помещая битву у Халхин-Гола в глобальный контекст, можно понять реальные причинно-следственные связи между событиями того периода. А также рассмотреть, насколько сложной была ситуация предвоенного кризиса и насколько судьбоносным было решение, принятое в Кремле о подписании договора о ненападении с Германией.

Исход халхингольских событий неразрывно связан с тем, что происходило с переговорными процессами в Европе. Он в значительной мере предопределил дальнейший ход Второй мировой войны и расстановку сил и закономерно рассматривается нами как важнейшая предпосылка, «кирпичик», к 9 мая 1945 года», – сказал Суржик.

Источник



ВИЛЬНЮССКИЙ ОКРУЖНОЙ СУД

ПРИГОВОР
ИМЕНЕМ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

27 марта 2019 г.
Вильнюс

К 70-летию разгрома японских милитаристов у реки Халхин-Гол

ЗАРНИЦЫ СОРОК ПЯТОГО

Фундаментальный словарь Томаса Бенфилда Харботла “Dictionary of battles” («Битвы мировой истории») впервые увидел свет в 1904 году. С тех пор он выдержал множество переизданий, всякий раз дополняясь статьями о новых военных столкновениях, которыми столь богато существование человечества. Вышла эта книга и на русском языке. В предисловии подчеркнуто, что она дополнена статьями «о наиболее важных сражениях отечественной истории».

Увы, события, происходившие на советском Дальнем Восток летом-осенью 1939 года, составители к наиболее важным не отнесли. Как-то странно даже. Ведь бои у крохотной речушки Халхин-Гол на границе между Монголией и Китаем предвосхитили многое из того в военном искусстве, что будет широко использоваться в дальнейшем.

Небольшая предыстория. Еще в середине 20-х годов в японском так называемом «Меморандуме Танаки» говорилось о необходимости «как можно скорее начать войну с СССР. Разумеется, нам нужно осуществить продвижение до Байкальского озера». Летом 1932 года японский военный атташе в Москве Такасиро Кавабэ получает уведомление от своего предшественника – кадрового разведчика Юкио Касахара: «В целях укрепления Маньчжурии война против России необходима…». Накануне 1934 года военный министр Японии Садао Араки констатирует: «…Япония неизбежно должна столкнуться с Советским Союзом».

Первым шагом на этом пути стала оккупация Манчжурии и создание там «карманного» государства с марионеточным правительством во главе с «императором» Пу И. Угроза войны приблизилась к границам СССР вплотную.

Таким образом, к лету 1939 года над Монгольской Народной Республикой нависла серьезная и реальная угроза. Япония активно готовилась к широкомасштабной войне с Советским Союзом, а для этого ей требовалось создать надежный плацдарм на границах нашей страны. Проба сил произошла годом раньше у озера Хасан; и хотя самураи цели не достигли, результаты столкновения показались им обнадеживающими. Теперь императорская армия нацелилась на Монголию и в мае 1939 года перешла границу этой страны.

На основании Протокола о взаимной помощи от 1936 года правительство Монголии обратилось к советскому руководству с просьбой оказать содействие в отражении агрессии. В Москве прекрасно понимали, насколько тяжелыми могут быть последствия в промедлении – в случае оккупации МНР передовые части врага оказывались бы сразу на 3,5 тыс. км ближе к индустриально развитым районам страны, Транссибирская магистраль становилась уязвимой на всем ее протяжении…

С этим мириться было нельзя.

В район боевых действий был направлен молодой многообещающий военачальник – заместитель командующего войсками Белорусского военного округа комдив Георгий Константинович Жуков.

(Есть необходимость подчеркнуть, что к личности Жукова и его полководческому дарованию у меня отношение имеется, и оно четко сформировавшееся. Однако в данном материале речь идет о другом, а потому данную проблему – именно проблему – без крайней нужды затрагивать не буду).

В распоряжении Жукова было 12,5 тысяч бойцов и командиров. У японцев – 38 тысяч. При этом по артиллерии самураи превосходили Красную армию в три раза, в кавалерии – в четыре. И этим преимущество Японии не исчерпывалось. Ударные части Квантунской армии были полностью укомплектованы всем необходимым, они заблаговременно подготовились к ведению боевых действий на вполне определенном участке границы. Пограничные гарнизоны, имевшие подготовленную инфраструктуру, на период активных боевых действий автоматически переходили в подчинение воинскому начальнику. (К слову, учтя этот опыт, 22 июня 1939 года было принято Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О взаимодействии Пограничных войск НКВД и частей РККА в пограничной зоне»). Готовясь к нападению, японцы активно устроили в своем тылу подъездные и рокадные пути, прокладывали телефонные и телеграфные линии… В то же время расстояние от ближайшей станции снабжения Красной армии от реки Халхин-Гол составляло 650 км.

На пользу японской армии играл и еще один немаловажный фактор. Заблаговременно готовясь к войне, самураи вели активную целенаправленную разведку против СССР. С этой целью было, в частности, создано «Бюро по делам российских эмигрантов», одной из задач которого являлся сбор информации в интересах японцев. Немало способствовали подготовке к войне Японии с СССР и другие эмигрантские организации. Например, созданный в Маньчжурии в 1926 году «Российский (иначе Русский) фашистский союз». Прошедший в январе 1939 года IV съезд РФС «выразил готовность поддержать Японию и всякую страну в войне против СССР и подтвердил необходимость посылки на нашу территорию террористов, шпионов и диверсантов» (из информации ГУГБ НКВД от 19 апреля 1939 г.). Один из руководителей Союза, Константин Родзаевский, по указанию японцев организовал целую разведшколу, которая штамповала кадры для борьбы с Россией (за что в 1946 году был казнен)… Увы, список русских эмигрантских структур и людей, готовых встать под знамена Страны Восходящего Солнца и ведших разведку в ее интересах, достаточно внушителен: «Союз казаков на Дальнем Востоке», «Дальневосточный отдел Российского национального фронта», «Российской общевоинский союз», «Братство русской правды»…

Короче говоря, исходные условия, в которых начинался конфликт, был явно не в нашу пользу.

Итак, вторжение японских милитаристов на территорию Монголии началось в мае 1939 года. Впрочем, как впоследствии стало известно, на самом деле японцы широкомасштабные боевые действия вести не собирались – во всяком случае, на тот момент.

