Меню

Смысл названия набокова облако озеро башня

Анализ рассказа В. В. Набокова Облако, озеро, башн

Министру просвещения П.А. Тюркину

Об одном эмигранте

Уважаемый Павел Анатольевич, уведомляю Вас, что даже в не советской стороне появился яростный попутчик коммунизма. Имя ему Владимир Набоков. В рассказе «Облако, озеро, башня» писатель умело критикует буржуазных немцев, играя с читателем, шокируя необычностью ситуации, что обычно присуще, как Вы прекрасно знаете, новелле. Линейная же архитектоника открывается обширной панорамой, где животные и явления неживого намного больше похожи на людей, чем сами немцы : «воробьи не унывают», «личико часов». Природа здесь уникальна, в отличие от людей. Все попутчики, кроме Василия Ивановича, простого работника, лишнего среди этого устрашающего безымянного «животного царства», который совершенно в это общество не вписывается: поездка ему навязана (не перестаю удивляться тому, что в Германии даже выехать куда-то свободно нельзя, бюрократизм немцев дошёл до необходимости «свидетельства о невыезде из города на летнее время», а общество увеспоездок выглядит жалкой пародией по сравнению с нашими ревтребуналами и наркомпросом), петь герой не умеет; провизия и та не делится с едой остальной компании, а любимый русский огурец признан несъедобным и безжалостно выброшен в окошко. Конечно, герой не лишён и слабостей отечественной интеллигенции: неотделимостью от природы в «воспоминании любви, переодетом лугом», «волнением, возбуждаемым в нём лучшими произведениями русской поэзии», романтической безвыходной любовью. Художественная натура героя проявляется также в живописных описаниях насилия («набросала в воздухе начало оплеухи») и в метафоричных обломках прошлого: «навязанная ему судьбой в открытом платье», «деревья появлялись партиями (прямо какие-то заключённые немецких концлагерей, а не деревья), показывая новые моды», будто дворянки на светском рауте. Кстати говоря, не удерживается от минутных слабостей и сам нарратор, несколько раз восклицающий в лирических отступлениях «любовь моя». Чувственные тонкости увлекли меня, однако теперь продолжим. Василий Иванович всё же не заслуживает грозы, предчувствие которой просматривалось уже в аллитерации на ш и р, звучащей в самих именах попутчиков : Шрам, Шульц, Грета и продолженной в характеристике персонажей буквами щ и ц : «петушиный», «чудовищный». И все они вместе, вместе, вместе (слова «вместе с добрыми людьми» звучат жестокой насмешкой над будущностью нашего бедного соотечественника), по двое (вот уж где «каждой твари по паре») и не зря исковеркана строка «Silentium» Тютчева: «Мы слизь. Реченная есть ложь.». Коллектив попутчиков, цели которого не ясны, не менее точно характеризует первое слово, не принадлежащее Василию Ивановичу — «пацлуй» — и то опошленное неправильным произношением. Такие товарищи во главе с петушиного вида «специальным подогревателем», без которого они и восхититься ничем не могут, развлекаются «пудовыми шутками» и сомнительными по оригинальности песнями. «Километр за километром,\Ми-ре-до и до-ре-ми» — сплошь повторы, исход которых ясен. В конфликт с этой ясностью вступает название: Озеро, облако — понятный ассонанс на о, оба слова какой гласной начались, той и закончились, а вот «башня», как герой и его представления о счастье, выпадает из стройного ряда. Василий Иванович не может спокойно двигаться «каруселью». В нём бушует внутренний конфликт, который выражен в первом, на чём можно без последствий выместить злость от бесконечного движения по кругу, на хлебе, тоже круглом: «До чего я тебя ненавижу, насущный!». Герой пытается уверить себя, что поездка именно то, чего он хочет и паровоз, фрагмент хронотопа, ведёт Василия Ивановича в правильном направлении, но его ужас сливается с лихорадочным ходом паровой машины и даже не различишь сразу, о ком идёт речь в начале поездки: » Паровоз, шибко-шибко работая локтями, бежал сосновым лесом. и понимая ещё только смутно в чушь и ужас своего положения, и пожалуй, пытаясь уговорить себя, что всё очень мило, Василий Иванович ухитрялся наслаждаться мимолётными дарами дороги.». Образ паровоза противопоставлен образу старого снимка с деревенскими школьниками, у которых ещё есть надежда на светлое будущее, но над будущем крайнего мальчика поставлен крест — теперь он движется по кругу, повсюду высматривая символичные отголоски того мира: «синяя сырость оврага» (ох, и сколько же было синего в этом Серебряном веке : в синий плащ заворачивал бывших возлюбленных А.А. Блок, свои предпочтения девушке в голубом отдавал и Есенин), и наконец Василий Иванович отходит от общества попутчиков, этого «сборного, мягкого, многорукого существа», налезавшего на него со всех сторон, заставившего нашего соотечественника съесть (!) окурок, и, наконец, приходит в свой рай, на который почти не надеялся, о котором «как-то вполгрёзы» думал. Там и дорогое сердцу синее озеро, и башня (мечта поэта, а не башня, хоть и чёрная) высится «из дактиля в дактиль», и старик, который (наконец-то!) плохо изъясняется по-немецки и не понимает по-русски, будучи неотделим от привычного уже «языка быта» — впечатление от пейзажа и знание о гостевой комнате привело к сорвавшемуся поневоле : «Знаете, я сниму её на всю жизнь». А комната была самая обычная: » с красным полом, с ромашками, намалёванными на белых стенах. — но из окошка было ясно видно озеро с облаком и башней, в неподвижном и совершенном сочетании счастья» (цвета триколора старой России — ещё одна маленькая слабость из прошлого). В этом домике становится реальным синий костюм и её фотография (почти что она сама), потому Василий Иванович отказывается продолжать бесцельный путь, подчёркивая свою решительность эпифорой: «Я дальше не еду. Никуда не еду.», что заставило улыбку предводителя полинять раньше сезона и если раньше на него смотрели глаза одного из попутчиков лишь «без блеска» («лучистые глаза» княжны Марьи затмевает их одним напоминанием), то теперь взгляд нашего соотечественника встречается с «каменными глазами» специального подогревателя. Оставшаяся за спиной ропчущая чаша бездейственно чернеет, предвосхищая «приглашение на казнь». «Превеселое» избиение довело героя до увольнения, а дальнейшие следы Василия Ивановича теряются.
Итак, пока у нацистов всё репрессии, репрессии и репрессии, русский (и советский делом) человек пытается достичь «дрожащего счастья», но влияние враждебно настроенной капиталистической среды подавляет в нём самое стремление к лучшему миру. Надежда, подорванная чужбиной, не оставляет сил быть человеком.

В связи со всем вышесказанным предлагаю опубликовать набоковский рассказ, который поднимет дух рабочих (не в пример «Котловану» Платонова), в одной из наших газет.

Посол СССР в Германии Алексей Фёдорович Мерекалов

В публикации отказать.
Посла из Германии отослать.

Источник

Смысл названия набокова облако озеро башня

image307

Несколько слов о Владимире Набокове

Что я могу сказать о Набокове? То, во-первых, что это мой любимый писатель ХХ века. То, во-вторых, что это несомненный гений, известный широкой публике прежде всего как автор «Лолиты», что служит ему отнюдь не добрую службу. То, в-третьих, что стихи и проза, бабочки и шахматы, переводческие и литературоведческие работы образуют очень красивую и симметричную жизнь этого человека, в которой есть и полет, и расчет, и трагедия, и фарс, и глубокий драматизм.

