Меню

Сценическая жизнь балета лебединое озеро

Лебединое озеро (балет)

«Лебединое озеро» — выдающийся балет в четырех актах на музыку Петра Ильича Чайковского, созданную в 1875—1876 гг. [1] [2] .

Всего было три версии-постановки балета. Первые две считаются неудачными. Только третья, опрокинув все каноны академической хореографии, принесла балету не просто успех, но и бессмертие и является основой всех последующих классических редакций балета.

Вряд ли найдется балетное произведение более известное и при этом с более сложной и противоречивой сценической судьбой.

Необычайная популярность сделала этот балет символом всего академического балетного искусства. Но сам композитор великого успеха своего произведения не застал.

Содержание

[править] История создания

Идея постановки балета «Лебединое озеро» принадлежала дирекции московских Императорских театров.

В основу сюжета легла старинная немецкая легенда о прекрасной принцессе, превращенной злым волшебником в лебедя. Искусствоведы полагают, что источниками либретто могли послужить произведения разных авторов на этот романтический сюжет: сказка немецкого писателя Музеуса «Лебединый пруд» или «Ундина» Фридриха Де Ла Мотт Фуке в переводе Василия Андреевича Жуковского [2] . Однако точных сведений на сей счет нет. Современный историк балета Елизавета Суриц, со слов английского историка балета Бомонт, называет целый ряд возможных источников — «Метаморфозы» Овидия, сказки братьев Гримм, образцы фольклора. Джон Уайли указывает на другую сказку Музеуса — «Похищенная вуаль» (Johann Karl August Musaus «Der geraubte Schleier») [3] .

Скорее всего, разные произведения по-своему интерпретировали старинную легенду, которая до того уже обратила на себя внимание деятелей балета: на этот сюжет композитор Даниэль Обер в 1839 году сочинил оперу по либретто Мельвиля и Эжена Скриба, называвшуюся «Озеро фей» (Le lac des fées), а в 1840 году балетмейстер Филиппо Тальони поставил на музыку этой оперы одноименный балет, русское его название «Озеро волшебниц».

[править] Первоначальное либретто

И вот — новое обращение к тому же сюжету.

Вопрос авторства первоначального либретто к балету «Лебединое озеро» до сих пор дискутируется [2] . Николай Дмитриевич Кашкин (1839—1920), русский музыкальный критик, профессор Московской консерватории, близкий друг П. И. Чайковского [4] , называет инициатором и создателем общего балетного сюжета В. П. Бегичева, директора Московской конторы Императорских театров. В. П. Бегичев же пригласил к композиторской работе П. И. Чайковского.

Но Бегичев не был профессиональным балетным деятелем, он написал лишь общий сюжет балета. А помогал ему в разработке либретто известный танцовщик В. Ф. Гельцер [2] .

Так что официально авторами либретто считаются В.Бегичев и В.Гельцер [1] [5] , однако существуют мнения о причастности к написанию либретто и самого композитора Петра Ильича Чайковского [3] [2] .

[править] Действующие лица

Действующие лица по первоначальному либретто [6]

  • Одетта, добрая фея
  • Владетельная принцесса
  • Принц Зигфрид, ее сын
  • Вольфганг, его наставник
  • Бенно фон Зомерштерн, друг принца
  • Фон Ротбарт, злой гений, под видом гостя
  • Одиллия, его дочь, похожая на Одетту
  • Церемониймейстер
  • Барон фон Штейн
  • Баронесса, его жена
  • Фрейгер фон Шварцфельс
  • Его жена
  • Три придворных кавалера, друзья принца
  • Герольд
  • Скороход
  • Придворные, герольды, гости, пажи, поселяне и поселянки, слуги, лебеди и лебедята.

[править] Краткое содержание

Принц Зигфрид со своими друзьями отмечает своё совершеннолетие. В разгар вечеринки мама Зигфрида объявляет ему, что пора выбирать невесту. Верный друг рыцарь Бенно успокаивает принца, что жениться ему ведь надо не сию секунду — значит, можно продолжать веселье. Вдали летит стая лебедей, и молодые люди решили переключиться на охоту и убегают, пытаясь нагнать стаю. А вскоре Зигфрид и Бенно действительно обнаруживают озеро с лебедями, но как только они начинают прицеливаться, лебеди исчезают, а из развалин старой часовни на берегу появляется девушка с короной на голове и с укоризной спрашивает, за что её хотят убить — ведь она и есть лебедь-девица Одетта, в которую целились друзья. Она рассказала им печальную историю своей биографии: мама умерла, а отец живёт со злой мачехой-колдуньей, только старый дедушка оберегает несчастную Одетту. Она и её подруги превращаются в лебедей, укрываясь от злых чар. Но за ними постоянно наблюдает сова — то образ коварной колдуньи, ждущей своего часа, чтобы навсегда разделаться с Одеттой. Принц влюбляется в прекрасную девушку-лебедь, но она предостерегает его от злых чар мачехи-колдуньи. А на другой день к Зигфриду собираются гости с дочерьми. Среди них фон Ротбарт с дочерью Одиллией, очень похожей на Одетту. И вот уже принц танцует с красавицей Одиллией и признаётся ей в любви — он выбрал невесту, это Одиллия. И тут же её отец Фон Ротбарт меняет своё обличье и с хохотом превращается в злого демона; злобно смеётся и Одиллия. И в этот же миг в открытое окно влетает лебедь, тут же преображаясь в прекрасную Одетту. И Зигфрид, тут же забыв коварную Одиллию, устремляется за ней. Принц умоляет простить его. Он в отчаянии срывает с её головы венец и бросает в бурное озеро, которое уже выступило из берегов. Над ними с криком пролетает сова, неся в когтях брошенный принцем венец Одетты. «Что ты сделал! Ты погубил и себя и меня. Я умираю», — говорит Одетта и падает на руки принца. Бушует гроза, волны становятся все больше и, наконец, совсем поглощают Зигфрида и Одетту.

Вот к этому либретто и стал сочинять музыку композитор Пётр Ильич Чайковский.

[править] Работа над музыкой

Начало работы над музыкой относится к марту 1875 года [1] или к маю того же 1875 г. [2] . В сентябре 1875 г. Петр Ильич Чайковский писал композитору Н. А. Римскому-Корсакову: «По приглашению Московской дирекции пишу музыку к балету „Озеро лебедей“. Я взялся за этот труд отчасти ради денег, в которых нуждаюсь, отчасти потому, что мне давно хотелось попробовать себя в этом роде музыки» [2] [1] .

Первоначально в сценарной разработке Одетта и Одиллия были разными персонажами. Но в процессе создания музыки композитор решил, что они должны быть связаны между собой и очень похожи, что и привело принца к трагической ошибке. И тогда Петр Ильич внёс в партитуру, что Одетту и Одиллию должна исполнять в балете одна и та же балерина.

Сочинение музыки продолжалось около года с перерывами, поскольку композитор одновременно работал и над другими произведениями (в том числе над Третьей симфонией) [2] . 10 апреля 1876 года сочинение музыки балета было окончено, о чем свидетельствует дата в автографе партитуры.

На главную роль была назначена прима Большого театра Анна Иосифовна Собещанская. Но напрочь разругавшись с композитором, она отказалась от партии. На роль срочно была введена другая прима Полина Михайловна Карпакова, которую советский театровед Ю. А. Бахрушин в книге «История русского балета» (М., Сов. Россия, 1965, 249 с.) почему-то назвал малоопытной молодой танцовщицей [7] , хотя она к этому времени уже прочно обосновалась солисткой московского балета.