Утром 5 июня в район боевых действий прибыл новый командир расположенной в Монголии группировки – комдив Жуков, вскоре получивший звание комкора.

Главный вывод, который он сделал – это то, что наличными силами и средствами с агрессором не совладать. По предложению Георгия Константиновича 57-й особый корпус, выделенный для отражения нападения, был значительно усилен. Командиром его назначен сам же Жуков. Не будет преувеличением сказать, что именно с этого момента начинается его восхождение к вершинам воинской славы.

(Повторюсь: оценка полководческой деятельности Жукова, его отношение к «солдатской массе», к сослуживцам – всё это заслуживает отдельного разговора. Равно как и вся не красящая Жукова история с командармом Георгием Штерном. Просто разговор об этом уведёт в сторону от изложения событий лета–осени 1939 года).

Между тем события продолжали развиваться. В ночь со 2 на 3 июля японцы предприняли попытку нового удара. Внезапно перейдя в наступление, они захватили высоту Баин-Цаган. Вокруг этой высоты и развернулись основные события, которые стали ключевыми во всей кампании.

Превосходство японцев поначалу было полным. В этих условиях ситуацию мог спасти только неожиданный ход полководца. И Жуков такой ход сделал. Он презрел требования господствовавших тогда воззрений на тактику ведения боя и за счет этого переломил ход сражения в пользу Красной армии.

Прежде всего, Георгий Константинович бросил в бой едва ли не всю имевшуюся в его распоряжении авиацию – авиагруппу Героя Советского Союза комкора Якова Смушкевича (в будущем дважды Герой, погибнет в 41-м). Воздушное сражение длилось четверо суток, в воздухе на небольшом участке одновременно находилось до 215 самолетов… В конечном итоге, уничтожив 64 самолета противника, наши авиаторы захватили инициативу в воздухе, благодаря чему снабжение корпуса нормализовалось.

Читайте также:  Горная река которая впадает в азовское море

Одновременно Жуков бросил в бой – прямо с марша! – подходившие танковые и мотоброневые части. Это был грандиозный риск. Неудача могла стать для нее роковой. Дело в том, что массированное применение бронетехники без поддержки пехоты тогдашней военной доктриной не предусматривалось. Следовательно, неуспех мог иметь для молодого комкора самые печальные последствия. Тем более, что он знал: на него уже где-то лежит «дело»… Однако Жуков рискнул – и победил. 11-я танковая бригада, которой командовал комбриг Михаил Яковлев, другие подоспевшие части решительно атаковали противника с нескольких направлений… Победа была полная!

Впрочем, не совсем так. Победа была полной в данный момент на данном участке фронта. В том, что японцы попытаются взять реванш, Жуков не сомневался. Зависшее над Халхин-Голом относительное затишье рано или поздно должно было разразиться новой грозой.

К августу здесь сосредоточилась 6-я японская армия под командованием генерала Огису Риппо (75 тысяч человек). Под началом комкора Жукова была 1-я армейская группа (57 тысяч человек), в которую были сведены советские и монгольские войска. Вновь соотношение не в нашу пользу. Однако праздновать труса наши не собирались. Жуков решил атаковать.

Для того, чтобы наступление было успешным, наше командование провело грандиознейшую «операцию прикрытия», в результате которой японская сторона оказалась полностью дезориентированной в наших планах. Была организована «утечка информации», будто бы части Красной армии готовятся зимовать на захваченных рубежах. «Деза» сработала – враг в нее поверил.

Кроме того, параллельно с собственно военными приготовлениями шли активные мероприятия и по линии НКВД. Еще в апреле 1939 года нарком обороны Климент Ворошилов и нарком внутренних дел Лаврентий Берия подписали Указание об оказании помощи китайскому партизанскому движению в Маньчжурии. На основании этого документа в тыл японским войскам активно засылались партизанские отряды и группы из числа «проверенных людей», их снабжали «оружием, боеприпасами, продовольствием и медикаментами иностранного происхождения или в обезличенном виде». В частности, этим занимались сотрудники НКГБ Михаил Гвишиани (изгнан из органов в 1954 году после ареста Берии) и Вячеслав Никишов. Нельзя сказать, что эти отряды и группы оказывали какое-то серьезное влияние на ситуацию в оккупированных районах Китая. Тем не менее, японское командование вынуждено было выделить для борьбы с партизанами несколько «истребительных» полков.

Впрочем, для нас важнее иное. Китайские партизаны информировали советское командование, что ударные части Квантунской армии активно готовятся к наступлению. О том же свидетельствовали и агенты, которых задерживали пограничники. Так, пограничники 63-го отряда задержали трех японских агентов – Василия Трофимова, Ивана Рогача, Леонида Хижина. В их задачу входила, в частности, задача совершить теракт против командующего 1-й отдельной Краснознаменной армией Григория Штерна, непосредственного начальника Жукова. Цель покушения понятна – дезорганизовать руководство накануне генерального наступления. Всего за лето 1939 года было разоблачено свыше 20 видных японских агентов, которые прошли специальную подготовку.

…Короче говоря, к наступлению готовились обе стороны. Разница была в том, что мы знали о намерениях противника, а противник о наших – нет. Японцы планировали атаковать наши позиции 24 августа. Опоздали. Красная армия обрушила на войска генерала Риппо удар 20-го.

Наступление началось массированным ударом по японцам с воздуха. В этот день впервые в мире были применены «ракетные» снаряды с самолета – новое вооружение было установлено на истребителях И-16 группы, которой командовал Николай Звонарев. Потом в атаку пошли танки и пехота. Жуков стремился окружить врага и уничтожить. На какое-то время чаша весов сражения замерла в нерешительном равновесии: с одной стороны были внезапность и стремление победить, а с другой – полуторакратное численное превосходство и… стремление победить. В конце концов перевесили тактическое мастерство Жукова и стойкость русского солдата. Японская 6-я армия перестала существовать.

Когда позднее командование Квантунской армии обратилось к нашему с просьбой допустить на поле боя вооруженные похоронные команды, Георгий Константинович категорически отказал, произнеся при этом исторические слова:

— С оружием здесь они уже были!

16 сентября 1939 года самураи, смирив гордыню, запросили мира. С мая по сентябрь потери японской армии составили 61 тысячу человек, в том числе 25 тысяч убитыми. Потери советско-монгольских войск были 18,5 тысяч человек. Оговоримся: по официальным данным!