Как отмечают биографы Набокова, он любил подчеркивать, что родился «в один день с Шекспиром и через сто лет после Пушкина», упоминая имена-символы двух великих литератур, которым сам равно принадлежит. В русскую он вошел как Владимир Сирин, литературное существование которого прекратилось так же через сто лет после Пушкина, в 1937, когда начал публиковаться его последний роман «Дар». В Америке он прославился как Vladimir Nabokov, пишущий на английском и даже внешне сильно отличающийся от Сирина.

image309 image311

На фотографиях Владимир Сирин и Vladimir Nabokov

Напомним, что он родился в очень богатой и знатной семье, получил превосходное домашнее образование, «научившись читать по-английски раньше, чем по-русски». В Набокове всегда присутствовала глубокая аристократичность, которая проявлялась и как презрение к материальным благам, стойкость, с которой он переносил невзгоды и берлинскую бедность после потери русских миллионов, но и как холодность и заносчивость при общении с другими людьми, что особенно заметно было в американский период его жизни.

image313 image315

На фотографиях В.В. Набоков и его родители

Достаточно интересен тринадцатиминутный фильм о детстве Набокова из цикла «Мой живой журнал» — прежде всего по форме подачи материала. В нем изящно использована Интернет-стилистика в сочетании с текстом набоковских «Других берегов». Предлагаю его вашему вниманию.

Видеофрагмент 1. Фильм «Мой живой журнал. Владимир Набоков»

Уже давно подмечено, что бабочки и шахматы стали символами его творчества. Он любил выискивать узоры судьбы, потаенную симметрию в собственной биографии. И вот — как два крыла бабочки, симметричны друг другу русская и английская половины его творчества. Словно клетки на шахматной доске — восемь по горизонтали, восемь по вертикали — выстраиваются его восемь русских и восемь английских романов . Чтобы не нарушить чистоту симметрии, судьба не дала дописать девятый роман на русском, «Solus rex» (помешала война) и девятый на английском, «Оригинал Лауры» (помешала смерть).

image317

Он жил в России, Германии, Франции, Америке, последние 15 лет долгой жизни он провел в Швейцарии, в городе Монтрё, где поселился в номере 64 (число клеток на шахматной доске) шикарного «Палас-отеля». Шахматы и бабочки сопутствовали ему всю жизнь, и даже умер он по причине неудачного падения во время ловли бабочек. Набоков писал о себе в конце жизни: «Я американский писатель, рожденный в России, получивший образование в Англии, где я изучал французскую литературу перед тем, как на пятнадцать лет переселиться в Германию. Моя голова разговаривает по-английски, моё сердце — по-русски, и моё ухо — по-французски». Но в берлинский период, когда были написаны его лучшие произведения, Набоков никак не мог быть американским писателем. В конце жизни Набоков очень нескромно, но, пожалуй, вполне справедливо сказал: «В литературе я могу всё». Простим ему эту нескромность.

У нас есть уникальная возможность увидеть живого Набокова, дающего интервью французскому журналисту в телевизионной программе «Апострофы» (1975 г.). Честно говоря, я пережил некоторый шок, получив такую возможность.

Видеофрагмент 2. Интервью с Владимиром Набоковым

Набоков оставил после себя огромное наследие: 8 русских романов («Машенька», 1926; «Король, дама, валет», 1928; «Защита Лужина», 1929; «Подвиг», 1931; «Камера обскура», 1932; «Отчаяние», 1934; «Приглашение на казнь», 1935; «Дар», 1937), 8 английских романов («Истинная жизнь Себастиана Найта», 1939; «Под знаком незаконнорожденных», 1947; «Лолита», 1955; «Пнин», 1957; «Ада», 1961; «Бледный огонь», 1962; «Прозрачные вещи», 1972; «Взгляни на Арлекинов!», 1974), сборники рассказов («Возвращение Чорба», 1930; «Соглядатай», 1938; «Весна в Фиальте», 1956), стихов («Гроздь» и «Горний путь», 1923), мемуары («Убедительное свидетельство», 1951; «Другие берега», 1954; «Память, говори», 1966), переводы (наиболее известен перевод на английский язык «Евгения Онегина» А. Пушкина в четырех томах с обширными комментариями, 1964), литературоведческие работы (после смерти Набокова были опубликованы его лекции, составившие три тома: «Лекции по русской литературе», «Лекции по зарубежной литературе», «Лекции о «Дон-Кихоте»), а также остроумные шахматные задачи и труды по энтомологии.

image319

Могу также предложить вашему вниманию хороший фильм, посвященный биографии Набокова, — «Гении и злодеи уходящей эпохи. Владимир Набоков» .

Русский период жизни писателя (тогда, впрочем, еще не создавшего ничего, кроме сборника плохих стихов) замечательно раскрыт в фильме «Владимир Набоков. Русские корни»

Набоковым восхищались многие. Так замечательный Бунин объявил: «Этот мальчишка выхватил пистолет и одним выстрелом уложил всех стариков, в том числе и меня». Набоков, действительно, ворвался в литературу совершенно ураганно. Но после тот же Бунин назвал Набокова «огромного размера бесплодной смоковницей», а Куприн«талантливым пустоплясом». Чего же им не хватало в Набокове? Очевидно, неясна была цель написания им совершенно шедевральных по форме произведений. Что хотел Набоков донести до читателя? Бунин и Куприн, похоже, склонялись к мысли, что ничего. Но так ли это? Попробуем разобраться на примере рассказа «Облако, озеро, башня».

«Облако, озеро, башня»

image321

Школьный рисунок, автор неизвестен

Рассказ «Облако, озеро, башня» написан в 1937 году. Что нам это дает? Немного, но дает. Это время правления национал-социалистов в Германии (они пришли к власти в 1933 году), время расцвета германской экономики, время жесткого идеологического воздействия на массы.

Видеофрагмент 3. «Гении и злодеи уходящей эпохи. Владимир Набоков».

Кроме того, это время политических «чисток» в СССР, время тотального доносительства, сфабрикованных дел, лагерей и расстрелов, что тоже не прибавляло оптимизма. Мир в это время стоял на пороге самой страшной войны в истории человечества. Кроме того, 1937 год — год, когда Набоков окончательно покидает Германию, перебираясь сначала во Францию, а в 1940 году — в Америку. Наконец, это время окончания работы над итоговым романом русскоязычного периода «Дар», после чего Набоков станет писать уже по-английски. Переломный год, что и говорить.

Обратимся к сюжету рассказа.

На первый взгляд, он прост: берлинский служащий русского происхождения выигрывает в благотворительную лотерею увеселительную поездку, пытается получить ее стоимость, но, столкнувшись с бюрократическими препонами, решает ехать, чтобы не пропадать добру. Во время этой поездки он мучительно переживает соседство пошлых германских попутчиков, которые мешают ему наслаждаться прекрасным и пытаются втянуть его в круг своих низменных интересов. Наконец, он видит дивный пейзаж, те самые облако, озеро, башню, и решает остаться там, но попутчики силой увлекают его прочь, по утвержденному маршруту. По пути в Берлин они всячески истязают героя, и он, вернувшись и рассказав эту историю начальнику, от лица которого и ведется повествование, просит его отпустить и получает такое разрешение.