Юрий Алексеевич Бахрушин («История русского балета» М., Сов. Россия, 1965, 249 с.) объяснял произошедшее: «Отказ Собещанской был вызван тем, что композитор не написал для нее в 3-м акте ни одного танцевального номера — она участвовала только в танцах невест. В связи с этим Собещанская поехала в Петербург и попросила Петипа поставить специально для неё соло на музыку Минкуса в 3-м акте „Лебединого озера“. Петербургский балетмейстер охотно исполнил её желание, но Чайковский наотрез отказался включать в свой балет музыку другого композитора, предлагая написать свою собственную. Однако балерина не желала изменять танца, поставленного для неё в Петербурге. В конце концов недоразумение было улажено: Чайковский согласился написать свою музыку для этого номера, такт в такт совпадающую с музыкой Минкуса. Собещанской настолько понравилась эта музыка, что она уговорила композитора сочинить ей ещё и вариацию, что также было выполнено Чайковским. Собещанская танцевала только в третьем спектакле и рассматривала написанные для неё танцевальные номера как свою собственность, а потому на премьере, где выступала Карпакова, эти танцы не исполнялись» [7]

Сольный танец, где балерина могла бы показать свое умение и блеснуть, казался очень важен для артистов, главное — для их карьеры. Поэтому обиды А. Собещанской как солистки и исполнительницы главной партии были вполне объяснимы.

Уже после завершения партитуры Чайковский написал вставной номер «Русский танец» для бенефиса балерины П. Карпаковой, исполнительницы главной партии в балете — Одетты. А еще через некоторое время для бенефиса балерины Собещанской, вышедшей в четвертом показе спектакля [8] (Бахрушин пишет, что в третьем), сочинил Pas de deux Зигфрида и Одиллии в 3-м акте [2] — Чайковский и Собещанская полностью примирились: композитор сочинил по её заказу танец, а она в знак примирения вышла с исполнением партии.

В итоге главную роль Одетты-Одиллии обе балерины — Собещанская и Карпакова — исполняли по очереди, а вот сольный танцевальный номер был у каждой — свой, чему оркестр и должен был соответствовать.

[править] Первая постановка

Ещё до полного окончания сочинения музыки, 23 марта 1876 года в московском Большом театре начались репетиции. Спектакль ставил балетмейстер Юлиус Венцель Райзингер, чешский балетмейстер, с 1871 года работавший в Московской труппе при императорских театрах.

Из письма П. Чайковского к М.Чайковскому 24-ого марта 1876 г. «Вчера происходила первая репетиция некоторых номеров из 1-го действия балета. Если бы ты знал, как комично было смотреть на балетмейстера, сочинявшего под звук одной скрипочки танцы с самым глубокомысленным видом. Вместе с тем завидно было смотреть на танцовщиц и танцоров, строивших улыбки предполагаемой публике и наслаждавшихся легкой возможностью прыгать и вертеться, исполняя при этом священную обязанность» [1] .

Репетиции затянулись. Обычно спектакли ставились быстро, сменяя друг друга; премьеры в императорских театрах проходили, как правило, в конце года, но на этот раз не поспевали, хотя особых технических сложностей в декорациях не было: смета на «Лебединое озеро» необыкновенно скромна по тем временам, всего 6.792 рубля (то есть в два с половиной раза меньше «Кащея», стоившего 16.913) [3] . Наконец, на 20 февраля (по ст.ст. 4 марта) 1877 года, в бенефис солистки Полины (Пелагеи) Карпаковой, была назначена премьера.

К премьере был опубликован клавир балета, подготовленный Н. Д. Кашкиным (переложение для фортепиано в две руки), издательство П. И. Юргенсона, 1877 г. Забежим вперед: первое издание партитуры осуществлено Юргенсоном уже после смерти композитора, в 1895 г. [2] .

Как и положено, премьера нового спектакля проходила в торжественной обстановке, с оформлением афиш, реклам, объявлений и всего, что положено по такому событию. Указывалось: Императорские московские театры в Большом театре в воскресенье, 20 февраля в пользу танцовщицы г-жи КАРПАКОВОЙ 1-й в первый раз дают ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО (большой балет в 4 действиях) [9] .

Сценарий: В. П. Бегичев, В. Ф. Гельцер. Балетмейстер В. Рейзингер. Дирижер С. Я. Рябов. Машины и электрическое освещение — К. Ф. Вальц. Художники И. Шангин (I д.), К. Вальц (II и IV д.), К. Гроппиус (III д.)

Действующие лица и исполнители: Одетта, добрая фея — П. М. Карпакова 1-я, Владетельная принцесса — Ольга Николаева, Принц Зигфрид, ее сын — Виктор Станислав Гиллерт [10] [11] или, по другим источникам, представитель того же известного польского балетного семейства Александр Гиллерт: А. К. Гиллерт 2-й [9] [12] (возможно, что это вообще один человек, по католической традиции имевший несколько имен, но мы не можем это утверждать без документов; известно лишь, что исполнитель партии Зигфрида состоял в браке с балериной Анной Собещанской), Вольфганг — Вильгельм Ваннер, Бенно фон Зомерштерн — Сергей Никитин, Фон Ротбарт, злой гений, под видом гостя — Сергей Соколов, Одиллия, его дочь, похожая на Одетту — г-жа * * * (имя не указывалось), Поселянки — Станиславская, Карпакова 2-я, Николаева 2-я, Петрова 3-я; среди других артистов, занятых в танцевальных сценах: Pas de six — Карпакова 1-я, Савицкая, Михайлова, Дмитриева, Виноградова и Гиллерт 2-й; Pas de cinq — Карпакова 1-я, Манохина, Карпакова 2-я, Андреянова 4-я и Гиллерт 2-й; Венгерский танец — Николаева 2-я, Бекефи); Неаполитанский танец — Станиславская, Ермолов; Испанский танец — Александрова, Манохин. Всего значилось 20 танцевальных сцен [9] .

Имя исполнительницы партии Одиллии в афише было скрыто. Юрий Алексеевич Бахрушин предположил, что это безвестная танцовщица из кордебалета, но Елизавета Суриц ставит это предположение под сомнение: в афишах всегда писались все имена, даже учеников театральных училищ, когда они выходили в своих самых первых ролях. Сама Е. Суриц склоняется к мнению критика Ю.Слонимского, что партию Одиллии танцевала исполнительница партии Одетты Пелагея (Полина) Карпакова, но для зрителей решено было сделать сюрприз и имя в афише не указывать. К тому же критик Мухин, сам служивший в эти в годы в Большом театре, писал о Собещанской как об исполнительнице обеих ролей — Одетты и Одиллии [3] .

Однако праздника премьеры не получилось. Успеха представление не имело. Похвалы критики удостоился только художник Карл Вальц, придумавший особую технологию использования пара для создания иллюзии тумана [13] .

Положение не спас и выход в четвертом по счету представлении Анны Собещанской (после счастливо завершившейся ссоры с композитором), хотя критика сразу высоко оценила её работу по сравнению с Полиной Карпаковой. Е.Суриц пишет: «Начиная с четвертого спектакля в спектакль вошла Собещанская. Её исполнение было оценено прессой несколько выше, высказывались даже недоумения, почему не ей, первой балерине труппы, была доверена премьера» [3] . Но и её таланты не помогли.

Сам Петр Ильич Чайковский тоже был невысокого мнения о своем опусе: «Чистая дрянь, вспоминать о ней без чувства стыда не могу» [13] .

Модест Ильич Чайковский позже писал (М.Чайковский. «Жизнь П. И. Чайковского»): «Петр Ильич отнесся к этому событию совсем не с тем нервным напряжением и волнениями, какие испытывал при постановках опер, и поэтому не особенно близко к сердцу принял далеко не блестящий успех произведения. Небогатая обстановка, в смысле декораций и костюмов, отсутствие выдающихся исполнителей, бедность воображения балетмейстера и, наконец, оркестр, хотя по составу недурной, но имевший во главе г. Рябова, который никогда до этого не имел дела с такой сложной партитурой, все это вместе позволяло композитору основательно сваливать вину неудачи на других» [1] .

Русский музыкальный и литературный критик Герман Августович Ларош писал, что «по танцам „Лебединое озеро“ едва ли не самый казённый, скучный и бедный балет, что даётся в России» [14] .

Тем не менее, балет ещё какое-то время шёл на сцене Большого театра, правда, не часто — за 1877—1879 годы он был показан 27 раз [3] (по другим источникам: 24 раза [15] ).

[править] Вторая постановка

В 1880 [16] или в 1882 году [17] бельгийский балетмейстер Йозеф Гансен, работавший несколько лет в московском Большом театре, взялся за возобновление и новую редакцию балетного спектакля (энциклопедия балета уверяет, что Гансен дважды возобновлял балет: в 1880 (премьера 13 января 1880 года в московском Большом театре) и 1882 гг. (премьера 28 октября 1882 там же) [18] ). Он использовал те же декорации, но несколько видоизменил танцевальные сцены. В принципе, это было возобновление постановки Рейзингера. В новой версии роль Зигфрида исполнял Альфред Фёдорович Бекефи, а партию Одетты-Одиллии — Евдокия Николаевна Калмыкова (чуть позже Лидия Николаевна Гейтен) [18] .

