Меню

Война россии с японией у озера хасан

Что привело к конфликту между СССР и Японией у озера Хасан

80 лет назад на Дальнем Востоке в районе озера Хасан начался вооружённый конфликт между СССР и Японией. В начале августа Квантунской армии удалось перейти советскую границу и закрепиться на стратегически важных высотах. Однако в результате контрудара Красная армия смогла освободить захваченные территории. Историки называют хасанские бои репетицией перед более кровопролитным столкновением на реке Халхин-Гол в 1939 году. О причинах и последствиях советско-японского конфликта — в материале RT.

29 июля 1938 года около 140 солдат Квантунской армии атаковали заставу на сопке Безымянной вблизи озера Хасан, где находились 11 советских пограничников. С большим трудом красноармейцы под руководством лейтенанта Алексея Махалина сдерживали натиск превосходящих сил противника.

После трёх часов боя на помощь к нашим военным подоспели рота 119-го Стрелкового полка и две резервные группы пограничников. В результате японцы были отброшены на 400 м вглубь марионеточного государства Маньчжоу-Го (оккупированная Квантунской армией северо-восточная часть Китая).

Однако в ночь на 1 августа при поддержке артиллерии противник снова перешёл в наступление. Несмотря на упорное сопротивление, пограничники были вынуждены отступить. Японцы вклинились на 4 км советской территории, захватив три высоты — Заозёрную, Безымянную и Пулемётную.

У Безымянной высоты

Труднопроходимая местность и бездорожье помешали 40-й дивизии РККА, отвечавшей за оборону Приморья, оперативно подтянуть силы для нанесения ответного удара по оккупантам. Вечером 1 августа японские позиции атаковала авиация.

Наступление сухопутных войск началось 2 августа и носило неорганизованный характер. Слабая разведка и проблемы со снабжением не позволили вернуть захваченные врагом высоты. Тяжёлые потери понесли 119-й и 120-й стрелковые полки и танковый батальон. 3 августа РККА была вынуждена прекратить атаки и начать перегруппировку.

4 августа посол Японии в СССР Мамору Сигэмицу предложил Москве мирный способ урегулирования конфликта. Советское правительство расценило этот шаг как стремление милитаристов выгадать время для укрепления оккупированных районов.

В тот же день Народный комиссариат обороны СССР выпустил приказ о приведении в полную боевую готовность войск Дальневосточного фронта и Забайкальского военного округа «в связи с провокацией японской военщины».

К тому моменту Квантунская армия успела соорудить на высотах пулемётные и артиллерийские гнёзда, вырыть траншеи, установить заграждения из колючей проволоки и подготовить противотанковые рвы. Общая численность группировки противника составляла 20 тыс. человек.

К 5 августа части РККА завершили подготовку к новому, более масштабному наступлению, сосредоточив у озера Хасан 32 тыс. солдат, 600 артиллерийских орудий, 345 танков, 180 бомбардировщиков и 70 истребителей. Командование операции было поручено начальнику штаба Дальневосточного фронта Григорию Штерну.

6 августа после авиационного налёта в наступление перешли танки и пехотинцы. Несмотря на плотный артиллерийский и снайперский огонь противника, Красной армии удалось добиться успеха. Вечером 118-й Стрелковый полк занял Заозёрную — наиболее важную в стратегическом отношении высоту.

9 августа части РККА выбили японцев с Безымянной и Пулемётной высот. А 10 августа Квантунская армия отступила со всей захваченной советской территории. СССР удалось восстановить статус-кво на Дальнем Востоке. За проявленную отвагу и образцовое выполнение боевых заданий советские дивизии и личный состав получили государственные награды.

Победа досталась Красной армии дорогой ценой. Точных данных о потерях нет, но, по подсчётам Военной академии Генштаба ВС РФ, в сражениях с японскими милитаристами погибли 989 военнослужащих. В других источниках число погибших красноармейцев оценивается в 2 тыс. или 3 тыс. человек. При этом количество убитых оккупантов примерно вдвое меньше.