На второй взгляд, простота начинает оборачиваться сложностью и немыслимо углубляться. Итак…

1. Рассказчик и герой. Рассказчик, т.е. персонаж, от лица которого ведется повествование, почти остается за границами рассказа. Он возникает в первом и последнем абзацах рассказа, тем самым образуя закольцовку. Что же мы о нем узнаем? Он характеризует себя, давая характеристику главному герою: «Один из моих представителей, скромный, кроткий холостяк, прекрасный работник… Я сейчас не могу вспомнить его имя и отчество. Кажется, Василий Иванович». И в конце: «По возвращении в Берлин он побывал у меня… Я его отпустил, разумеется». В середине тоже есть малый вброс информации о рассказчике: «У меня он зарабатывал достаточно на малую русскую жизнь». Какой вывод мы можем сделать? Рассказчик является бизнесменом, имеющим штат торговых представителей. Их у него достаточно большое количество, так что всех по именам он не помнит. Василий Иванович (предположительно главного героя звали именно так) ценился рассказчиком как хороший работник образцового поведения. Рассказчик оплачивал труд Василия Ивановича по справедливости. Главный герой весьма доверял рассказчику, поскольку поведал ему свою историю в мельчайших подробностях. Рассказчик показывает себя человеком чутким, отпуская Василия Ивановича и не пытаясь отговорить его от сумасбродной идеи. Кроме того, рассказчик чрезвычайно наблюдателен.

Читайте также:  Черное море считается озером

Если вчитаться глубже в рассказ, то станет очевидным, что рассказчик знает русский язык: только зная язык, можно так иронизировать над стихами Тютчева: «Мы слизь. Реченная есть ложь»,— и дивное о румяном восклицании)». Русский ли человек рассказчик? Ответить определенно сложно, но русскому Василию Ивановичу и русскому же хозяину домика возле призрачной башни он симпатизирует, а немецкие спутники главного героя изображены пошлыми монстрами. Да и мысли он излагает явно по-русски, иначе недостижимой оказалась бы строка дактиля, которым написано предложение: «высилась прямо из дактиля в дактиль старинная черная башня». Можно ли предположить идентичность автора и рассказчика? Можно, и в таком случае получится, что рассказчик — писатель, а его «агенты» — персонажи, и автор вполне волен дать свободу персонажу, «отпустить» его, что, собственно, и происходит в последней строке рассказа. Мысль, что и говорить, игривая, и вполне в духе Набокова, ценящего прежде всего литературную игру.

Если низвести Василия Ивановича до уровня персонажа, то именно рассказчик внезапно обращается к кому-то в процессе повествования:

«и, пронзая душу, подальше на пути, горел дрожащей звездой фонарь сквозь медленный дым паровоза, и во мраке цыкали сверчки, и откуда-то пахло жасмином и сеном, моя любовь».

Или: «такое полное выражение нежной, благожелательной красоты, — что, кажется, вот бы остановить поезд и — туда, навсегда, к тебе, моя любовь. » Или: «Таких, разумеется, видов в средней Европе сколько угодно, но именно, именно этот, по невыразимой и неповторимой согласованности его трех главных частей, по улыбке его, по какой-то таинственной невинности,— любовь моя! послушная моя!— был чем-то таким единственным, и родным и давно обещанным».

Что еще за «моя любовь»? К кому обращается рассказчик? Или же он воспроизводит мысленные восклицания главного героя, переживающего красоту окружающего мира?

image323

Иллюстрация А. Козловой

Давайте пока остановимся на втором варианте, освободив главного героя от диктата автора-демиурга. Тем более, что рассказчик и Василий Иванович оказываются родственными душами:

«Нас с ним всегда поражала эта страшная для души анонимность всех частей пейзажа, невозможность никогда узнать, куда ведет вон та тропинка, — а ведь какая соблазнительная глушь!»

Итак, если Василий Иванович — не плод воображения рассказчика, а действительно работающий на него человек из плоти и крови, и рассказчик, соответственно, — не писатель, а бизнесмен, то мы можем в связи с этим вывести рассказчика за скобки рассказа и сосредоточиться на главном герое.

2. Герой и его мечты.

«Он плохо спал накануне отбытия. Почему? Не только потому, что утром надо вставать непривычно рано и таким образом брать с собой в сон личико часов, тикающих рядом на столике, а потому что в ту ночь ни с того, ни с сего ему начало мниться, что эта поездка, навязанная ему случайной судьбой в открытом платье, поездка, на которую он решился так неохотно, принесет ему вдруг чудное, дрожащее счастье, чем-то схожее и с его детством, и с волнением, возбуждаемым в нем лучшими произведениями русской поэзии, и с каким-то когда-то виденным во сне вечерним горизонтом, и с тою чужою женой, которую он восьмой год безвыходно любил (но еще полнее и значительнее всего этого)».

Если таковы были ожидания Василия Ивановича, то восклицание «моя любовь» из предшествующего абзаца, трижды прошивающее текст рассказа (лейтмотив), мы вправе приписать именно ему. Т.е. герой обделен любовью, счастьем, и почему-то ему «мнится» что едет он именно навстречу этому «чудному, дрожащему счастью». Возникает также некая «чужая жена», но что такое «безвыходная любовь», насколько она взаимна — остается только догадываться. Скорее всего, это робкая, тщательно скрываемая односторонняя любовь, поскольку Василий Иванович скромен и порядочен. А восклицания при виде красот природы — сублимация того самого чувства, в связи с чем счастье от достижения предельно красивого места, в котором герой готов остаться на всю жизнь, имеет эротический оттенок: «любовь моя! послушная моя!»

Вот описание комнаты, в которой он был готов поселиться навсегда: «это была самая дюжинная комнатка, с красным полом, с ромашками, намалеванными на белых стенах, и небольшим зеркалом, наполовину полным ромашкового настоя,— но из окошка было ясно видно озеро с облаком и башней, в неподвижном и совершенном сочетании счастья. Не рассуждая, не вникая ни во что, лишь беспрекословно отдаваясь влечению, правда которого заключалась в его же силе, никогда еще не испытанной, Василий Иванович в одну солнечную секунду понял, что здесь, в этой комнатке с прелестным до слез видом в окне, наконец-то так пойдет жизнь, как он всегда этого желал. Как именно пойдет, что именно здесь случится, он этого не знал, конечно, но все кругом было помощью, обещанием и отрадой, так что не могло быть никакого сомнения в том, что он должен тут поселиться. Мигом он сообразил, как это исполнить, как сделать, чтобы в Берлин не возвращаться более, как выписать сюда свое небольшое имущество — книги, синий костюм, ее фотографию. Все выходило так просто!»

В ряду трех ценных вещей упоминается женская фотография, — очевидно, той самой чужой жены. Судя по всему, наше предположение о робкой, тщательно скрываемой односторонней любви было верным, раз герою для счастья достаточно одиночества в этом прекрасном месте и фотографии любимой. Возможно, фотография на фоне внезапно открывшегося счастья уже и не имеет к этому счастью никакого отношения, она осталась лишь ценным воспоминанием, которое, как и книги, как и костюм, просто жалко оставлять в чужом Берлине. Будет ли он ходить в синем костюме в этом новообретенном раю? Столь же маловероятно, как и то, что он будет разглядывать фотографию. Вполне возможно, что и книг он читать не будет, поскольку открывшееся ему счастье, как он и предполагал, было «еще полнее и значительнее всего этого».