Читайте также:  Как полить огород из озера

Спектакль в таком виде просуществовал на сцене московского Большого театра до 1884 года [19] , хотя прошел всего 11 раз [20] .

После чего балет был благополучно забыт.

[править] Классическая (третья) хореография балета

Петр Ильич Чайковский скончался от холеры 6 ноября (25 октября) 1893 года в Санкт-Петербурге.

Источник

Сюжет балета «Лебединое озеро». П. И. Чайковский, «Лебединое озеро»: краткое содержание и отзывы

«Лебединое озеро», балет на музыку Петра Ильича Чайковского, является самой известной в мире театральной постановкой. Шедевр хореографии был создан более 130 лет назад и до сих пор считается непревзойденным достижением русской культуры. «Лебединое озеро» — балет на все времена, эталон высокого искусства. Величайшие балерины мира почитали за честь выступить в роли Одетты. Белый Лебедь, символ величия и красоты русского балета, находится на недосягаемой высоте и является одной из самых крупных «жемчужин» в «короне» мировой культуры.

Спектакль в Большом театре

Сюжет балета «Лебединое озеро» раскрывает сказочную историю о Царевне (лебеде) по имени Одетта и принце Зигфриде.

Каждое представление «Лебединого озера» в Большом театре — это праздник, сопровождаемый бессмертной музыкой Чайковского и великолепной оригинальной хореографией. Красочные костюмы и декорации, безупречность танца солистов и кордебалета создают общую картину высокого искусства. Зал Большого театра в Москве всегда полон, когда на сцене идет балет «Лебединое озеро» — лучшее, что было в мире балетного искусства за последние 150 лет. Спектакль проходит с двумя антрактами и продолжается два с половиной часа. Симфонический оркестр и во время антракта еще некоторое время продолжает тихо наигрывать музыкальную тему. Сюжет балета «Лебединое озеро» никого не оставляет равнодушным, зрители с самого начала сопереживают персонажам, а к концу спектакля драматичность достигает своей кульминации. После окончания балета публика еще долго не расходится. Образно выразил свое восхищение один из зрителей, приехавший в Москву и посетивший Большой театр: «Сожалею, что невозможно принести такое количество цветов на спектакль, чтобы одарить всех артистов, понадобилось бы несколько грузовиков». Это лучшие слова благодарности, которые когда-либо слышали стены Большого театра.

«Лебединое озеро»: история

Начало легендарной балетной постановке было положено в 1875 году, когда дирекция Большого театра заказала молодому композитору Петру Ильичу Чайковскому музыку к новому спектаклю под названием «Лебединое озеро». Творческий проект предполагал обновление репертуара. Для этого и решили создать постановку «Лебединое озеро». Чайковский в то время еще не был широко известным композитором, хотя им были написаны четыре симфонии и опера «Евгений Онегин». Он увлеченно принялся за работу. Для спектакля «Лебединое озеро» музыка была написана в течение одного года. Ноты композитор представил дирекции Большого театра в апреле 1876 года.

Либретто

Либретто спектакля написал известный театральный деятель того времени, Владимир Бегичев, в соавторстве с артистом балета Василием Гельцером. До сих пор неясно, какой литературный источник послужил основой для постановки. Одни считают, что фабула произведения заимствована у Генриха Гейне, другие полагают, что прототипом послужила «Белая лебедь» Александра Сергеевича Пушкина, но тогда не ясно, как быть с главным действующим лицом сказки, князем Гвидоном, поскольку он как персонаж тесно связан с образом благородной птицы. Как бы то ни было, либретто получилось удачным, и началась работа над спектаклем «Лебединое озеро». Чайковский присутствовал на репетициях и принимал живое участие в постановке.

Неудача

Труппа Большого театра вдохновенно работала над спектаклем. Сюжет балета «Лебединое озеро» всем казался оригинальным, с элементами чего-то нового. Репетиции продолжались до поздней ночи, никто не спешил уходить. Никому и в голову не могло прийти, что скоро может наступить разочарование. Спектакль «Лебединое озеро», история которого была достаточно непростой, готовился к премьерному показу. Театральная публика с нетерпением ждала этого события.

Премьера «Лебединого озера» состоялась в феврале 1877 года и, к сожалению, оказалась неудачной. По сути, это был провал. Первым делом виновником фиаско был объявлен хореограф спектакля, Венцель Рейзингер, затем досталось и балерине, исполнявшей роль Одетты, Полине Карпаковой. От «Лебединого озера» отказались, и все партитуры были временно «положены на полку».

Возвращение спектакля

В 1893 году умер Чайковский. И вдруг в театральной среде было принято решение вернуться к спектаклю «Лебединое озеро», музыка для которого была просто замечательной. Оставалось только восстановить спектакль в новой редакции, обновить хореографию. Это было решено сделать в память о безвременно ушедшем композиторе. Новое либретто вызвались создать Модест Чайковский, брат Петра Ильича, и Иван Всеволожский, директор Императорского театра. Музыкальной частью занялся известный капельмейстер Рикардо Дриго, которому за короткое время удалось заново проаранжировать всю композицию и скомпоновать обновленное произведение. Хореографическая часть была переработана прославленным балетмейстером, Мариусом Петипа, и его учеником — Львом Ивановым.

Новое прочтение

Считается, что Петипа воссоздал хореографию балета «Лебединое озеро», однако истинно русский колорит спектаклю придал Лев Иванов, который сумел совместить раздольную напевность и неповторимое очарование российских просторов. Все это присутствует на сцене во время спектакля. Иванов сочинил заколдованных девушек со скрещенными руками и особым наклоном головы, танцующих вчетвером. Трогательное и неуловимо притягательное очарование озера лебедей — также заслуга талантливого ассистента Мариуса Петипа. Спектакль «Лебединое озеро», содержание и художественный колорит которого в новом прочтении значительно улучшились, был готов к выходу на сцену в новой редакции, но перед этим балетмейстер Петипа решил планку эстетического уровня постановки сделать еще выше и заново разыграл все сцены балов во дворце Владетельной принцессы, а также придворных празднеств с польскими, испанскими и венгерскими плясками. Белой королеве лебедей, придуманной Ивановым, Мариус Петипа противопоставил Одиллию, черного лебедя, создав изумительное «черное» па-де-де во втором акте. Эффект был потрясающий.

Сюжет балета «Лебединое озеро» в новой постановке обогатился, стал интереснее. Маэстро со своими помощниками продолжал совершенствовать сольные партии и взаимодействие их с кордебалетом. Таким образом, спектакль «Лебединое озеро», содержание и художественный колорит которого в новом прочтении значительно улучшились, вскоре уже был окончательно готов к выходу на сцену.

Новое решение

В 1950 году хореограф Мариинского театра в Санкт-Петербурге предложил новую версию «Лебединого озера». По его замыслу трагический финал спектакля упразднялся, белый лебедь не погибал, все заканчивалось «хэппи-эндом». Подобные изменения в театральной сфере случались нередко, в советское время считалось хорошим тоном приукрасить события. Однако от такой перемены спектакль не выиграл, наоборот, стал не столь интересным, хотя часть публики приветствовала новую редакцию постановки.

Уважающие себя коллективы придерживались прежней редакции. В пользу классического варианта говорит и то, что трагичность финала была изначально задумана как углубленная трактовка всего произведения, и замена его счастливым концом выглядела несколько неожиданно.