…Резонанс от разгрома японских милитаристов у реки Халхин-Гол был поистине ошеломляющим. Лучше всего его выразят выдержки из телеграммы генерального консула Японии в Вене Ямадзи японскому послу в Москве от 30 августа 1939 года.

«Для обеспечения безопасности империи навсегда необходимо, я полагаю, когда нами будет достигнута в должной степени государственная мощь, в один прекрасный момент пойти на войну с Советским Союзом и захватить в свои руки его территории на Дальнем Востоке. Однако в условиях новой ситуации… следует держаться установленных позиций… и поступать не спеша… (Далее, проанализировав ситуацию, дипломат пишет, что при благоприятном развитии ситуации на Дальнем Востоке) нам, сохраняя со своей стороны позицию полнейшего нейтралитета, следует искусно втягивать его в переговоры, а когда положение достаточно определиться, то ничто не мешает заключить даже и пакт о ненападении».

Другими словами, именно блестящая операция, проведенная у крохотной монгольской речушки, остановила японских милитаристов и в результате Советский Союз избежал войны на два фронта.

Здесь в миниатюре проявились основные черты войны, которая только разгоралась далеко на Западе. Вот некоторые из них. Массированное применение бронетанковых соединений на направлении главного удара (предвидение Тухачевского, блестяще реализованное сначала Гудерианом, а потом и нашими полководцами). Тесное взаимодействие различных родов войск и прикрытие их с воздуха. Острое противостояние разведок противоборствующих стран. Подготовка и засылка в тыл врага партизанских отрядов и диверсионных групп. Нанесение упреждающих ударов по изготовившемуся к генеральному наступлению противнику. Широкий маневр сил и средств… Ну и так далее.

Да, силы сторон у реки Халхин-Гол были не так уж велики. Однако последствия их столкновения оказались огромными. Так нередко случается в истории, в том числе и в военной.

Источник

75-я годовщина разгрома японских милитаристов у реки Халхин-Гол

Известно, что победа советских и монгольских войск в боях на реке Халхин-Гол, 75-я годовщина которой отмечается в Москве и Улан-Баторе в эти дни, стала одной из главных причин отказа от нападения Японии на СССР во время Великой Отечественной войны. В Японии поражение на Халхин-Голе и одновременное подписание в Москве Советско-германского договора о ненападении привело к правительственному кризису и отставке кабинета Хиранумы Киитиро. Новое японское правительство 4-го сентября 1939 года заявило, что ни в какой форме не намерено вмешиваться в конфликт в Европе, а 15 сентября 1939 года подписало Соглашение о перемирии, приведшему 13 апреля 1941 года к заключению Советско-японского пакта о нейтралитете.

Сразу после начала Великой Отечественной войны Советского Союза с фашистской Германией, Генеральный штаб Японии, учитывая, в том числе и печальный опыт Халхин-Гола , принял решение вступить в войну против СССР только в том случае, если Москва падёт под ударами германского Вермахта до конца августа 1941 года. В ответ на требование Адольфа Гитлера в телеграмме от 30 июня 1941 года немедленно выполнить свои союзнические обязательства и ударить по СССР с Востока, на заседании Совета министров Японии в Токио 2-го июля 1941 года было принято окончательное решение – «проявить мудрость и максимальную осторожность» и подождать, пока Германия не будет побеждать СССР наверняка и бесповоротно. Как известно, дождаться этого японским милитаристам так и не удалось, а потому Япония предпочла не вмешиваться в войну против Советского Союза на стороне своего формального союзника по «оси Берлин-Рим-Токио» — фашистского Третьего Рейха – до самого её окончания 9-го Мая 1945 года.

Бои на реке Халхин-Гол (на монгольском – «Халхын голын байлдаан») — необъявленный локальный вооружённый конфликт , продолжавшийся с весны по осень 1939 года у реки Халхин-Гол на территории Монголии, недалеко от границы с Маньчжоу-го, между СССР и МНР, с одной стороны, и Японской империей и Маньчжоу-го, с другой. Заключительное сражение произошло в последних числах августа 1939 года и завершилось полным разгромом 6-й отдельной армии Японии. Перемирие между СССР и Японией было заключено 15 сентября 1939 года .

В советской историографии эти события, как правило, именуются «военным конфликтом». В то же время, многие японские историки признают, что это была настоящая локальная война, причём некоторые авторы называют её « Второй русско-японской войной », проводя аналогию с Русско-японской войной 1904—1905 гг. В зарубежной историографии, в частности в американской и японской, термин «Халхин-Гол» употребляется только для наименования реки, возле которой развернулись сражения, а сам военный конфликт называется « инцидентом у Номон-Хана », по названию одной из господствующих высот в этом районе Маньчжуро-монгольской границы.

В 1932 году завершилась оккупация Маньчжурии (территории Китая) японскими войсками. На оккупированной территории было создано марионеточное государство Маньчжоу-го, которое японские милитаристы планировали использовать как плацдарм для дальнейшей агрессии против Китая, Монголии и СССР. Начало конфликту положили требования японской стороны о признании реки Халхин-Гол границей между Маньчжоу-го и Монголией, хотя граница проходила на 25 километров восточнее.

Основной причиной такого требования со стороны Японии являлось желание обеспечить безопасность строящейся в этом районе (в обход горных хребтов Большого Хингана) железной дороги Халун-Аршан — Ганьчжур, ведущей к границе СССР в районе Иркутска и озера Байкал, так как местами расстояние от дороги до границы было всего два-три километра. Для обоснования своих претензий японскими картографами были сфабрикованы подложные карты с границей по Халхин-Голу и «издан специальный приказ об уничтожении ряда авторитетных справочных японских изданий, на картах которых приводилась правильная граница в районе реки Халхин-Гол».

В 1935 году начались вооруженные столкновения на монголо-маньчжурской границе. Летом того же года начались переговоры между представителями Монголии и Маньчжоу-го о демаркации границы. К осени 1935 года эти переговоры зашли, однако, в тупик.

Тем временем, 12 марта 1936 года между СССР и МНР был подписан «Протокол о взаимопомощи». С 1937 года в соответствии с этим протоколом на территории Монголии были развёрнуты части Красной Армии.