«Облако, озеро, башня» — это трехстопный дактиль, в котором любитель поэзии готов был поселиться навсегда, это стихотворный мир, который был ему обещан в ночном видении. Эту поездку он выиграл на русском благотворительном балу (кстати, благотворительный бал, а не благотворительный вечер, весьма вероятно, сделан автором ради вальсового трехсложника), и хозяин домика, в котором находилась комната, был русским, что возвращало Василия Ивановича на Родину. А комната тоже распадалась на три весьма символических компонента: зеркало, «наполовину полное ромашкового настоя» (т.е. отражающее рисунки на стенах) соседствовало с окном, из которого были видны «озеро с облаком и башней», а внизу был красный пол. В триаде «облако, озеро, башня» здесь на первый план вышло озеро из-за синего цвета, т.е. перед нами цветовая символика: белый верх, красный низ и посередине синий, получается российский флаг. Есть и еще одна триада: в этой системе «зеркало — окно» не хватало только Василия Ивановича как третьего компонента, который заполнит вторую половину зеркала и станет любоваться видом из окна. Недаром, по впечатлениям героя, этот вид

«был чем-то таким единственным, и родным и давно обещанным, так понимал созерцателя, что Василий Иванович даже прижал руку к сердцу, словно смотрел, тут ли оно, чтоб его отдать».

3. Герой и толпа. Но мечтам героя мешает толпа немецких пошляков, сопутствовавших ему и делавших все, чтобы убить в нем чувство красоты и поэзии.

«Василий Иванович, сев в сторонке и положив в рот мятку, тотчас раскрыл томик Тютчева, которого давно собирался перечесть («Мы слизь. Реченная есть ложь», — и дивное о румяном восклицании); но его попросили отложить книжку и присоединиться ко всей группе».

В этой группе было четыре мужчины и четыре женщины, они были немцы, и русский, поэтичный, замкнутый да еще и девятый Василий Иванович явно не вписывался в их систему, но его старались вписать изо всех сил. Его заставляли петь общую песню:

«Распростись с пустой тревогой, / Палку толстую возьми / И шагай большой дорогой / Вместе с добрыми людьми» и т.д. Когда пришло время перекусить, «было всем предложено выдать свою провизию, дабы разделить ее поровну, — это тем более было легко, что у всех кроме Василия Ивановича было одно и то же. Огурец всех рассмешил, был признан несъедобным и выброшен в окошко».

Он настолько нетипичен, что даже ест то, что нормальные люди за еду не считают! Позже его донимали глупейшими разговорами о России, заставляли играть в пошлые игры и, как проигравшего, — съесть окурок… Он не роптал.

И даже в такой обстановке он продолжал чувствовать красоту: «Василий Иванович ухитрялся наслаждаться мимолетными дарами дороги. И действительно: как это все увлекательно, какую прелесть приобретает мир, когда заведен и движется каруселью! Какие выясняются вещи! Жгучее солнце пробиралось к углу окошка и вдруг обливало желтую лавку. Безумно быстро неслась плохо выглаженная тень вагона по травяному скату, где цветы сливались в цветные строки… А на остановках Василий Иванович смотрел иногда на сочетание каких-нибудь совсем ничтожных предметов — пятно на платформе, вишневая косточка, окурок, — и говорил себе, что никогда-никогда не запомнит и не вспомнит более вот этих трех штучек в таком-то их взаимном расположении, этого узора, который однако сейчас он видит до бессмертности ясно».

Одна только «плохо выглаженная тень вагона» чего стоит! И вот этот робкий поэт, взыскующий высшего трепетного счастья, его получает в полной мере и делится своей радостью со спутниками, которые, впрочем, этой дивной триады (облако, озеро, башня), перевернувшей жизнь Василия Ивановича, просто не заметили и не поняли:

«— Друзья мои, — крикнул он, прибежав снова вниз на прибрежную полянку. — Друзья мои, прощайте! Навсегда остаюсь вон в том доме. Нам с вами больше не по пути. Я дальше не еду. Никуда не еду. Прощайте!»

Но его не отпустили и, обозвали пьяной свиньей и сказали, что доставят его обратно живым или мертвым.

«— Да ведь это какое-то приглашение на казнь, — будто добавил он, когда его подхватили под руки».

А чуть раньше, в комнате с ромашками…

«— Знаете, я сниму ее на всю жизнь, — будто бы сказал Василий Иванович, как только в нее вошел».

Это «будто бы» переводит происходящее в область видимости, кажимости, ирреальности. На самом ли деле происходит все это? Не видение ли, не галлюцинация ли? А ключевым здесь является, конечно, «приглашение на казнь»,которого нельзя понять должным образом, не прочитав романа Набокова «Приглашение на казнь» , написанного двумя годами раньше рассказа. Главным преступлением героя этого романа-антиутопии была «непроницаемость», т.е. способность иметь внутренний мир, неявный для окружающих, способность мыслить и поступать нестандартно, и за это преступление его приговорили к смерти. В «Приглашении на казнь» герой окружен пошлым миром, миром театрально-бутафорским, и наиболее пошлым, самодовольным и уважаемым в обществе человеком оказался палач, который должен был обезглавить героя романа, но это у него не вполне получилось: настоящий живой человек оказался весомее и сильнее, чем целый фальшиво-театральный мир. «Приглашение на казнь» я считаю лучшим романом Набокова, а здесь параллель с ним налицо. Как же выглядела казнь Василия Ивановича?

«Как только сели в вагон и поезд двинулся, его начали избивать, — били долго и довольно изощренно. Придумали, между прочим, буравить ему штопором ладонь, потом ступню. Почтовый чиновник, побывавший в России, соорудил из палки и ремня кнут, которым стал действовать, как черт, ловко. Молодчина! Остальные мужчины больше полагались на свои железные каблуки, а женщины пробавлялись щипками да пощечинами. Было превесело».

Налицо параллели с бичеванием, заушением и распятием Христа, которые, вероятно, должны подчеркнуть некие благостные черты характера главного героя, но, на мой вкус, эти параллели слишком смелые. Кто же такой рассказчик, если после мучений к нему приходит притихший Василий Иванович и просит отпустить?

«Тихо сел, положив на колени руки. Рассказывал. Повторял без конца, что принужден отказаться от должности, умолял отпустить, говорил, что больше не может, что сил больше нет быть человеком. Я его отпустил, разумеется».

Чтобы не кощунствовать, вернемся к предположению об авторе и персонаже. Автор по отношению к персонажу выполняет роль Бога, что логично. Так что сцена эта в таком контексте отторжения не вызывает, и отпущенный благим автором персонаж, униженный и избитый, возвращается в свой дактилический рай, где мы его и оставляем.

Читайте также:  Иноземцево озеро каррас отдых

Источник



УРОКИ

РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРА

Конспект урока в 11 классе в технологии развития критического мышления через чтение и письмо

Тема: Анализ рассказа В. Набокова «Облако, озеро, башня».

Тип урока: Чтение и анализ текста.

Технология: РКМЧП (чтение с остановками)

Цели и задачи: Формировать навыки

творческого чтения и осмысления текста,
— постижения авторского замысла,
— выявления особенностей стиля писателя,
— коммуникативности.

Владимир Набоков — один из интереснейших представителей Серебряного века и литературы русского зарубежья.