Краткое содержание балета

Акт первый. Картина первая

На сцене огромный парк, зеленеют вековые деревья. Вдали виден замок, в котором живет Владетельная принцесса. На лужайке между деревьями принц Зигфрид в кругу своих друзей празднует совершеннолетие. Молодые люди поднимают кубки с вином, пьют за здравие своего приятеля, веселье бьет через край, всем хочется танцевать. Тон задает шут, пустившись в пляс. Вдруг в парке появляется мать Зигфрида, Владетельная принцесса. Все присутствующие стараются скрыть следы пирушки, но шут нечаянно опрокидывает кубки. Принцесса недовольно хмурится, она готова выплеснуть свое возмущение. Тут ей преподносят букет роз, и строгость смягчается. Принцесса поворачивается и уходит, а веселье разгорается с новой силой. Затем наступает темнота, гости расходятся. Зигфрид остается в одиночестве, однако ему не хочется идти домой. Высоко в небе пролетает стая лебедей. Принц берет арбалет и отправляется охотиться.

Дремучий лес. Среди зарослей раскинулось большое озеро. По водной глади плывут белые лебеди. Движения их хоть и плавные, но чувствуется какое-то неуловимое беспокойство. Птицы мечутся, словно что-то нарушает их покой. Это заколдованные девушки, только после полуночи они смогут принять человеческий облик. Злой волшебник Ротбарт, хозяин озера, властвует над беззащитными красавицами. И вот на берегу появляется Зигфрид с арбалетом в руках, решивший поохотиться. Он собирается выпустить стрелу в белую лебедь. Еще мгновение, и стрела насмерть пронзит благородную птицу. Но внезапно лебедь превращается в девушку несказанной красоты и грациозности. Это лебединая королева, Одетта. Зигфрид очарован, он никогда не видел столь прекрасного лица. Принц пытается познакомиться с красавицей, однако она ускользает. После нескольких безуспешных попыток Зигфрид находит Одетту в хороводе подружек и признается ей в любви. Слова принца трогают сердце девушки, она надеется обрести в нем спасителя от власти Ротбарта. Скоро должен наступить рассвет, и все красавицы с первыми лучами солнца вновь превратятся в птиц. Одетта нежно прощается с Зигфридом, по водной глади медленно уплывают лебеди. Между молодыми людьми остается недосказанность, но они вынуждены расстаться, поскольку злой колдун Ротбарт внимательно следит за происходящим, и он не допустит, чтобы кто-то избежал его колдовства. Все без исключения девушки должны стать птицами и оставаться заколдованными до самой ночи. Зигфриду остается удалиться, чтобы не подвергать белых лебедей опасности.

Акт второй. Картина третья

В замке Владетельной принцессы бал. Среди присутствующих много девушек знатного происхождения, одна из них должна стать избранницей Зигфрида. Однако принц никого не удостаивает своим вниманием. В мыслях его Одетта. Между тем мать Зигфрида всячески старается навязать ему одну из своих фавориток, но безуспешно. Тем не менее, в соответствии с этикетом, принц обязан сделать выбор и подарить избраннице красивый букет цветов. Звучат фанфары, возвещающие приезд новых гостей. Появляется злой волшебник Ротбарт. Рядом с колдуном его дочь, Одиллия. Она, как две капли воды, похожа на Одетту. Ротбарт рассчитывает, что принц будет очарован его дочерью, забудет Одетту, и та навсегда останется во власти недоброго волшебника.

Одиллии удается обольстить Зигфрида, он увлечен ею. Принц объявляет матери, что его выбор — Одиллия, и тут же признается в любви коварной девушке. Вдруг Зигфрид видит в окне прекрасную белую лебедь, он сбрасывает с себя колдовские чары и бежит к озеру, но поздно — Одетта потеряна навсегда, она обессилена, вокруг верные подруги-лебеди, но они уже не в силах помочь.

Акт третий. Картина четвертая

Глубокая тихая ночь. На берегу стоят поникшие девушки. Они знают о горе, постигшем Одетту. Однако не все потеряно — прибегает Зигфрид и на коленях умоляет любимую простить его. И тут прилетает стая черных лебедей во главе с колдуном Ротбартом. Зигфрид борется с ним и побеждает, переломив злому волшебнику крыло. Черный лебедь умирает, и вместе с ним исчезает колдовство. Восходящее солнце освещает Одетту, Зигфрида и танцующих девушек, которым уже не придется превращаться в лебедей.

Отзывы о балете «Лебединое озеро»

За более чем 130-летнюю историю легендарного спектакля устроители, театральные администраторы, представители дирекции Большого театра в Москве не припомнят ни одного отрицательного отзыва. Благодарные зрители с редким единодушием отмечают великолепную танцевальную технику солистов и кордебалета, музыку. Спектакль «Лебединое озеро», отзывы о котором восхитительные, постоянно обновляется. Поколение артистов не раз сменилось, многих уже нет с нами, а балет живет, приходят новые молодые дарования и продолжают традиции Большого театра. Зрительно отлично отзываются о каждом составе. Непревзойденный шедевр балетного искусства, «Лебединое озеро», отзывы о котором являются стимулом для дальнейшего развития, живет и будет жить.

Рудольф Нуриев

В главных ролях в спектакле «Лебединое озеро» выступали многие талантливые танцоры. Однако настоящий фурор произвели в 1964 году на сцене Венской оперы английская балерина Марго Фонтейн (Одетта) и Рудольф Нуриев (Зигфрид). После того как опустился занавес, артистов вызывали на «бис» восемьдесят девять раз.

Источник



Балет балетов — «Лебединое озеро» Петра Ильича Чайковского

Сцена из балета «Лебединое озеро» в постановеке Большого театра

Wonder&Wander [RU]

854 подписчика

Сцена из балета «Лебединое озеро» — Адажио

Без преувеличения можно сказать, что «Лебединое озеро» — это самый знаменитый балет в мире.
Необычный заказ получил Пётр Ильич Чайковский в 1875 году от Дирекции императорских театров. Необычным он был потому, что серьезные композиторы не брались прежде за написание партитур для балета. Но, вопреки ожиданиям, Чайковский согласился.

В основу сюжета положены многие фольклорные мотивы, в том числе старинная немецкая легенда, повествующая о прекрасной принцессе Одетте, превращённой в лебедя проклятием злого колдуна — рыцаря Ротбарта.

Премьера балета состоялась 4 марта 1877 года на сцене Большого театра в Москве.
Оригинальная хореография была создана Юлиусом Венцелем Райзингером (Резингером).
Первой исполнительницей партий Одетты и Одилии стала балерина Полина (Пелагея) Михайловна Карпакова (1845-1920).

Но сценическая судьба спектакля оказалась непростой. На четвёртом представлении главную партию впервые исполнила Анна Иосифовна (Казимировна) Собещанская (1842-1918), и в третьем акте появилось новое па де де (Pas de deux) принца Зигфрида и Одиллии, поставленное специально для неё Мариусом Ивановичем Петипа.
Постановка Юлиуса Райзингера была признана неудачной и не имела успеха.

В 1882 году балетмейстер Йозеф Гансен возобновил и частично отредактировал старый спектакль.

В 1894 году в концерте, посвященном памяти Петра Ильича Чайковского, был показан второй акт балета в постановке Льва Ивановича Иванова.
Главные партии танцевали: итальянская танцовщица Пьерина Леньяни и Солист Его Императорского Величества Павел Андреевич Гердт.

15 января 1895 года в Мариинском театре спектакль был поставлен целиком.
Либретто заново пересматривалось Мариусом Петипа и Модестом Ильичом Чайковским — братом Петра Ильича.
Партитура — Мариусом Петипа и Рикардо Дриго.
Хореография принадлежала (первая картина первого акта, второй акт, за исключением венецианского (этот танец часто ошибочно называют неаполитанским) и венгерского танцев и апофеоз) Мариусу Ивановичу Петипа и Льву Ивановичу Иванову (вторая картина первого акта, венецианский и венгерский танцы — во втором и третий акт).

Версия Петипа — Иванова стала классической. Она лежит в основе большинства последующих постановок «Лебединого Озера», кроме крайне модернистских. На сегодняшний день из всех существующих редакций балета едва ли найдутся хотя бы две, имеющие полностью одинаковые театральные партитуры.

Наиболее радикальными в этом отношении версиями считаются венская постановка Рудольфа Нуреева и версия Владимира Павловича Бурмейстера, который доводился дальним родственником Петру Ильичу Чайковскому.

История создания и постановки балета «Лебединое озеро» в телевизионной передаче из цикла «Абсолютный слух»

В детском возрасте начал выступать на сцене в балетах, поставленных его отцом. Работал балетмейстером в Нанте. В молодости гастролировал с отцом, выступая во Франции, в США и в Испании.