Летом 1938 года Япония вторглась на советскую территорию в районе озера Хасан на стыке границ СССР, Китая (Манчжоу-го) и Кореи с целью захвата стратегически важного района (гряда холмов к западу от озера, включая сопки Безымянная и Заозерная ) и создания непосредственной угрозы Владивостоку и Приморью в целом. Этому предшествовала развернутая Японией пропагандистская кампания по вопросу о так называемых «спорных территориях» на советско-маньчжурской границе в Приморье (линия прохождения которой была четко определена в Хунчунском протоколе 1886 года и ни разу не ставилась под сомнение китайской стороной), которая завершилась предъявлением Советскому Союзу в июле 1938 года категорического требования о выводе советских войск и передаче Японии всех территорий к западу от Хасана под предлогом необходимости выполнения «японских обязательств перед Манчжоу-го».

Бои на озере Хасан , в которых с японской стороны были задействованы 19-я и 20-я дивизии, пехотная бригада, три пулеметных батальона, кавалерийская бригада, отдельные танковые части и до 70 самолетов, продолжались с 29 июня по 11 августа 1938 года и закончились полным разгромом японской группировки.

В 1939 году , после смены в январе японского Правительства, напряжённость на границе усилилась. Токио стал выдвигаться лозунг расширения Японской империи «вплоть до Байкала». Участились нападения японских войск на монгольских пограничников. В то же время Япония обвиняла Монголию в преднамеренном нарушении границ Маньчжурии.

16 января 1939 года в районе высоты Номон-Хан-Бурд-Обо группа из 5 японских солдат с расстояния около 500 метров обстреляла наряд из четырёх пограничников МНР. 17 января 1939 года на высоте Номон-Хан-Бурд-Обо 13 японских солдат напали на наряд из трёх пограничников МНР, захватив в плен начальника заставы и ранив ещё одного солдата. 29 и 30 января 1939 года японскими и баргутскими (воинские формирования Манчжоу-го) кавалеристами были предприняты новые попытки захватить в плен сторожевые наряды пограничников МНР. А в феврале и марте 1939 года японцами и баргутами было совершено около 30 нападений на монгольских пограничников МНР.

Ночью 8-го мая 1939 года группа японцев численностью до взвода с ручным пулемётом попыталась скрытно занять принадлежавший МНР островок посредине реки Халхин-Гол, но после короткой перестрелки с пограничниками МНР отступила, потеряв 3 солдат убитыми и одного пленным (Такадзаки Итиро из разведотряда 23-й пехотной дивизии). 11 мая 1939 года отряд японской кавалерии (до 300 человек с несколькими пулемётами) продвинулся на 15 километров вглубь территории МНР и атаковал монгольскую пограничную заставу на высоте Номон-Хан-Бурд-Обо. С подходом к границе подкрепления японцы были оттеснены на исходный рубеж.

14 мая 1939 года разведывательный отряд 23-й японской пехотной дивизии (300 всадников при поддержке звена из пяти лёгких пикирующих бомбардировщиков) атаковал 7-ю пограничную заставу МНР и занял высоту Дунгур-Обо. 15 мая 1939 года к занятой высоте японцами были переброшены до 30 грузовиков с двумя ротами пехоты, 7 бронемашин и 1 танк.

Утром 17 мая 1939 года командир 57-го особого стрелкового корпуса Красной Армии комдив Н. В. Фекленко послал к Халхин-Голу группу советских войск в составе трёх мотострелковых рот, сапёрной роты и артиллерийской батареи РККА. Одновременно туда же был направлен дивизион бронемашин МНР. 22 мая 1939 года советские войска перешли Халхин-Гол и отбросили японцев к границе.

Читайте также:  Спи там за рекой

В период с 22 по 28 мая 1939 года в районе конфликта сосредотачиваются значительные силы. В составе советско-монгольских войск было 668 штыков, 260 сабель, 58 пулемётов, 20 орудий и 39 бронемашин. Японские силы под командованием полковника Ямагата составляли 1680 штыков, 900 сабель, 75 пулемётов, 18 орудий, 6-8 бронемашин и 1 танк.

28 мая 1939 года японские войска, обладая численным превосходством, перешли в наступление, имея целью окружить противника и отрезать его от переправы на западный берег Халхин-Гола. Советско-монгольские войска отступили , но план окружения сорвался во многом благодаря действиям батареи под командованием старшего лейтенанта Ю. Б. Вахтина. На следующий день советско-монгольские войска провели контрнаступление, оттеснив японцев на исходные позиции.

Хотя на земле в июне 1939 года не произошло ни одного столкновения, в небе с 22 мая развернулась воздушная война . Первые столкновения показали преимущество японских авиаторов. Так, за два дня боёв советский истребительный полк потерял 15 истребителей, в то время как японская сторона — всего одну машину. Советское командование в этой связи приняло радикальные меры. 29 мая 1939 года из Москвы в район боевых действий вылетела группа лётчиков-асов во главе с заместителем начальника ВВС РККА Я. В. Смушкевичем . 17 из них были героями Советского Союза, многие имели боевой опыт войны в Испании и Китае. Они приступили к обучению пилотов, реорганизовали и укрепили систему воздушного наблюдения, оповещения и связи. Для укрепления противовоздушной обороны в Забайкальский военный округ были направлены два дивизиона 191-го зенитно-артиллерийского полка. После этого силы сторон в воздухе стали примерно равными.

В начале июня 1939 года комкор Н.В. Фекленко был отозван в Москву, а на его место по предложению начальника оперативного отделения Генерального штаба М. В. Захарова был назначен Г. К. Жуков. Начальником штаба корпуса стал прибывший вместе с Жуковым комбриг М. А. Богданов . Вскоре после прибытия в район военного конфликта начальником штаба советского командования был предложен новый план боевых действий : ведение активной обороны на плацдарме за Халхин-Голом и подготовка сильного контрудара по противостоящей группировке японской Квантунской армии.

Наркомат обороны СССР и Генеральный штаб РККА согласились с предложениями Богданова. К району боевых действий стали стягиваться необходимые силы: войска подвозились по Транссибирской железнодорожной магистрали к Улан-Удэ, а далее по степной территории Монголии они следовали походным порядком на 1300—1400 км . Помощником Жукова по командованию монгольской кавалерией стал корпусной комиссар Ж. Лхагвасурэн . Для координации действий советских войск на Дальнем Востоке и частей Монгольской народно-революционной армии из Читы в район реки Халхин-Гол прибыл командующий 1-й Отдельной Краснознамённой армией командарм 2-го ранга Г. М. Штерн .