По-разному оценивали критики произведения и авторскую манеру В. Набокова. Вот несколько суждений: «Странный писатель, сущность которого остается загадочной», «Очень талантливо, но неизвестно, для чего…», «Читателя приглашают полюбоваться… Его никуда не зовут».

Мы будем анализировать рассказ «Облако, озеро, башня». Попытаемся определить его смысл, наблюдая за символами и деталями, которыми богата проза писателя, возможно, выразим свое представление о произведениях В. Набокова. Мы будем читать с остановками.

1. Фаза вызова

Какие произведения Набокова вы читали? Можно ли его читать быстро?

Читать В. Набокова интересно. Летом мы читали повесть «Машенька». Быстро прочесть невозможно. Множество деталей заставляют остановиться, задуматься о прочитанном. А еще хочется перечитать, осмыслить текст

Как вы думаете, о чем может вестись повествование в рассказе с таким названием?

Что символизирует каждое слово названия? Какую иллюстрацию вы бы нарисовали?

Прочитайте отрывок с начала до слов: «Паровоз бежал…».

Какой конфликт готовит экспозиция рассказа?

Ожидаемое

неожиданное

Главный герой одинок

Тема тоски по России

Он живет за границей

Враждебность попутчиков

Он любит природу

2. Фаза осмысления. По мере чтения ребята заполняют схему в виде бабочки.

— С первых строк рассказа мы знакомимся с героями. В чем особенность портретов, которые создает автор? Какие детали особенно запомнились?

— В рассказе нет развернутого портрета главного героя Василия Ивановича. Но детали указывают на авторское отношение к нему. Он скромен, незаметен, деликатен. Внешность его неброская, неэффектная. Он самый обыкновенный. Мы видим выражение его лица, взгляд героя, «умные и добрые глаза». У него обнаруживается душа, как будто отсутствующая у случайных его «товарищей». Имя своему герою автор дает обычное — Василий Иванович.

Детали портретов его попутчиков тоже выражают авторское отношение: «лакированный нос», «огромные рты», «необыкновенно обильная растительность» на лице, «огромные», «волосатые» колени, о женщинах — «задастые и непоседливые». Перед нами описание тела, а не души.

— Как называется портрет, в котором внимание сосредоточено на 1-2 деталях, намерено гиперболизированных?

Карикатура или шарж.

— Каким приемом пользуется автор, рисуя портреты героев? Заполните таблицу, сопоставляя Василия Ивановича и его попутчиков.

Василий Иванович

Попутчики

Скромность, впечатлительность, художественный взгляд на мир.

Предводитель, общая песня, которую заставляют петь.

Душа поэта, тоска по родине, детству, мечтательность.

Чудовище в арестантских подштанниках,

«…многорукое существо, от которого некуда деться

Скромности и деликатности Василия Ивановича противостоят нарочито шумные, неприятные, пошлые его попутчики. Их «долговязость» противопоставляется «коротковатости» главного героя, хамство — его кротости. Смысловую близость можно заметить в эпитетах («кроткий» и «коротковатый» ), которыми наделяет автор главного героя.

Мы убедились, что коллектив подобрался разношерстный, как вы думаете, как будут проявлять себя герои в дальнейшем. (Делаются прогнозы сюжета.) По мере чтения рассказа ученики делают акцент на деталях поведения героев.

— Они играют, но их игры, как и они сами, пошлые, грубые, примитивные, оскорбительные для человека со вкусом, с достоинством. «Славная забава» заканчивается съеданием окурка. Конечно, это должен сделать наш герой.

— Обратите внимание на фразу: «Перекидывались пудовыми шутками». Шутки могут быть тонкими, легкими и, наоборот, плоскими, грубыми… Пудовыми бывают гири в цирке у силачей. (Кстати, попутчики и внешне напоминают клоунов: «рыжая, несколько фарсового вида вдова».) Цирк — массовое, доступное площадное искусство. Вот почему образы цирка появляются в рассказе.

Василий Иванович тоже любит «поиграть», но его «шутки» имеют другой характер. Он берет с собой в дорогу томик Тютчева и наслаждается странно звучащей цитатой из стихотворения «Silentium», балансируя на грани смысла и бессмыслицы. Оказывается, он предпочитает уединение с классикой, испытывает радость от сотворчества.

И участники «увеспоездки» тянутся к искусству. Они поют песню, очень похожую на отрядную речовку. В ней утверждается жизнь в массе, обязательные для всех радости, все вещественное, материальное, массивное. Песенка отвергает «сомнения» и «тревогу», то есть все индивидуальное, непохожее на других, жизнь души. Следует отметить бедность лексики и рифм, бесконечные повторы, заполняющие пустоты, перечисление нот, бодрый ритм … Поющие лишены вкуса, словесного чутья. «Добрые люди» с «большой дороги» с «толстой палкой» в руках невольно напоминают разбойников.

Таким образом, конфликт между героями неизбежен. Как он развивается и когда наступает самый напряженный момент в рассказе?

— Кульминация конфликта — решение Василия Ивановича остаться в полюбившемся месте и последовавшая реакция попутчиков.

— Прочитаем выразительно описание пейзажа с «облаком, озером, башней». Что необычного в его изображении?

— Пейзаж необыкновенно одушевлен («улыбка», «таинственная невинность», вспомним, природу одушевлял Ф.Тютчев), вызывает любовное влечение («любовь моя, послушная моя»). Он — воплощенная поэзия. Не случайно в ритме строк мы ощущаем дактиль, упомянутый и в тексте. («Облако, озеро, башня», «елки, обрывы, пенистые речки», «все выходило так просто», «высилась прямо из дактиля в дактиль старинная черная башня»). Украшением милого уголка являются и зеркала (один из любимых набоковских мотивов). Они как эхо отражений: облако отражается в озере, озеро в раме окна, стены с намалеванными на них ромашками в зеркале.

Объясните парадокс: почему удивительный пейзаж, которым любуется Василий Иванович, совершенно невидим другими, его попутчиками?

— В изображаемом Набоковым мире нет одной реальности, а есть множество субъективных реальностей. Это один из художественных принципов писателя. Другими словами каждый видит этот мир по-своему.

— Все: поведение героя, его доброта и кротость, любование обычным пейзажем за окном, его восхищение пейзажем с «облаком, озером, башней» — это «голос скрипки в пустоте» непонимания. Случайные попутчики Василия Ивановича не могут его понять, а потому сцена заканчивается жестоким избиением

3. Фаза рефлексии

В рассказе есть целый ряд предметов, ассоциативно связанных с цифрой «8». Заметили? Какова конструктивная роль цифры «8»? Как ее графическая форма обыгрывается в содержании рассказа?

— Героя привлекает пейзаж за окном вагона: восьмерку напоминает увиденный им велосипед, формы скрипки, пропеллера и лиры, с которыми ассоциируются судьбы детей, герой восемь лет «безвыходно» любит «чужую жену», у него восемь попутчиков, восемь — количество слогов в названии рассказа и т.д.

Как графически можно представить композицию рассказа? Почему карту мышления мы создавали именно в таком виде?

Композицию рассказа мы представили в виде бабочки. В основе лежит мотив зеркала, которое делит мир на две части: прекрасную, цветную (ее видит главный герой) и черно-бело-красную. Эти два мира дисгармоничны. Красный и черный цвета символизируют жестокость людей в черном, трагедию, кровь. Это толпа из восьми человек в очках: они, словно слепые, не замечают тех сторон жизни, которые видит главный герой. Синий цвет восьмерки как символ времени, бесконечности, космоса.