В 1847 году Петипа по приглашению российских властей приехал в Петербург. Его дебют состоялся на сцене Петербургского Большого (Каменного) театра.
В этом же 1847 году дебютировал в качестве балетмейстера, перенеся на петербургскую сцену балет Ж. Мазилье «Пахита».
После этого работал в России — сначала в качестве артиста балета и педагога, с 1862 года — в качестве балетмейстера.
С 1869 по 1903 годы занимал должность главного балетмейстера.
В 1894 году получил российское гражданство.

Читайте также:  Озеро ильмень михайловский район

Мариус Петипа скончался в Гурзуфе 1 (14) июля 1910 года. Похоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской Лавры Санкт-Петербурга.

Балет конца XIX-го века часто называют эпохой Петипа. Мариус Петипа создал свод правил балетного академизма. Его спектакли отличались не только мастерством композиции, стройностью хореографического ансамбля, виртуозной разработкой сольных партий, но и тем, что он сделал музыку одним из главных составляющих искусства балета.

«Третья молодость» — художественный фильм, посвящённый жизни и творчеству выдающегося балетмейстера Мариуса Ивановича Петипа

«Лебединое озеро» — это балет балетов. Все знаменитые балерины танцевали партии Одетты-Одилии.
На сцене Большого театра в этих ролях блистали великие советские балерины Галина Уланова и Майя Плисецкая. Характеру Галины Улановой больше отвечал образ белого лебедя — Одетты, а характеру Майи Плисецкой больше соответствовал образ чёрного лебедя — Одилии.

Адажио из балета «Лебединое озеро» (1953)
Одетта — Галина Уланова
Принц Зикфрид — Константин Сергеев

Балет «Лебединое озеро» в постановке Большого театра СССР (1973)
Одилия — Майя Плисецкая
Принц Зикфрид — Валерий Ковтун

М. Плисецкая — Умирающий лебедь. 39 178 И.Алегрова.И.крутой.Незаконченная любовь. 5 077 Анастасия Волочкова. Умирающий лебедь 31 524 ROXETTE — Salvation 593 Ballet — Фильм\Балет — Лебединое озеро (Галина Ул. 1 691 9 994 Лебединое озеро (1976) 1 043 Майя Плисецкая в балете «Лебединое озеро» П.И.Чайк. 9 528 Evanescence — My Immortal 1 418 Чайковский. Лебединое озеро (фильм-балет; 1968г) 3 092 Nelly Furtado — say It right 5 551 Анна Павлова. Умирающий лебедь.1924 14 817 Madonna, Spears, Aguilera (KISS) 15 039 Галина Уланова. Лебедь 10 549 Лебединое озеро балет (Scala Ballet 2004) 923 Лучшая балерина мира- Сильви Гийом. Китри. 26 285 Галина Уланова — Лебединое озеро 1 702 Е.Максимова (1963), М.Плисецкая (1968)-Дон Кихот 12 972 Семилетняя балерина исполняет 32 фуэтэ! 4 116 Майя Плисецкая — Кармен-сюита 17 429 Ульяна Лопаткина. Умирающий лебедь 5 938 Фильм-балет:-Лебединое озеро.(1957г). 844 Мастера русского балета «Лебединое озеро» 1953 230 Волочкова — вариация Китри 17 331 ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО (мужской балет) 1 077 Г. Уланова и М.Плисецкая в балете «Бахчисарайский . 251 А.Волочкова — Кармен 3 797 Балет Лебединое озеро часть 4 101 Плисецкая, Васильев — Лебединое 669 Майя Плисецкая. «Майя» (док.фильм, 1995) 1 618 Анастасия Волочкова — Умирающий лебедь 9 108 «Лебединое Озеро» — Рудольф Нуриев, Марго Фонтейн. 1 235 цыганская дискотека 8 442 Майя Плисецкая. «Умирающий лебедь» 298 Подготовьте лунный свет Лебединое озеро 1957 год М. 91

«Лебединое озеро» — документальный фильм (1957)
Партия Одетты-Одилии — Майя Плисецкая

В предлагаемом фильме среди танцовщиков нет таких громких имён, тем не менее, на сцене Большого театра случайных людей раньше не бывало, особенно, в балетной труппе.
Это знаменитая постановка «Лебединого озера» главного балетмейстера Большого театра Юрия Николаевича Григоровича.

Балет «Лебединое озеро» в постановке Большого театра СССР (1989)
Балетмейстер — Юрий Григорович
Дирижёр — Альгис Жюрайтис
Художник — Симон Вирсаладзе
Партия Одетты-Одилии — Алла Михальченко

Источник

Ю. Слонимский — Лебединое озеро П. Чайковского

Книги о музыке, композиторах, пособия, ноты

О балете Лебединое озеро

3. СЦЕНИЧЕСКАЯ СУДЬБА

Премьера балета «Лебединое озеро» в Большом театре состоялась 20 февраля 1877 года. Дирижировал С. Я. Рябов, Декорации принадлежали Вальцу, Шангину и Гроппиусу, костюмы были подборными. В ролях Одетты — Одиллии, Зигфрида и Ротбарта на премьере выступили П. Карпакова, А. Гиллерт и С. Соколов. Ставил спектакль австрийский балетмейстер Венцезслав (по другим данным — Юлиус) Рейзингер.
Спектакль стоил Чайковскому немало волнений. Балетный оркестр по квалификации был ниже оперного. Дирижер Рябов — в прошлом балетный артист — опытный капельмейстер, расположенный к Чайковскому, не все понимал в его музыке. Дирекция разрешила лишь две оркестровые репетиции, что, естественно, не позволяло рассчитывать на хорошее исполнение. Балерина П. Карпакова была значительно слабее А. Собещанской, но получила право на премьеру как бенефициантка. Наибольшие огорчения причинил композитору балетмейстер. Судя по тому, что в предшествующей работе (постановке «Сандрильоны») он избрал себе партнером не Чайковского, а третьесортного немецкого композитора, музыка «Лебединого озера» осталась для него закрытой книгой; найти общий язык с Чайковским он не мог. Даже отстававший от петербургского московский балет по творческим возможностям и устремлениям далеко опережал иностранные труппы, где раньше работал Рейзингер и пользовался авторитетом. Впрочем, он считал себя человеком «новых взглядов», ратуя за пластику и ритмику в духе (сказали бы мы позднее) Дельсарта и Далькроза.