Воздушные бои на Халхин-Голе возобновились с новой силой с 20 июня 1939 года. В сражениях 22, 24 и 26 июня японцы потеряли более 50 самолётов. Весь июнь 1939 года советская сторона занималась обустройством обороны на восточном берегу Халхин-Гола и планированием решающего контрнаступления. Для обеспечения господства в воздухе сюда были переброшены новые советские модернизированные истребители И-16 и «Чайка», которыми впервые в мире были применены боевые неуправляемые ракеты «воздух-воздух», позднее использованные для создания систем залпового огня «Катюша».

В результате боя 22 июня 1939 года , который получил широкую известность в Японии (в этом бою сбит и взят в плен известный японский лётчик-ас Такэо Фукуда , прославившийся во время войны в Китае), было обеспечено превосходство советской авиации над японской и удалось захватить господство в воздухе. Всего в воздушных боях с 22 по 28 июня японские авиационные силы потеряли 90 самолётов. Потери советской авиации оказались гораздо меньшими — 38 машин. Но ранним утром 27 июня 1939 года японской авиации удалось нанести внезапный удар по советским аэродромам, что привело к уничтожению на них 19 машин (сами японцы потеряли только 2 бомбардировщика и 3 истребителя).

26 июня 1939 года было сделано первое официальное заявление советского Правительства по поводу событий на Халхин-Голе. По советскому радио прозвучали слова «ТАСС уполномочен заявить…». Новости с берегов Халхин-Гола появились на страницах советских газет.

К концу июня 1939 года штабом японской Квантунской армии был разработан план новой пограничной операции под наименованием « Второй период номонханского инцидента ». В общих чертах он был идентичен майской операции японских войск, но на этот раз, помимо задачи окружения и уничтожения советских войск на восточном берегу реки Халхин-Гол, перед японскими войсками ставилась задача форсировать реку Халхин-Гол и прорвать оборону Красной Армии на оперативном участке фронта.

2-го июля 1939 года японская группировка перешла в наступление. В ночь со 2-го на 3-е июля 1939 года войска генерал-майора Кобаяси форсировали реку Халхин-Гол и после ожесточенного боя захватили на её западном берегу гору Баян-Цаган , находящуюся в 40 километрах от маньчжурской границы.

Сразу же после этого японцы сосредоточили здесь свои главные силы и стали интенсивно строить фортификационные сооружения и возводить эшелонированную оборону . В дальнейшем планировалось, опираясь на господствовавшую над местностью гору Баян-Цаган, ударить в тыл оборонявшихся на восточном берегу реки Халхин-Гол советских войск, отрезать и в дальнейшем уничтожить их.

На восточном берегу Халхин-Гола также начались ожесточённые бои. Японцы, наступая силами двух пехотных и двух танковых полков ( 130 танков ) против полутора тысяч красноармейцев и двух монгольских кавалерийских дивизий численностью в 3,5 тысячи конников, первоначально добились успеха .

Из сложного положения обороняющиеся советские и монгольские войска выручил заранее созданный Жуковым подвижный резерв, который был оперативно введён в действие. Жуков, не дожидаясь подхода пехотного прикрытия, бросил в бой прямо с марша находившуюся в резерве 11-ю танковую бригаду комбрига М. П. Яковлева (150 танков Т-37А, БТ-5, БТ-7 и ОТ-26) и 8-й монгольский бронедивизион , оснащенный бронеавтомобилями БА-6 с 45-мм пушками. Вскоре их поддержала 7-я мотоброневая бригада (154 бронемашин БА-6, БА-10, ФАИ).

Высота Баян-Цаган после ожесточенного сражения, длившегося несколько дней, была взята, однако советские и монгольские бронечасти, наступавшие с марша и без поддержки пехоты, понесли большие потери в личном составе и технике от новых японских противотанковых пушек и ружей «Бофорс» (закупленных в Швеции) и шестовых мин, которые японские солдаты-смертники отважно подсовывали из траншей под днища советских танков.

Следует особо отметить, что командовавший операцией комкор Жуков в этой критической ситуации нарушил требования боевого устава РККА и действовал на свой страх и риск, вопреки мнению командарма Штерна . Впоследствии, правда, Штерн признал, что в той ситуации принятое Жуковым решение оказалось единственно возможным . Если бы японцам удалось закрепиться на горе Баян-Цаган, выбить их оттуда потом было бы намного труднее и потери были бы неизмеримо больше. Кроме того, имея в своих руках эту господствующую над степной монгольской равниной высоту, японцы получали большие тактические выгоды в продолжении начатой ими операции.

Однако, Особый отдел (военная контрразведка) корпуса передал в Москву донесение на имя И. В. Сталина о том, что комдив Жуков якобы «преднамеренно бросил в бой танковую бригаду без разведки и пехотного сопровождения». Из Москвы была выслана следственная комиссия во главе с заместителем наркома обороны, командармом 1-го ранга Г. И. Куликом . Однако, после конфликтов командующего 1-й армейской группы Жукова с Куликом, который стал вмешиваться в оперативное управление войсками, нарком обороны СССР Клим Ворошилов в телеграмме от 15 июля 1939 года объявил Кулику выговор и отозвал его в Москву. После этого на Халхин-Гол из Москвы прислали начальника Главного политического управления РККА комиссар 1-го ранга Мехлиса с поручением от Л. П. Берии «проверить» Жукова.

Вокруг горы Баян-Цаган развернулись ожесточённые бои. С обеих сторон в них участвовало до 400 танков и бронемашин, более 800 артиллерийских орудий и сотни самолётов. Советские артиллеристы вели огонь по противнику прямой наводкой, а в небе над горой в отдельные моменты находилось до 300 самолётов с обеих сторон. Особенно отличились в этих боях 149-й стрелковый полк майора И. М. Ремизова и 24-й мотострелковый полк И. И. Федюнинского. На восточном берегу Халхин-Гола к ночи 3 июля 1939 года советские войска ввиду численного превосходства противника отошли к реке , сократив размер своего восточного плацдарма, однако ударная группировка японцев под командованием генерал-лейтенанта Масаоми Ясуоки не выполнила поставленной перед нею задачи.