В жизни главного героя можно заметить также восемь главных вех. Они отмечены римскими числами, которые расположены на восьмерке, обозначающей жизненный путь человека. Первый и восьмой этап — начало и конец, точка, пространственное расположение облака, озера, башни.

Цифра «8» встречается в рассказе очень часто: количество елочек, часы на башне, показывающие восемь, восемь вагонов, один из которых, символизирующий душу героя, остается в точке гармонического центра. Василий Иванович возвращается, как того хотят его попутчики, домой, но душа остается там, где ей хорошо.

Еще одна цифра-символ — тройка. Отражаясь в зеркале, она является составляющей цифры восемь. Это и три слова в названии, и три компонента, из которых состоит башня…

В целом изображение на нашей иллюстрации представляет собой бабочку. Ее крылья — это половинки восьмерки, а усики — ромашки, «намалеванные» на стенах комнаты, в которой мечтает остаться Василий Иванович.

Таким образом, мы попытались объяснить композицию произведения через его детали и основные символы, проследить путь главного героя через цвет и форму.

— Необычен стиль писателя. Язык Набокова не перепутать ни с одним другим автором. Какие языковые особенности прозы, стилевые подробности нашего писателя вы заметили?

— Автор строит текст таким образом, что нетрудно заметить разницу в повествовании: удивительно выразительно показана линия главного героя и, напротив, карикатурно, выпукло все, что связано с его антиподами. Вот примеры метафор из мира героя: («брать с собой в сон личико очков», «дрожащее счастье», «воспоминание любви, переодетое лугом» ). Удивительно красиво описан пейзаж, который явился герою в путешествии.

— А вот еще необычное описание: «Ночная бабочка металась по потолку, чокаясь со своей тенью». Возможно, здесь с бабочкой сравнивается главный герой. Подобная подробность использована В. Набоковым в романе «Приглашение на казнь», главный герой которого, Цинциннат, «непрозрачен», «непроницаем для окружающих, у него есть «некоторая своя особенность». Его объявляют преступником и выносят смертный приговор. Таким образом, В. Набоков отвергает тоталитарное государство, подавляющее личность, свободу сознания.

Мы знаем, что В. Набоков занимался энтомологией, и образ бабочки часто можно встретить в его произведениях. Мне кажется, данное описание из нашего рассказа созвучно фольклорному тексту из книги Владимира Владыкина «В народе говорят»:

В огромном окне
Отчаянно бьется маленькая бабочка –
Может, моя судьба-душа.
С трудом поймал,
Окно открыл
И выпустил.
На пальцах осталась легкая пыль
От крыльев — крыл…

— Еще один излюбленный прием В. Набокова — неожиданный финал. Скажите, от какой «должности» отказывается Василий Иванович? Куда «отпускает» его рассказчик?

— Скорее всего, наш герой имел какую-то небольшую «должность» (вспомним, он скромный и деликатный человек), но любая должность обязывает подчиняться и, напротив, повиноваться, чему герой противится. Он не умеет и не хочет жить в коллективе. Вот из коллектива, от людей и «отпускает» его рассказчик. Вернется ли герой к «облаку, озеру, башне», в милый сердцу уголок, мы не знаем.

— Автор настолько милостив по отношению к своему герою, что позволяет ему уйти из обезличенного и потому пустого мира людей, так как у того действительно «сил больше нет быть человеком». Не вернется сейчас к милому озеру наш герой. Жаль, но, скорее всего, это так. Съест его рыжий, плюющийся нечистотами речи и поступков злой дракон — фашизм. Единственный путь, который провидец Набоков предлагает кроткому Василию Ивановичу — уход, уход из жизни. И делает этот жест жутким до обыденности (или обыденным до жуткости?) — «я его отпустил».

Окуклится маленький человечек, суть «червячок», переспит лихие времена, переживет в земле, а в следующей жизни (ведь жизнь бесконечна) мощно вырвется на прекрасных крыльях к свету, к глади озера, в котором живет отражение облака и башни.

Напишите в нескольких предложениях, в чем вы увидели основной смысл рассказа. О чем же рассказ писателя?

— Рассказ написан в 1937 году, когда укрепляются, набирая силу, две тоталитарные системы: фашизм и сталинизм. В комментарии к произведению читаем: «… рассказ этот достоверно воспроизводит атмосферу фашистских пикников, проводившихся под девизом «Сила через радость». Автор, конечно, имел ввиду и советский коллективизм (обратим внимание на характерное для начала развития социализма сокращение «увеспоездка» ), и любое другое тоталитарное государство с его отношением к личности.

Несмотря на то, что В. Набоков в автокомментариях к своим произведениям просил не искать политических аллюзий и негативно относился к литературе «на злобу дня», он человек своего времени и не мог быть равнодушен к проблемам политики. Сестре Е. Сикорской он писал: «…как ни хочется спрятаться в свою башенку из слоновой кости, есть вещи, которые язвят слишком глубоко, например немецкие мерзости, сжигание детей в печах, — детей, столь же упоительно забавных и любимых, как наши дети. Я ухожу в себя, но там нахожу… ненависть к немцу, к концентрационному лагерю, ко всякому тиранству…».

Весь рассказ создает ощущение беззащитности героя перед безликой силой (у попутчиков героя Набокова одинаковые имена: два Шульца, две Греты), перед массой, по существу, нечеловеческой (герои писателя сливаются «постепенно, срастаясь, образуя одно сборное, мягкое, многорукое существо, от которого некуда было деваться» ).

Еще в юности, обучаясь в Тенишевском училище, В. Набоков был уличен «в нежелании приобщаться к среде», а зрелым человеком, подводя итоги своей жизни, признавался, что «в течение всей своей сознательной жизни… отказывался “быть частью”».

Учащиеся получают домашнее задание — вопросы по рассказу «Облако, озеро, башня»:

  1. В чем особенности портретов в рассказе?
  2. Как проявляют себя герои в путешествии?
  3. Почему удивительный пейзаж, который видит герой, совершенно не видим для его попутчиков?
  4. Какова конструктивная роль цифры «8»? Как ее графическая форма обыгрывается в содержании рассказа?
  5. Понаблюдайте за языковыми особенностями прозы В. Набокова. Какие стилевые подробности писателя вы заметили?
  6. Объясните неожиданный финал рассказа. От какой «должности» отказывается Василий Иванович? Куда отпускает его рассказчик?
  7. О чем заставляет задуматься рассказ писателя?

Источник

Урок-исследование: «Голос скрипки в пустоте». В. Набоков «Облако, озеро, башня»

Я верю, что… появится переоценщик, который объявит, что я не был легкомысленной жар-птицей, а наоборот, строгим моралистом, который награждал грех пинками, раздавал оплеухи глупости, высмеивал вульгарных и жестоких и придавал высшее значение НЕЖНОСТИ, ТАЛАНТУ и ГОРДОСТИ.

Читайте также:  Как описывать географическое положение озера байкал

— Сегодняшний урок – продолжение знакомства с творчеством Владимира Набокова, одного из интереснейших представителей Серебряного века и литературы русского Зарубежья.