«Балет поставлен бесталанным балетмейстером»,— записал историк балета Москвы Д. Мухин. В заметках, опубликованных в к <Русских ведомостях», о постановке сказано: «Рейзингер. проявил если не искусство, соответствующее его специальности,
то замечательное умение вместо танцев устраивать какие-то гимнастические упражнения. Кордебалет топчется на одном и том же месте, махая руками, как ветряные мельницы крыльями, а солистки скачут гимнастическими шагами вокруг сцены. Более оживленными вышли характерные танцы в III действии, но и здесь эти танцы «сочинены» не Рейзингером, а попросту позаимствованы им из разных других балетов. Вот «Русский танец».. по всей вероятности, составляет плод фантазии самого Рейзингера, ибо только немец может признать за русский танец те пируэты, которые должна была выделывать г-жа Карпакова».
Сейчас, когда новаторский образ девушки-птицы, созданный Л. Ивановым, вошел в привычное представление миллионов людей, дикими кажутся самые «поэтические» сцены балета в постановке Рейзингера. Он, наверно считал, что проявил максимум оригинальности и изобретательности, поставив картину лебедей в духе современной ему феерии. Танцовщицы держали в руках полотнища тюля, раскачивали их, изображая волны, и принимали «грациозные» пластические позы, а порой делали чуть ли не плавательные движения. Следует сказать, что Рейзингер действительно шел в ногу с модой: сменивший его постановку на свою балетмейстер Ганзен так же трактовал «лебединые» сцены.
«По танцам «Лебединое озеро» едва ли не самый казенный, скучный и бедный балет из тех, что даются в России»,— писал в рецензии Ларош. Вспоминая впоследствии свои впечатления от премьеры, он снова подтвердил: «. Более скудного балета я никогда не видал. Костюмы, декорации и машины ни одним эффектом, ни одной чертой не скрадывали бессодержательности танцев. Ни один балетоман не почерпнул для себя и пяти минут удовольствия».
Перечисляя причины неудачи балета, современники указывали на «отсутствие выдающихся исполнителей». «Карпакова старалась по возможности воспроизвести фантастическое олицетворение лебедя, но, как слабая в мимическом отношении, особого впечатления не произвела. В главной роли Одетты и Одиллии г-жа Собещанская была несравненно выше г-жи Кар-паковой во всех отношениях».
Большинство завсегдатаев балета Большого театра считало «Лебединое озеро» полной неудачей. Музыку встретили неодобрительно. От нее ждали только «грациозных, увлекательных мелодий в духе Пуни»,— заявляла газета «Музыкальный свет». Партитура была признана скучной, мелодически бедной, однообразной и слишком ученой; последнее, с точки зрения балетоманов, было самым большим «преступлением». Подходя к Чайковскому с той же меркой, что и к ремесленникам, поставлявшим балетные партитуры, они осуждали его за «измену» традициям и снисходительно одобряли главным образом там, где он шел на уступки завсегдатаям императорских театров и косным актерам. «Есть несколько счастливых моментов, как, например, вальс, венгерский танец, полька, но в общем музыка нового балета довольно монотонна, скучновата. для публики она суха»,— писал рецензент «Театральной газеты».
Невежды, реакционеры, рутинеры встретили в печати отпор. Организаторами его выступили Н, Кашкин, И. Рубинштейн и Г. Ларош. 1 марта 1877 года в газете «Голос» появилось следующее сообщение: «В балетном мире Москвы — крупная новость: постановка новой хореографической драмы, с именем которой связано имя талантливого композитора П. Чайковского. «Лебединое озеро» (таково название балета) шло первый раз в бенефис г. Карпаковой и очень понравилось публике, Автора прекрасной, хотя и довольно серьезной для балета музыки, вызывали много раз и весьма дружно. Насколько этот успех прочен— покажет время. я в другой раз познакомлю читателей с содержанием сюжета балета, а также поговорю и о характере музыки его. Во второй раз балет г. Чайковского дан был в бенефис танцора Ермолова, и также имел значительный успех».

В этом выступлении безымянного автора все является отповедью балетоманам. «Лебединое озеро»—не рядовое явление, а «крупная новость». Это не дивертисмент, скрепленный убогой фабулой, а «хореографическая драма». Неправда, что балет оказался не по вкусу: публике, к которой адресовался композитор, он «очень понравился». Неверно, что музыка признана бедной, плохой и композитор «провалился» из-за ее серьезности: его вызывали многократно и дружно, а музыка его «прекрасна, хотя и довольно серьезна». Неверно, что сюжет топорен, непоэтичен и т. п.— он заимствован «из прелестной старинной сказки», и автор обещал, когда страсти улягутся, а время поддержит композитора, вернуться к балету, чтобы утвердить его историческое значение.
Так и поступил Ларош в 1878 году. Статья его снабжена любопытным предисловием, «оправдывающим» обращение Чайковского к балетному театру, его вызов всем, кто считал хореографическое искусство и музыку к балетному спектаклю «низшим сортом», недостойным творчества серьезного композитора.
Идя на спектакль, Ларош побаивался, что Чайковский проявит «боязнь общего места» и «из ложного стыда напишет музыку, слишком высокопарную для балета, слишком лишенную чувственного обаяния и мелодической доступности». Его опасения не подтвердились. Музыка Чайковского — «вполне балетная музыка, но вместе с тем вполне хорошая и интересная для серьезного музыканта». Вывод Лароша таков: «По музыке «Лебединое озеро» — лучший балет, который я когда-нибудь слышал..» Вот почему он призывал руководство императорских театров как можно скорей поставить балет на петербургской сцене. Любители музыки, обычно холодные к балетным спектаклям, поддерживали «Лебединое озеро», невзирая на убогую постановку. Только этим можно объяснить, что с 1877 по 1883 год балет выдержал 55 представления.

Успех «Лебединого озера» и вызвал у Иозефа-Петера Ганзена (преемника Рейзингера) желание обновить балет. В 1880 году афиши возвестили, что «в воскресенье 13 января в первый раз. большой балет в четырех действиях, переделан и вновь поставлен г. Гансеном. роль Одетты исполнит в первый раз воспитанница Калмыкова». Тогда-то и произошла перекройка музыки и вставка новой. Так, в I акте у Ганзена появилась «сцена обольщения» принца и «па с гирляндами».
На ганзеновском бенефисе побывала Н. Ф. Мекк. Ее впечатления изложены в письме к Чайковскому от 14—15 января 1880 года: «Что за прелесть эта музыка, но постановка балета очень плоха. Я уже видела его раньше, но теперь было сказано в афише, что он вновь поставлен с улучшениями и украшениями, и между тем все так бедно, сумрачно.. в хореографическом отношении очень плох этот балет. Прелестная музыка русского танца совсем пропадает в этой смеси французского с нижегородским самого танца, который есть просто балетный SGIO С русскими ухватками в иных местах. Лучше всего сочинен венгерский танец, и публика потребовала его повторения. Театр был совсем полон, хотя шло на бенефис балетмейстера Ганзена и были полуторные цены». Несмотря на все претензии, которые предъявлялись постановщику, сценическая жизнь балета успешно продолжалась.
28 октября 1882 года в спектакле выступила балерина Л. Н. Гейтен. На этот раз изменения в постановке и музыке были невелики, но достаточно оскорбительны. Гейтен, игравшая роль Одетты — Одиллии, без смущения, вставил^ в III акт пошлый номер под многообещающим названием «К-осмополитана» Она принадлежала к числу артистов, которые остались чужды Чайковскому и не оценили его балетной музыки. Напомним, что в 1900 году опубликована беседа Гейтен, утверждавшей, что «балеты Чайковского скучны и для танцующих неблагодарны» и что она будто бы «отказалась в них танцевать».
В 1882—1883 годах произошло резкое сокращение штатов и расходов в московских театрах, особенно тяжело ударившее по балету. В результате из 198 артистов в труппе осталось 80. Из экономии средств старые балеты, требовавшие обновления, почти не ставились. Такая же судьба ожидала и «Лебединое озеро»: в 1883 году балет был показан 1 раз, а в 1884 — снят со сцены.
Когда будут собраны все отклики на появление первенца Чайковского, выяснится его неотразимое влияние на творческую жизнь балетного театра не только в России, но и за ее рубежами.

Приведем факт, обнародованный недавно английским балетоведом А. Гестом. 1 декабря 1884 года в лондонском театре «Альгамбра» состоялось первое представление одноактного балета «Лебеди». Постановщиком его был тот же Ганзен. Знакомство с сюжетом «Лебедей» и зарисовкой, финальной сцены показывает, что он перенес сюда из постановки московского Большого театра II акт «Лебединого озера»,1 но приделал к нему апофеозную концовку — ту самую, которая, по странной случайности, стала концовкой «Лебединого озера» в Ма-риинском театре 90-х годов и дожила до наших дней: подруги царицы лебедей скрываются в озере, а в глубине сцены появляется ладья, изображающая лебедя; упряжка лебедей везет влюбленных. Роль королевы лебедей исполнила Э. Палладино. Используя сюжет и образы «Лебединого озера», Ганзеи и не подумал о музыке Чайковского: он заказал новую, в какой-то степени по схеме Чайковского, безвестному музыканту Якоби. Прискорбно, но показательно: до понимания непреходящей ценности музыки как главного источника образности и поэтичности балета здесь еще далеко. Но что-то в этом произведении уже делало его притягательным и для иностранного гастролера, и для английской публики.
7 и 9 февраля 1888 года в Праге чествовали Чайковского. В концерте 9 февраля балетная труппа исполнила «превосходно обставленный» II акт «Лебединого озера». «Овации были еще горячей и задушевней, чем на первом концерте»,— отметил М, Чайковский. Наконец-то композитор был вознагражден за пренебрежительное отношение к его детищу в императорских театрах. В дневнике он записал: «Огромный успех. Минута абсолютного счастья». На следующий день после отъезда Чай-ковского из Праги спектакль был повторен и прошел еще 6 раз.
Балетмейстером и исполнителем роли принца явился А. Бергер, роль Одетты исполнила его жена — Дж. Пальтрииьери, Бенно играла танцовщица-травести М. Циглерова, дирижировал А. Чех. Балетмейстер произвольно скомпоновал музыку для танцев. Они состояли из выхода Одетты и лебедей, вальса, adagio, вариации Одетты, pas d’action всех участников и шести учениц балетной школы, Вальса цветов (?? так!) в исполнении кордебалета и большого ансамбля.