«Особые гегемонистские претензии»

Бой у Безымянной высоты стал первым серьёзным столкновением между РККА и японскими милитаристами, однако на этом сражении конфликт не был исчерпан. Спустя год советские и японские войска сошлись в кровопролитной схватке на реке Халхин-Гол (Монголия).

Активная стадия боёв с японцами началась 11 мая и продолжалась в течение всего лета 1939 года. В конце августа крупная группировка Квантунской армии попала в окружение. В первой половине сентября после неудачных попыток деблокады своих частей Токио согласился на заключение мирного договора и отказался от претензий на Монголию.

В сражении на Халхин-Голе приняли участие более 100 тыс. человек с обеих сторон. Красная армия под руководством будущего Маршала СССР Георгия Жукова потеряла 9,7 тыс. военнослужащих, а противник, по разным данным, от 17 тыс. до 25 тыс. человек.

Как полагают эксперты Военной академии Генштаба, конфликт между Москвой и Токио был закономерным итогом нарастания напряжённости в Дальневосточном регионе. Япония при поддержке Запада проводила агрессивную экспансию на территориях к северу от захваченной в 1931—1932 годах части Китая (Маньчжоу-Го).

Планы милитаристов из Страны восходящего солнца разделяло и правительство нацистской Германии. В 1936—1937 годах Токио и Берлин вели секретные переговоры о разделе территории СССР в случае вооружённого конфликта.

Помимо Адольфа Гитлера, антисоветские настроения японской элиты подогревали США. Квантунской армии отводилась роль силы, способной значительно ослабить военную машину СССР и заставить Москву перебросить силы с западного направления.

Известно, что в 1930-е годы Япония в рамках финансовой помощи получила от заокеанских спонсоров несколько сотен миллионов долларов. Заигрывание с милитаристами в итоге обернулось трагедией для США. 7 декабря 1941 года японские войска нанесли сокрушительный удар по базе американских ВМС Пёрл-Харбор.

«У Вашингтона были особые гегемонистские претензии. Нападение Японии на Советский Союз давало шанс США выступить в роли посредника, миротворца между двумя державами и тем самым поднять собственный престиж», — отметил в беседе с RT начальник научного отдела Российского военно-исторического общества Юрий Никифоров.

Талант и мужество

Поддержка западных государств в сочетании с интенсивными военными реформами позволила Японии нарастить группировку войск в Маньчжоу-Го. В 1932 году вблизи границ СССР находились 64 тыс. солдат противника, в 1937 году — 200 тыс., а весной 1938 года, перед наступлением на Халкин-Гол — 350 тыс.

Располагая информацией об экспансионистских намерениях Токио, Москва принимала меры по усилению дальневосточного фланга. Однако экономические трудности, слаборазвитая инфраструктура и нехватка кадров объективно снижали военные возможности СССР в регионе.

В июне 1937 года Советскому Союзу удалось сосредоточить на Дальнем Востоке только 83 тыс. военнослужащих, а в 1938 году группировка выросла до 105 тыс. человек. Как полагает Юрий Никифоров, Красная армия смогла остановить японскую агрессию прежде всего благодаря таланту командиров и мужеству солдат.

Эксперт назвал хасанские события «первой пробой сил» Красной армии, напомнив, что в 1930-е годы наркомат СССР стремился «насытить» войска танками и авиацией. Столкновения с Квантунской армией позволили получить опыт использования новой техники и заодно проверить, насколько надёжна оборона Дальнего Востока.

«Конечно, сражение у Хасана не было полномасштабным конфликтом. Вряд ли бои в июле — августе 1938 года могли привести к настоящей войне. Однако эта небольшая победа над японцами позволила осознать ряд слабых и сильных сторон Красной армии и имела важный морально-психологический эффект», — резюмировал Никифоров.

Источник

Конфликт на озере Хасан: пролог, боевые действия, итоги

В 1930-е годы на границах с оккупированной японцами Манчжурией регулярно происходили вооруженные провокации. Самое крупное столкновение произошло в августе 1938 г. на стыке границ с Китаем и Северной Кореей. Это сражение вошло в историю как конфликт на озере Хасан.