По-разному оценивали критики произведения и авторскую манеру В.Набокова. Вот несколько суждений: “Странный писатель, сущность которого остается загадочной”, “Очень талантливо, но неизвестно, для чего…”, “Читателя приглашают полюбоваться… Его никуда не зовут”.

Мы будем интерпретировать рассказ “Облако, озеро, башня”. Попытаемся определить его смысл, наблюдая за символами и деталями, коими богата проза писателя, возможно, выразим свое представление о произведениях В.Набокова. Может, нам удастся выступить в роли переоценщика, о котором писал наш автор ( чтение эпиграфа).

Каковы ваши впечатления от рассказа? Как вы читали Набокова? Можно ли его читать быстро?

— Рассказ понравился. Он вызывает разные ощущения: и восхищение главным героем, его умением видеть и оценить прекрасное, и горечь от содеянного его попутчиками, и удивление мастерством писателя… Читать В.Набокова интересно. Быстро прочесть невозможно. Множество деталей заставляют остановиться, задуматься о прочитанном. А еще хочется перечитать, осмыслить текст.

— С первых строк рассказа мы знакомимся с героями. В чем особенность портретов, которые создает автор? Какие детали особенно запомнились?

— В рассказе нет развернутого портрета главного героя Василия Ивановича. Но детали указывают на авторское отношение к нему. Он скромен, незаметен, деликатен. Внешность его неброская, неэффектная. Он самый обыкновенный. Мы видим выражение его лица, взгляд героя, “умные и добрые глаза”. У него обнаруживается душа, как будто отсутствующая у случайных его “товарищей”. Имя своему герою автор дает обычное – Василий Иванович.

Детали портретов его попутчиков тоже выражают авторское отношение: “лакированный нос”, “огромные рты”, “необыкновенно обильная растительность” на лице, “огромные”, “волосатые” колени, о женщинах – “задастые и непоседливые”. Перед нами описание тела, а не души.

— Как называется портрет, в котором внимание сосредоточено на 1-2 деталях, намерено гиперболизированных?

Карикатура или шарж.

— Каким приемом пользуется автор, рисуя портреты героев?

— Антитезой. Скромности и деликатности Василия Ивановича противостоят нарочито шумные, неприятные, пошлые его попутчики. Их “долговязость” противопоставляется “коротковатости” главного героя, хамство – его кротости. Смысловую близость можно заметить в эпитетах (“кроткий” и “коротковатый”), которыми наделяет автор главного героя.

— В поездке, в минуты свободы, отдыха человек расслабляется и раскрывается наиболее полно. Как проявляют себя герои в путешествии?

— Они играют, но их игры, как и они сами, пошлые, грубые, примитивные, оскорбительные для человека со вкусом, с достоинством. “Славная забава” заканчивается съеданием окурка. Конечно, это должен сделать наш герой.

— Обратите внимание на фразу: “Перекидывались пудовыми шутками”. Шутки могут быть тонкими, легкими и, наоборот, плоскими, грубыми … Пудовыми бывают гири в цирке у силачей. (Кстати, попутчики и внешне напоминают клоунов: “рыжая, несколько фарсового вида вдова”). Цирк – массовое, доступное площадное искусство. Вот почему образы цирка появляются в рассказе.

Василий Иванович тоже любит “поиграть”, но его “шутки” имеют другой характер. Он берет с собой в дорогу томик Тютчева и наслаждается странно звучащей цитатой из стихотворения “Silentium”, балансируя на грани смысла и бессмыслицы. Оказывается, он предпочитает уединение с классикой, испытывает радость от сотворчества.

И участники “увеспоездки” тянутся к искусству. Они поют песню, очень похожую на отрядную речевку. В ней утверждается жизнь в массе, обязательные для всех радости, все вещественное, материальное, массивное. Песенка отвергает “сомнения” и “тревогу”, то есть все индивидуальное, непохожее на других, жизнь души. Следует отметить бедность лексики и рифм, бесконечные повторы, заполняющие пустоты, перечисление нот, бодрый ритм … Поющие лишены вкуса, словесного чутья. “Добрые люди” с “большой дороги” с “толстой палкой” в руках невольно напоминают разбойников.

Таким образом, конфликт между героями неизбежен. Как он развивается и когда наступает самый напряженный момент в рассказе?

— Кульминация конфликта – решение Василия Ивановича остаться в полюбившемся месте и последовавшая реакция попутчиков.

— Прочитаем выразительно описание пейзажа с “облаком, озером, башней”. Что необычного в его изображении?

(Перед чтением звучит живой голос скрипки. Ученица музыкального отделения играет отрывок из произведения “Граве” Бэнда).

— Пейзаж необыкновенно одушевлен (“улыбка”, “таинственная невинность”, вспомним, природу одушевлял Ф.Тютчев), вызывает любовное влечение (“любовь моя, послушная моя”). Он – воплощенная поэзия. Не случайно в ритме строк мы ощущаем дактиль, упомянутый и в тексте. (“Облако, озеро, башня”, “елки, обрывы, пенистые речки”, “все выходило так просто”, “высилась прямо из дактиля в дактиль старинная черная башня”). Украшением милого уголка являются и зеркала (один из любимых набоковских мотивов). Они как эхо отражений: облако отражается в озере, озеро в раме окна, стены с намалеванными на них ромашками в зеркале.

Объясните парадокс: почему удивительный пейзаж, которым любуется Василий Иванович, совершенно невидим другими, его попутчиками?

— В изображаемом Набоковым мире нет одной реальности, а есть множество субъективных реальностей. Это один из художественных принципов писателя. Другими словами каждый видит этот мир по-своему.

— Все: поведение героя, его доброта и кротость, любование обычным пейзажем за окном, его восхищение пейзажем с “облаком, озером, башней” – это “голос скрипки в пустоте” непонимания. Случайные попутчики Василия Ивановича не могут его понять, а потому сцена заканчивается жестоким избиением.

В рассказе есть целый ряд предметов, ассоциативно связанных с цифрой “8”. Заметили? Какова конструктивная роль цифры “8”? Как ее графическая форма обыгрывается в содержании рассказа?

— Героя привлекает пейзаж за окном вагона: восьмерку напоминает увиденный им велосипед, формы скрипки, пропеллера и лиры, с которыми ассоциируются судьбы детей, герой восемь лет “безвыходно” любит “чужую жену”, у него восемь попутчиков, восемь – количество слогов в названии рассказа и т.д.

( Гимназисты – художники предлагают иллюстрацию сюжетной композиции рассказа комментируют ее).

Композицию рассказа мы представили в виде бабочки. В основе лежит мотив зеркала, которое делит мир на две части: прекрасную, цветную (ее видит главный герой) и черно-бело-красную. Эти два мира дисгармоничны. Красный и черный цвета символизируют жестокость людей в черном, трагедию, кровь. Это толпа из восьми человек в очках: они, словно слепые, не замечают тех сторон жизни, которые видит главный герой. Синий цвет восьмерки как символ времени, бесконечности, космоса.

В жизни главного героя можно заметить также восемь главных вех. Они отмечены римскими числами, которые расположены на восьмерке, обозначающей жизненный путь человека. Первый и восьмой этап – начало и конец, точка, пространственное расположение облака, озера, башни.

Цифра “8” встречается в рассказе очень часто: количество елочек, часы на башне, показывающие восемь, восемь вагонов, один из которых, символизирующий душу героя, остается в точке гармонического центра. Василий Иванович возвращается, как того хотят его попутчики, домой, но душа остается там, где ей хорошо.