Группировка японских войск на горе Баян-Цаган оказалась в полуокружении. К вечеру 4-го июля 1939 года японские войска удерживали только вершину Баян-Цагана — узкую полоску местности в пять километров длиной и два километра шириной, но уже 5-го июля 1939 года японские войска начали отступление в сторону реки. Для того, чтобы заставить своих солдат драться до последнего, по приказу японского командования был взорван единственный понтонный мост через Халхин-Гол, имевшийся в их распоряжении. В конце концов, японские войска у горы Баян-Цаган начали повальное отступление с занимаемых позиций к утру 5 июля. По разным оценкам, на склонах горы Баян-Цаган погибло более 10 тысяч японских солдат и офицеров , японской стороной были потеряны почти все танки и большая часть артиллерии. Эти события известны в военной истории как « Баян-Цаганское побоище ».

В результате этих боёв , как позже Г.К. Жуков отметил в своих мемуарах, японские войска «больше не рискнули переправляться на западный берег реки Халхин-Гол». Все дальнейшие события происходили на восточном берегу реки. Однако японские войска продолжали оставаться на территории Монголии, и военное руководство Японии планировало новые наступательные операции . Таким образом, очаг конфликта в районе Халхин-Гола сохранялся. Обстановка диктовала необходимость восстановить государственную границу Монголии и кардинально разрешить этот пограничный конфликт. Поэтому Жуков стал планировать наступательную операцию с целью полного разгрома всей японской группировки, находившейся на территории Монголии.

57-й особый корпус был развёрнут в 1-ю Армейскую (фронтовую) группу Красной Армии под командованием командарма Г. М. Штерна. В соответствии с постановлением Главного военного совета РККА, для руководства войсками был учреждён Военный совет армейской группы в составе: командующий командарм 2-го ранга Г. М. Штерн , начальник штаба комбриг М. А. Богданов , командующий авиацией комкор Я. В. Смушкевич , комкор Г. К. Жуков , дивизионный комиссар М. С. Никишев . К месту конфликта срочно стали перебрасываться новые войска, в том числе 82-я стрелковая дивизия. Из Московского военного округа была переброшена 37-я танковая бригада, имевшая на вооружении танки БТ-7 и БТ-5, на территории Забайкальского военного округа была проведена частичная мобилизация и сформирована 114-я и 93-я стрелковые дивизии.

8-го июля 1939 года японская сторона вновь начала активные боевые действия. Ночью японцы повели наступление крупными силами на восточном берегу Халхин-Гола против позиции 149-го стрелкового полка и батальона стрелково-пулемётной бригады, которые были совершенно не готовы к этой атаке японцев. В результате этой атаки японцев 149-му полку пришлось отойти к реке, сохраняя плацдарм всего в 3- 4 километра . При этом были брошены и достались японцам одна артиллерийская батарея, взвод противотанковых орудий и несколько пулемётов. Но, несмотря на то, что такого рода внезапные ночные атаки японцы в дальнейшем проводили ещё несколько раз, а 11-го июля 1939 года им удалось захватить высоту, они в результате контратаки советских танков и пехоты, которую возглавил командир 11-й танковой бригады комбриг М. П. Яковлев, были вновь выбиты с высоты и отброшены на исходные позиции. Линия обороны на восточном берегу Халхин-Гола была полностью восстановлена.

С 13 по 22 июля 1939 года в боевых действиях наступило затишье, которое обе стороны использовали для наращивания своих сил. Советская сторона принимала энергичные меры по укреплению плацдарма на восточном берегу реки, который требовался для проведения планируемой начштабом Богдановым наступательной операции против японской группировки. На этот плацдарм были переброшены 24-й мотострелковый полк И. И. Федюнинского и 5-я стрелково-пулемётная бригада.

23 июля 1939 года японцы после мощной артиллерийской подготовки начали наступление на правобережный плацдарм советско-монгольских войск. Однако после двухдневных боёв, понеся значительные потери, японцам пришлось отойти на исходные позиции. В это же время происходили интенсивные воздушные бои . С 21 по 26 июля 1939 года японская сторона потеряла 67 самолётов, советская только 20.

Значительные усилия легли на плечи советских пограничников. Для прикрытия границы Монголии и охраны переправ через Халхин-Гол из Забайкальского военного округа был переброшен сводный батальон советских пограничников под командованием начальника штаба Кяхтинского пограничного отряда майора А. Булыги. Только за вторую половину июля пограничники задержали 160 подозрительных лиц, среди которых были выявлены десятки японских диверсантов и разведчиков.

Во время разработки наступательной операции против японских войск выдвигались предложения как в штабе армейской группы, так и в Генеральном штабе РККА, о переносе боевых действий с территории Монголии на маньчжурскую территорию , однако эти предложения были категорически отвергнуты политическим руководством страны. В своих мемуарах Маршал Советского Союза М. В. Захаров приводит одно из высказываний И.В.Сталина по этому поводу: «Вы хотите развязать большую войну в Монголии. Противник в ответ на ваши обходы бросит дополнительные силы. Очаг борьбы неминуемо расширится и примет затяжной характер, а мы будем втянуты в продолжительную войну».

Читайте также:  Правила лоции по реке

В результате проведённой обеими сторонами конфликта работы к началу советского контрнаступления 1-я армейская группировка Жукова имела в своём составе около 57 тысяч человек , 542 орудия и миномёта, 498 танков, 385 бронемашин и 515 боевых самолётов, противостоящая ей японская группировка — специально сформированная императорским декретом японская 6-я отдельная армия под командованием генерала Рюхэя Огису , имела в своем составе 7-ю и 23-ю пехотные дивизии, отдельную пехотную бригаду, семь артиллерийских полков, два танковых полка маньчжурской бригады, три полка баргутской кавалерии, два инженерных полка и другие части, что в общей сложности составляло более 75 тысяч человек , 500 артиллерийских орудий, 182 танка, 700 самолётов. Следует отметить, что в составе японской группировки большинство солдат имели боевой опыт войны в Китае. Генерал Рюхэя Огису и его штаб также планировали наступление, которое было назначено на 24 августа 1939 года . При этом с учётом печального для японцев опыта боёв на горе Баян-Цаган в этот раз охватывающий удар планировался на правом фланге советской группировки. Форсирование реки не планировалось.