В 70-х годах хореография не была еще готова к достойному воплощению этой музыки. И все же, хотя и медленно, балетный театр сближался с Чайковским, Успехом других спектаклей и постановок танцев в операх подготавливалось сценическое возрождение первенца его балетной музыки. Оно стало возможным 10 лет спустя, когда балетный театр обогатился опытом постановок «Спящей красавицы» и «Щелкунчика», когда балетное творчество Чайковского стало общепризнанной гордостью русской культуры.
Рецензируя премьеру 1877 года, Ларош писал: «При других декорациях, при другой хореографической редакции, которая, может быть, потребует нескольких дополнительных или вставочных нумеров, произведение московского балетмейстера, я уверен, приобретет интерес и помимо прелестной партитуры, которою сопроводил его композитор. Мне кажется, что в той: измененной и дополненной редакции, о которой я мечтаю, «Лебединое озеро» должно было бы быть дано в Петербурге, что грешно не дать Петербзргу услышать объемистого и замечательного произведения такого мастера, как г. Чайковский». За требованием Лароша стояли расширявшиеся с каждым годом круги слушателей; давление их становилось все ощутительнее; музыка «Лебединого озера» звучала чаще и чаще. «Перстами робких учениц» разыгрывались фортепианные отрывки балета. Крестьянский вальс облюбовали оркестры духовых инструментов. В парках и курзалах нередко исполнялись на концертах симфонического оркестра лебединая песня и другие номера партитуры.
Однако прошло 9 лет со дня первой постановки, прежде чем дирекция императорских театров сделала первый шаг к возрожданию «Лебединого озера». 27 марта 1886 года П. Юргенсон писал композитору, находившемуся в Тифлисе, о том, что Альтани или Пчельников «получили частное письмо от Всеволожского, в котором тот просит достать ему от меня партитуру и голоса одного акта из твоего балета. Далее просит, чтобы этот акт был указан тобой. Он хочет один акт из балета летом в Красном селе перед государем дать и, понятно, желает дать лучший из актов. Я указал на акт с бурей. А ты?».
4 апреля Чайковский отвечал: «Партитура сего балета находится в Майданове., Из четырех действий нужно выбрать второе, а не четвертое, как ты предполагал. Оно самое лучшее во всех отношениях. Итак, не забудь: второе». Разделяя общее мнение друзей Чайковского о том, что лучший акт — последний, Юргенсон, оказывается, не соглашался с автором, категорически считавшим лучшим во всех отношениях II акт.

Читайте также:  Рисунок река вытекает из озера река впадает в озеро

Очевидно, поэтому и в Пражском театре в присутствии Чайковского шел именно II акт. Был ли он поставлен в Красносельском театре, пока что установить не удалось. Автору этих строк доводилось в юные годы слышать от ветеранов русского балета, что не то в конце 80-х, не то в начале 90-х годов II акт был показан летом на острове одного из прудов то ли в Петергофе, то ли Царском Селе.1 В документах Чайковского нет сведений ни о постановке одного акта балета, ни о подготовке его в целом. Но переговоры с композитором о создании новой музыкально-хореографической версии балета на петербугской сцене бесспорно шли.
Балетмейстер М, Петипа объявил себя в мемуарах инициатором возобновления «Лебединого озера»: «Я поехал к директору и сказал ему, что не могу допустить, чтобы музыка Чайковского была плоха, чтобы его произведение не имело никакого успеха, не в музыке, должно быть, дело, а в постановке балета, в танцах. Я просил директора разрешить мне воспользоваться произведением Чайковского и, использовав сюжет по-своему, поставить балет в Петербурге. Г-н Всеволожский сейчас же со мной согласился, мы обратились к Чайковскому, и «Лебединое озеро» прошло у нас с громадным успехом. Чайковский был в восторге, говорил, что никогда ни с кем, кроме Петипа, балетов писать не будет». В этом свидетельстве многое недостоверно, начиная со слов Чайковского и утверждения, что балет был поставлен при жизни композитора. Однако кое-что соответствует действительности.

Неспроста Л. Иванов получил в подарок от С; Рябова ноты вставного дуэта, написанного Чайковским для Собещанской и для московского спектакля. Неспроста за год до смерти Чайковского художник Мариинского театра В. Пономарев сделал эскизы костюмов лебедей. Не мог лгать ученик композитора А. Корещенко, когда через 2 года после смерти Чайковского сообщал, что переделки партитуры, осуществленные Р. Дриго, были согласованы с автором. Трудно не верить издателю П. Юргенсону, когда он писал о фортепианных пьесах, инструментованных Р. Дриго, что это «номера, вставленные в балет самим автором».
По-видимому, при жизни Чайковского возникали разговоры о необходимых изменениях в музыке и постановке. Как будто состоялось и эпизодическое представление II акта балета. Тогда делается понятным, как Л. Иванову удалось так быстро показать новую постановку акта лебедей позднее — на траурном вечере памяти Чайковского. В январском номере журнала «Артист» за 1894 год под рубрикой «Хроника. Петербург. Мариин-ский театр» помещено следующее сообщение: «Предполагавшийся к постановке только в будущем сезоне балет «Лебединое озеро» П. И. Чайковского будет поставлен в Мариинском театре в этом сезоне в феврале с г-жой Пьериной Леньяни. Балет этот шел несколько лет назад в московском Большом театре».
Внезапная кончина Чайковского всколыхнула русское общество. Статьи о нем появились в русских и иностранных газетах и журналах. При таких условиях дирекция императорских театров не могла оставаться в стороне от желания представителей общественно-художественных организаций почтить память композитора концертами из его сочинений. Возникла мысль о показе на вечерах 17 и 22 февраля 18J4 года 11п.акда. «Лебединого озера». Его поставил Л. Иванов. Сбор от первого •концерта предназначался на сооружение памятника на могиле Чайковского, от второго — на установку его статуи в здании консерватории и «для составления капитала в память П.И.Чайковского для пособия.. артистам и композиторам». Таким образом, речь шла об общественном мероприятии. Великосветская публика мало интересовалась траурным концертом и не присутствовала на вечерах памяти Чайковского, зато демократическая часть общества демонстрировала неизменную любовь к великому музыканту. Ее запросы, видимо, и сыграли решающую роль в петербургском возобновлении «Лебединого озера». Вокруг него сплотились люди, чтившие память Чайковского и стремившиеся вернуть его первенца к сценической жизни.
Одно бесспорно: вопрос о постановке всего балета «Лебединое озеро» окончательно был решен лишь после успешного показа II акта. 16 августа 1894 года М. Чайковский, душеприказчик композитора, дал согласие на пересмотр партитуры и взял на себя переделку сценария. Директор императорских театров Всеволожский отвечал ему, что ждет с нетерпением присылки сценария: «Нельзя заказывать декораций, пока не решим сюжет, а время не терпит». Тогда же он приобрел музыку для ее реализации в Петербурге. Одновременно с письмом к Всеволожскому М. Чайковский написал Р, Дриго, который ответил, что репетиций еще не было и что, получив переделанный сценарий, он немедленно займется, «по договоренности с Ивановым и Петипа, установлением порядка музыкальных номеров». Когда новая редакция сценария была получена, Всеволожский передал ее «Иванову для переговоров с Дриго». При этом директор писал: «Я полагаю, что Петипа, который теперь смотрит молодцом (после перенесенной им болезни.— Ю. С), будет главным руководителем в постановке балета». Из этого письма видно, что, как и в период постановки II акта, Иванов единолично работал с Дриго; Петипа вошел в это дело позднее на правах «верховного главнокомандующего».