Еще одна цифра-символ – тройка. Отражаясь в зеркале, она является составляющей цифры восемь. Это и три слова в названии, и три компонента, из которых состоит башня…

В целом изображение на нашей иллюстрации представляет собой бабочку. Ее крылья – это половинки восьмерки, а усики – ромашки, “намалеванные” на стенах комнаты, в которой мечтает остаться Василий Иванович.

Таким образом, мы попытались объяснить композицию произведения через его детали и основные символы, проследить путь главного героя через цвет и форму.

— Необычен стиль писателя. Язык Набокова не перепутать ни с одним другим автором. Какие языковые особенности прозы, стилевые подробности нашего писателя вы заметили?

— Автор строит текст таким образом, что нетрудно заметить разницу в повествовании: удивительно выразительно показана линия главного героя и, напротив, карикатурно, выпукло все, что связано с его антиподами. Вот примеры метафор из мира героя: (“брать с собой в сон личико очков”, “дрожащее счастье”, “воспоминание любви, переодетое лугом”). Удивительно красиво описан пейзаж, который явился герою в путешествии.

— А вот еще необычное описание : “Ночная бабочка металась по потолку, чокаясь со своей тенью”. Возможно, здесь с бабочкой сравнивается главный герой. Подобная подробность использована В.Набоковым в романе “Приглашение на казнь”, главный герой которого, Цинциннат, “непрозрачен”, “непроницаем для окружающих, у него есть “некоторая своя особенность”. Его объявляют преступником и выносят смертный приговор. Таким образом, В.Набоков отвергает тоталитарное государство, подавляющее личность, свободу сознания.

Мы знаем, что В.Набоков занимался энтомологией, и образ бабочки часто можно встретить в его произведениях. Мне кажется, данное описание из нашего рассказа созвучно фольклорному тексту из книги Владимира Владыкина “В народе говорят”:

В огромном окне
Отчаянно бьется маленькая бабочка –
Может, моя судьба-душа.
С трудом поймал,
Окно открыл
И выпустил.
На пальцах осталась легкая пыль
От крыльев – крыл…

— Еще один излюбленный прием В.Набокова – неожиданный финал. Скажите, от какой “должности” отказывается Василий Иванович? Куда “отпускает” его рассказчик?

— Скорее всего, наш герой имел какую-то небольшую “должность” (вспомним, он скромный и деликатный человек), но любая должность обязывает подчиняться и, напротив, повиноваться, чему герой противится. Он не умеет и не хочет жить в коллективе. Вот из коллектива, от людей и “отпускает” его рассказчик. Вернется ли герой к “облаку, озеру, башне”, в милый сердцу уголок, мы не знаем.

— Автор настолько милостив по отношению к своему герою, что позволяет ему уйти из обезличенного и потому пустого мира людей, так как у того действительно “сил больше нет быть человеком”. Не вернется сейчас к милому озеру наш герой. Жаль, но, скорее всего, это так. Съест его рыжий, плюющийся нечистотами речи и поступков злой дракон – фашизм. Единственный путь, который провидец Набоков предлагает кроткому Василию Ивановичу – уход, уход из жизни. И делает этот жест жутким до обыденности (или обыденным до жуткости?) – “я его отпустил”.

Окуклится маленький человечек, суть “червячок”, переспит лихие времена, переживет в земле, а в следующей жизни (ведь жизнь бесконечна) мощно вырвется на прекрасных крыльях к свету, к глади озера, в котором живет отражение облака и башни.

Подведем итоги. О чем же рассказ писателя?

— Рассказ написан в 1937 году, когда укрепляются, набирая силу, две тоталитарные системы: фашизм и сталинизм. В комментарии к произведению читаем: “… рассказ этот достоверно воспроизводит атмосферу фашистских пикников, проводившихся под девизом “Сила через радость”. Автор, конечно, имел ввиду и советский коллективизм (обратим внимание на характерное для начала развития социализма сокращение “увеспоездка”), и любое другое тоталитарное государство с его отношением к личности.

Несмотря на то, что В.Набоков в автокомментариях к своим произведениям просил не искать политических аллюзий и негативно относился к литературе “на злобу дня”, он человек своего времени и не мог быть равнодушен к проблемам политики. Сестре Е.Сикорской он писал: “…как ни хочется спрятаться в свою башенку из слоновой кости, есть вещи, которые язвят слишком глубоко, например немецкие мерзости, сжигание детей в печах, — детей, столь же упоительно забавных и любимых, как наши дети. Я ухожу в себя, но там нахожу… ненависть к немцу, к концентрационному лагерю, ко всякому тиранству…”.

Весь рассказ создает ощущение беззащитности героя перед безликой силой (у попутчиков героя Набокова одинаковые имена: два Шульца, две Греты), перед массой, по существу, нечеловеческой (герои писателя сливаются “постепенно, срастаясь, образуя одно сборное, мягкое, многорукое существо, от которого некуда было деваться”).

Еще в юности, обучаясь в Тенишевском училище, В.Набоков был уличен “в нежелании приобщаться к среде”, а зрелым человеком, подводя итоги своей жизни, признавался, что “в течение всей своей сознательной жизни… отказывался “быть частью”.

— Вернемся к эпиграфу. В.Набоков мечтал о неком переоценщике его творчества. Не захочется ли вам в своих сочинениях выступить в его роли?

— Сегодня, размышляя о рассказе, мы убедились, что проза нашего писателя – это многогранный текст, где каждый образ, каждая деталь символичен и глубок. Конечно, в ней присутствует и нравственный пафос. Я не соглашусь с критиками, которые называют произведения В.Набокова “бессодержательной демонстрацией писательских приемов”.

С творчеством В.В.Набокова (раздел программы “Литература русского зарубежья”) учащиеся 11 класса знакомятся после изучения прозы И.А.Бунина и А.И.Куприна. Предлагаемый урок третий, ему предшествуют “Очерк жизни В.Набокова” и “Феномен В.Набокова (Особенности художественного мира писателя)”. Следующее занятие — “Тема “потерянного рая” в романе “Машенька”.

Предметом исследования на уроке является текст В.Набокова, наблюдение за семантикой символов и художественный деталей. Рассказ “Облако, озеро, башня”, признанный писателем одним из лучших, несмотря на свою несложность и прозрачность, на наш взгляд, ярко демонстрирует то, что мы называем “феноменом В.Набокова”.

Учащиеся получают домашнее задание – вопросы по рассказу “Облако, озеро, башня”:

  1. В чем особенности портретов в рассказе?
  2. Как проявляют себя герои в путешествии?
  3. Почему удивительный пейзаж, который видит герой, совершенно не видим для его попутчиков?
  4. Какова конструктивная роль цифры “8”? Как ее графическая форма обыгрывается в содержании рассказа?
  5. Понаблюдайте за языковыми особенностями прозы В.Набокова. Какие стилевые подробности писателя вы заметили?
  6. Объясните неожиданный финал рассказа. От какой “должности” отказывается Василий Иванович? Куда отпускает его рассказчик?
  7. О чем заставляет задуматься рассказ писателя?

На урок приглашаются гимназисты-художники (они готовят иллюстрацию сюжетной композиции рассказа и ее защиту), учащаяся музыкального отделения (голос скрипки в ее исполнении создаст музыкальный фон при выразительном чтении кульминации рассказа).

Источник