В материальном снабжении войск неоценимую помощь оказывали автобазы Улан-Батора и Восточного аймака (Баян-Тумэн), а также гужевой транспорт восточных аймаков. Правительство Монгольской Народной Республики обеспечивало советско-монгольские войска мясопродуктами, предоставило помещения для развертывания трех госпиталей и 42 медпунктов, в которых советские врачи оказывали необходимую помощь больным и раненым советским и монгольским воинам. Поскольку боен вблизи района не было, то в границах тыла армейской группы содержались стада крупного рогатого скота и большой численности отары овец. Они перемещались вслед за тылами. Забой происходил по потребности в пределах армейских норм мясного довольствия. Благодаря такому порядку даже в самую жару личный состав питался свежим мясом.

Во время подготовки Г.К. Жуковым наступательной операции советских и монгольских войск был тщательно разработан и неукоснительно соблюдался план оперативно-тактической дезинформации противника. Все передвижения советских войск в прифронтовой полосе производились только в тёмное время суток, категорически запрещалось вводить войска в исходные для наступления районы, рекогносцировки на местности командным составом проводились только на грузовых автомашинах и в форме рядовых красноармейцев. Для введения противника в заблуждение в ранний период подготовки к наступлению советская сторона по ночам с помощью звуковых установок имитировала шум движения танков и бронемашин, самолётов и инженерных работ. Вскоре японцам надоело реагировать на источники шумов, поэтому во время реальной перегруппировки советских войск их противодействие было минимальным.

Также всё время подготовки к наступлению советской стороной велась активная радиоэлектронная борьба с противником. Зная, что японцы ведут активную радиоразведку и прослушивают телефонные переговоры, в целях дезинформации противника была разработана программа ложных радио- и телефонных сообщений . Переговоры велись только о строительстве оборонительных сооружений и подготовке к осенне-зимней кампании. Радиообмен в этих случаях строился на легко дешифруемом коде.

Несмотря на общее превосходство в силах японской стороны , к началу наступления Г.К.Жукову удалось достичь почти трехкратного превосходства в танках и в 1,7 раза в самолётах . Для проведения наступательной операции были созданы двухнедельные запасы боеприпасов, продовольствия и горюче-смазочных материалов. Для перевозки грузов от Читы на расстояние в 1300—1400 километров было задействовано более 4 тысяч грузовиков и 375 автоцистерн. Следует отметить, что один автомобильный рейс с грузом и обратно длился пять дней.

В ходе наступательной операции Г.К. Жуков , используя маневренные механизированные и танковые части, планировал неожиданными сильными фланговыми ударами окружить и уничтожить противника в районе между государственной границей МНР и рекой Халхин-Гол. На Халхин-Голе впервые в мировой военной практике танковые и механизированные части использовались для решения оперативных задач в качестве основной ударной силы фланговых группировок, совершавших манёвр на окружение.

Наступающие войска Красной Армии были разделены на три группы — Южную, Северную и Центральную. Главный удар наносился Южной группой под командованием полковника М. И. Потапова, вспомогательный удар — Северной группой , командующий полковник И. П. Алексеенко , в то время как Центральная группа под командованием комбрига Д. Е. Петрова должна была сковать силы противника в центре, на линии фронта, тем самым лишить их возможности манёвра. В резерве , сосредоточенном в центре, находились 212-я авиадесантная, 9-я мотоброневая бригады и танковый батальон. Также в операции участвовали монгольские войска — 6-я и 8-я кавалерийские дивизии под общим командованием маршала X. Чойбалсана .

Наступление советско-монгольских войск началось утром 20 августа 1939 года , упредив наступление японских войск, назначенное на 24 августа и явившись полной неожиданностью для японского командования. В 6 часов 15 минут утра началась мощная артиллерийская подготовка и авиационный налёт на позиции противника. В 9 часов утра началось наступление сухопутных войск. В первый день наступления атакующие войска действовали в полном соответствии с планами, за исключением заминки, случившейся при переправе танков 6-й танковой бригады , так как при переправе через Халхин-Гол не выдержал тяжести танков наведённый саперами понтонный мост. Наиболее упорное сопротивление японцы оказывали на центральном участке фронта, где у них имелись хорошо оборудованные инженерные укрепления. Здесь наступавшим советским частям удалось за день продвинуться всего на 500—1000 метров. Уже 21-го и 22-го августа 1939 года японские войска, придя в себя, повели упорные оборонительные бои, поэтому комкору Г.К.Жукову пришлось ввести в сражение резервную 9-ю мотоброневую бригаду. Хорошо действовала в эти дни советская авиация. Только за 24 и 25 августа 1939 года бомбардировщики СБ совершили 218 боевых групповых вылетов и сбросили на противника около 96 тонн бомб. Истребителями за эти два дня в воздушных боях было сбито около 70 японских самолётов.

В целом же следует признать , что командование 6-й японской армии в первый день наступления не смогло определить направление главного удара наступающих войск и не предприняло попытки оказать поддержки своим войскам, оборонявшимся на флангах. Бронетанковые и механизированные войска Южной и Северной групп советско-монгольских войск к исходу 26 августа 1939 года соединились и завершили полное окружение 6-й японской армии. После этого началось её дробление отсекающими ударами и уничтожение по частям.

Японские солдаты, в основном пехотинцы , по признанию самого Г.К. Жуков в своих мемуарах, держались стойко, дрались крайне ожесточенно и исключительно упорно, до последнего человека. Часто японские блиндажи и дзоты захватывались только тогда, когда там уже не было ни одного живого японского солдата . В результате упорного сопротивления японцев 23 августа 1939 года на Центральном участке фронта комкору Г.К. Жукову пришлось даже ввести в бой свой последний резерв : 212-ю авиадесантную бригаду и две роты пограничников. При этом он снова пошёл на осознанный риск, так как ближайший резерв командующего — монгольская бронетанковая бригада — находилась в Тамцак-Булаке, в 120 километрах от фронта.

Неоднократные попытки японского командования провести контратаки и деблокировать окружённую в районе Халхин-Гола группировку закончились неудачей. 24 августа 1939 года полки 14-й пехотной бригады Квантунской армии, подошедшие из Хайлара к монгольской границе, вступили в бой с 80-м стрелковым полком, прикрывавшим границу, однако ни в этот день, ни на следующий пробиться не смогли и отошли на территорию Маньчжоу-Го. После боёв 24—26 августа 1939 года командование Квантунской армии до самого конца операции на Халхин-Голе не пыталось больше деблокировать свои окружённые войска, смирившись с неизбежностью их гибели. Красная Армия в качестве трофеев захватила 100 автомашин, 30 тяжёлых и 145 полевых орудий, 42 тыс. снарядов, 115 станковых и 225 ручных пулемётов, 12 тысяч винтовок, около 2 млн патронов, много другого военного имущества.