Инициативный и властный Всеволожский тоже приложил руку к переделке балета. Он потребовал изъятия из спектакля сцены наводнения, потому что «наводнения так избиты и скверно удаются на нашей сцене». Трактуя происхождение картины наводнения в плане чисто зрелищном, он даже не знал музыки и не интересовался ею. Другое замечание Всеволожского имело цензорский характер: «И зачем принц срывает корону с головы любимого лебедя и губит его? Все это так нелепо и бестолково». В замаскированной форме директор квалифицировал этот поступок как неприличную выходку на императорской сцене, да еще в возможном присутствии царской семьи. Всеволожский не понял внутреннего смысла этого эпизода у Чайковского; как и в первом замечании, он шел лишь от внешнего действия. Но воля его оставалась непреклонной, сюжет соответственно был изменен, а партитура лишилась замечательного эпизода бури.
Если вмешательство Всеволожского в «Лебединое озеро» можно расценить как отрицательное, то итоги работы М. Чайковского над сценарием двойственны. В письме к Ларошу он сообщал, что убрал ряд глупостей. Действительно, его переделка уточнила сюжетный смысл либретто, облагообразила текст. В частности, М. Чайковский внёс ясность в обрисовку врага, преследующего Одетту: раньше он представал то в женском обличье мачехи-совы (II акт), то в мужском облике Ротбарта (III акт); теперь появился цельный образ филина Ротбарта. Убрав из II акта «перлы» в духе лубочной литературы, сценарист дал новое, более ясное содержание диалогу Одетты и принца. Теперь тема заклятия стала читаться так: чары волшебника-филина будут разрушены, и он погибнет, а девушка освобождена, если найдется юноша, который отдаст ей свою первую любовь и готов будет бороться за нее. Из IV акта исключена сцена размолвки героев, существовавшая в либретто 1877 года, и уточнен не вполне ясный прежде смысл финальной сцены. Вбегает Зигфрид, он молит Одетту о прощении. Она прощает его, но «прощение бессильно», так как враг торжествует победу. Что же впереди? Неволя и жизнь без милого?! И как протест против насилия у обоих возникает мысль о смерти. По либретто 1877 года Одетта в этот момент в бессилии падает на руки принца; звучит «грустная последняя песня лебедя». В новом варианте финала оба героя полны решимости не сдаваться на милость победителя и «смело бросаются в бурные волны озера».1 В связи с этим определяется и судьба «злого гения», ранее остававшаяся неизвестной; Ротбарт гибнет, побежденный самоотверженной любовью героев. К. частным удачам автора нового либретто относится также соединение I и II актов в один. Благодаря этому I акт стал не только экспозицией, но и завязкой драмы.
В некоторых моментах изменения пошли не на пользу спектаклю. Так, например, в новом либретто убраны черты юношеского легкомыслия принца. Во II акте, по плану М. Чайковского, множество охотников участвует в сцене встречи Зигфрида и Одетты. В начале акта введен следующий неуместный эпизод: «Лебеди, обратившись в юных красавиц, окружают Бенно, пораженного волшебным явлением и бессильного против их чар». В III акте сценарист, к сожалению, не воспользовался ремарками композитора относительно вальса. Балет заканчивался пошлым апофеозом: «Подводное царство. Нимфы и наяды встречают Одетту с ее возлюбленным и уносят их в храм вечного счастья и блаженства». В замысле апофеоза чувствовалось явное приспособление к вкусам завсегдатаев императорских театров.
Автором новой редакции партитуры выступил дирижер и композитор Р. Дриго. Другом русского балета назвал его Б. Асафьев. «Ему первому пришлось разгадать смысл нового направления, которое начиналось Чайковским»,— писал он. Дриго стал активным участником создания трех балетов Чайковского и трех — Глазунова. На опыте совместной работы с великими русскими композиторами и собственной сочинительской практики, Дриго полюбил русский балет я его устремление к симфонической музыке. Со своей стороны, русские композиторы высоко ценили Дриго. В частности, о нем хорошо отзывался Римский-Корсаков.
Но Дриго не все понимал и не все верно толковал в партитурах Чайковского. К тому же в работе над «Лебединым озером» сталкивались интересы, которые порой невозможно было примирить.
Отсталое представление Рейзингера о балете как о драматизированном зрелище пагубно сказалось на структуре спектакля и на партитуре. Подход к сценическому действию как к чисто развлекательному, ремесленность его построения, обилие дивертисментных вставок не устраивали Петипа и Иванова. Назад к первотексту хода не было. А при переделке авторского текста жертвы были неизбежны. Одни — по необходимости, другие — в силу творческих принципов Петипа (в меньшей степени — Иванова), третьи — по требованию Всеволожского, четвертые — по желанию исполнителей, в ту пору обладавших широкими правами выбирать и требовать.1
. Музыкант, дирижер рассматривались как помощники руководителя постановки. В особенности, когда им был диктатор русского балета Петипа. Хотел того Дриго или нет, он обязан был подчиняться его воле.
В I акте М. Чайковский, а за ним и. Петипа не увидели намерения композитора дать экспозицию образа героя в танце. Поэтому дуэт его с поселянкой изъят и перенесен в III акт, где стал действенным квартетом Одиллии, Зигфрида, Ротбарта и Бенно. Из трио изъят его лучший эпизод—andante sostenuto: раз не было намерения давать образ в танце героя, отпадал и этот эпизод. А для использования его в качестве дивертисментного adagio трех участников, он справедливо показался трафаретным: лучше было делать трио без adagio.
Во II акте изменения пошли на пользу. Произведена небольшая перестановка номеров, имевшая целью сделать центром акта adagio Одетты и Зигфрида; групповые танцы и соло балерины идут у Дриго после adagio, а не до него, как это было ранее у Рейзингера. Adagio приобрело музыкальное завершение, а следовавший за ним небольшой эпизод в темпе allegro и характер польки был исключен, как не представлявший музыкального и сценического интереса.
Начиная с III акта, Дриго сделался соучастником разрушения партитуры. Он изъял танец кордебалета и карликов и, главное — замечательный секстет; место секстета занял дуэт, перенесенный из I акта. Вместо вариации, имеющейся в дуэте, Дриго вставил фортепианную пьесу «Шалость» (ор. 72 № 12), допустив при этом, очевидно по требованию балетмейстера, произвольное истолкование темпов. Вальс гостей сведен к небольшому эпизоду и тем лишен своего важного значения. Заключительная сцена сокращена и изуродована изъятием репризы вальса. Действенность III акта почти полностью уничтожена; он превращен в костюмированный концерт. Намек на сюжет сохранился лишь в двух разрозненных эпизодах — в Вальсе невест и вставном хореографическом квартете.

Исполняя волю Всеволожского, Дриго сократил в последнем акте эпизод бури, чем разрушил драматургию акта, и изъял замечательные танцевальные эпизоды (№№ 26 и 27), вставив взамен их две фортепианные пьесы из ор. 72 — вальс «Искорка» (№ 11) и «Немножко Шопена» (№ 15).
Ущерб, понесенный музыкой «Лебединого озера», весьма ощутим. Что же это: прихоть, отсталость, невежество Дриго, Петипа и других? Нет. Достаточно вспомнить, что Ларош еще в 70-х годах говорил о необходимости купюр и вставок, что друзья Чайковского — его брат, Юргенсон, Кашкии, Корещенко — ни единым словом не возразили против изменений как сценария, так и музыки; напротив, они горячо одобрили возобновленный спектакль, желали издания нового клавира и новой партитуры. Юргенсон издал вставные номера, обосновав их включение в музыку «Лебединого озера» волей автора.
Трудно представить себе, чтобы все они закрывали глаза на происходившее, в особенности — на забвение подлинной партитуры Чайковского и на недостатки редакции Дриго. Видимо, таков был уровень воззрений на балет и балетную музыку, на задачи музыкально-хореографической образности и содержательности. В реальных условиях императорских театров 90-х годов такой дорогой ценой достигалось движение вперед хореографического искусства, в частности — блестящее воплощение на сцене балета Чайковского «Лебединое озеро». Нельзя не согласиться с Асафьевым: «. По условиям балета того времени, это было сделано наиболее безупречно, сделано тонко: сам балет оказался очень жизнеспособным на протяжении шестидесяти лет». И сегодня когда все потери партитуры в редакции Дриго ясны, отказаться от его работы не так-то просто, а предложить лучшую — еще трудней.

Источник