Последние бои ещё продолжались 29 и 30 августа 1939 года на участке севернее реки Хайластын-Гол . К утру 31 августа 1939 года территория Монгольской Народной Республики была полностью очищена от японских войск. Однако это ещё не было полным окончанием боевых действий.

Утром 4-го сентября 1939 года два батальона японской пехоты попытались занять высоту Эрис-Улын-Обо , но были отброшены за линию государственной границы, потеряв убитыми до 350 солдат и офицеров. Ночью 8-го сентября 1939 года в этом же районе японские войска предприняли новую попытку проникновения на территорию Монголии силами до четырёх пехотных рот, однако вновь были отбиты с большими потерями. Всего в этих атаках противник потерял до 500 военнослужащих убитыми, были захвачены 18 пулёметов и более 150 винтовок.

После 8-го сентября 1939 года японское командование не предпринимало действий наземными войсками, однако воздушные бои продолжались . В первой половине сентября в небе над территорией МНР состоялись 7 воздушных боёв. Крупнейший — 120 японских самолётов против 207 советских — состоялся 15-го сентября 1939 года, в день подписания перемирия. 16 сентября 1939 года боевые действия на границе были прекращены. Всего за время конфликта СССР потерял 207, Япония — 162 самолёта. Военные действия в районе Халхин-Гола по своему масштабу значительно превосходили события у Хасана. Они также закончились поражением Японии, потери которой составили: около 61 тысяч человек убитыми, ранеными и взятыми в плен.

Через своего посла в Москве Сигэнори Того японское Правительство обратилось к Правительству СССР с просьбой о прекращении военных действий на монгольско-маньчжурской границе. 15 сентября 1939 года было подписано соглашение между Советским Союзом, МНР и Японией о прекращении военных действий в районе реки Халхин-Гол, которое вступило в силу на следующий день.

События на Халхин-Голе стали важным элементом военно-патриотической пропаганды в СССР. Её суть сводилась к идее непобедимости Красной Армии в будущей войне. 1-го августа 1939 года , в разгар боевых действий, был учреждён дополнительный знак отличия к высшей степени отличия СССР — званию «Герой Советского Союза» — медаль «Герой Советского Союза», переименованная в октябре того же года в медаль «Золотая Звезда». Звание это было учреждено ещё в 1934 году, но особых знаков отличия не предусматривались. Следует отметить, что участники трагических событий лета 1941 года много раз потом отмечали большой вред излишнего оптимизма в канун Великой Отечественной войны

Халхин-Гол стал началом полководческой карьеры Г. К. Жукова. Прежде безвестный командир корпуса после победы над японцами возглавил крупнейший в стране Киевский военный округ, а затем стал начальником Генерального Штаба РККА, впоследствии – маршалом Советского Союза, представителем Ставки ВГК, министром обороны СССР, четырежды Героем Советского Союза. В МНР Г. К. Жуков пробыл немногим более 11 месяцев. Этот небольшой срок времени был насыщен недюжинным трудом командующего. 1-го Мая 1940 года в месте с X . Чойбалсаном Г. К. Жуков провел парад войск Улан-Баторского гарнизона, а у уже через несколько дней был отозван.

Командующий авиацией 1-й армейской группы Я. В. Смушкевич и командарм Г. М. Штерн за бои на Халхин-Голе были награждены медалями «Золотая Звезда». После окончания конфликта Смушкевич был назначен начальником ВВС РККА, Штерн командовал 8-й армией во время Советско-финской войны. Начальник штаба 1-й армейской группы комбриг М. А. Богданов Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 ноября 1939 года был награждён Орденом Красного Знамени. По окончании боевых действий в сентябре 1939 года приказом НКО СССР он был назначен заместителем командующего 1-й армейской группы (Улан-Батор). В том же месяце Постановлением Правительства СССР назначен председателем Советско-монгольской делегации в Смешанной комиссии по разрешению спорных вопросов о государственной границе между МНР и Манчжурией в районе конфликта. В конце переговоров в результате провокации с японской стороны Богданов совершил «грубейшую ошибку, нанесшую ущерб престижу СССР», за что был предан суду. 1 марта 1940 года Военной коллегией Верховного суда СССР он был осужден по ст. 193-17 пункт «а» на 4 года ИТЛ. Постановлением Верховного Совета СССР от 23 августа 1941 года был амнистирован со снятием судимости и направлен в распоряжение НКО СССР. Великую Отечественную войну закончил в должности командира дивизии и звании генерал-майора.

Боевые действия на территории МНР совпали по времени с переговорами японского министра иностранных дел Хатиро Ариты с английским послом в Токио Робертом Крейги . В июле 1939 года между Англией и Японией было заключено соглашение , по которому Великобритания признала японские захваты в Китае (тем самым, оказав дипломатическую поддержку агрессии против МНР и её союзника — СССР).

В это же время Правительство США продлило на шесть месяцев денонсированный 26 января 1939 года Торговый договор с Японией, а затем полностью восстановило его. В рамках этого соглашения Япония закупила грузовики для Квантунской армии, станки для авиазаводов на 3 миллиона долларов, стратегические материалы (стальной и железный лом, бензин и нефтепродукты). Новое эмбарго США было наложено только 26 июля 1941 года . Однако официальная позиция правительства США не означала полного прекращения торговли. Товары и даже стратегическое сырьё продолжали поступать в Японию вплоть до начала войны с США.

Закончился конфликт на реке Халхин-Гол только в мае 1942 года подписанием Окончательного соглашения об урегулировании. Причём это было компромиссное, во многом в пользу японцев урегулирование — на основе старой карты. Для Красной Армии, которая вела тяжёлые бои на советско-германском фронте, тогда сложилась достаточно сложная ситуация. Поэтому урегулирование вынужденно было «прояпонским». Но просуществовало оно только до 2-го сентября 1945 года, до капитуляции Японии во Второй мировой войне.

В Приговоре Токийского международного военного трибунала для Дальнего Востока от 4-12 ноября 1948 года действия Японии в 1938-39 гг. у Хасана и Халхин-Гола были квалифицированы как « проводившаяся японцами агрессивная война ».

Источник