Озеро Хасан на карте Приморского края

Предыстория конфликта

13 июня 1938 г. у китайского города Хуньчунь, спасаясь от репрессий, перебежал границу и сдался японцам начальник управления НКВД по Дальневосточному краю комиссар госбезопасности 3 ранга, участник расстрельных троек Генрих Люшков. Преследуемый по делу Ягоды, «нквдешник» попросил у правительства Манчжоу-Го политического убежища. В обмен на собственную безопасность комиссар выдал противнику всю известную ему информацию по ОКДВО:

  • Диспозицию и численность воинских частей;
  • Сведения о вооружении и техники;
  • Радиошифры и радиожаргон.

Позже Генрих Самойлович работал в Токио и публиковал на весь мир статьи, в которых заявлял, что Сталин развязывал террор в целях укрепления личной власти, а все процессы об антисталинских заговорах и немецко-японских шпионах были сфабрикованы.

Был бы мотив, а повод найдется…

Японские милитаристы, давно примерявшие к себе всю Азию, включая и советский Дальний Восток, решили попробовать на зуб Красную Армию. Предлогом для развязывания боевых действий стали территориальные претензии к СССР локального характера. А именно требование отодвинуть государственную границу перед озером Хасан. На оспариваемом участке особое значение имели 2 высоты: сопки Заозерная и Безымянная, по вершинам которых и проходила разграничительная линия сопредельных государств. С местных высот, на которые заявила претензии японская сторона, отлично просматривалась и простреливалась лежащая за озером территория СССР.

20 июня японский посол в Москве Мамору Сигэмицу посетил наркома иностранных дел М. М. Литвинова и в ультимативной форме потребовал отдать Маньчжоу-Го названные сопки и убрать советские погранзаставы с западного берега озера Хасан.

Ультиматум Японии означал, что в случае неудовлетворения требований будет применена вооруженная сила. Таким образом, страной, развязавшей войну на озере Хасан, была Императорская Япония.

В связи с угрозой нападения Японии на СССР приказом наркома обороны Ворошилов от 1 июля 1938 года Особая Краснознаменная Дальневосточная Армия переименована в Краснознаменный Дальневосточный фронт РККА. Командующий Дальневосточным фронтом – маршал Василий Константинович Блюхер. Начальник штаба фронта – комкор Г. М. Штерн, член Военного Совета и начальник Политуправления – комиссар П. И. Мазепов. В составе фронта две армии: 1-я Приморская и 2-я Отдельная Краснознаменная (комкор Иван Степанович Конев).

8 июля было решено установить на сопке Заозерная постоянный пограничный пост. Прибывшие на сопку советские пограничники возвели на контрольно-следовой полосе стандартные пограничные сооружения: отрыли окопы и установили заграждения из колючей проволоки.

Японская сторона заявила, что советские пограничники нарушили государственную границу и установили свои ограждения на территории Манчжурии. 3 метра стали удобным поводом для развязывания конфликта.

14 июля прояпонское марионеточное правительство Маньчжоу-Го составило протест о нарушении границы и заявило претензии на сопку Заозерную. 15 июля японский посол в Москве вручил советскому правительству официальную ноту протеста с требованием убрать советских пограничников со спорной территории. Он заявил, что у японского правительства есть основания считать данный район принадлежностью Маньчжоу-Го.

В ответ на дипломатический выпад японцев советская сторона официально отклонила необоснованные требования и предъявила протоколы Хунчунского соглашения 1886 года между Российской Империей и Цинским Китаем с прилагаемыми картами, подтверждающими исторически установленную границу. 22 июля нарком обороны СССР К. Е. Ворошилов отдал распоряжение о приведении Дальневосточного фронта в боевую готовность. В тот же день император Хирохито одобрил разработанный генштабом и военным министром Итагаки план боевых действий у озера Хасан.

Конфликт на озере Хасан глазами японцев

Современные японские историки и исследователи имеют более удобную для их национального самосознания версию тех событий. По их лукавому мнению, вооруженный конфликт у высоты Чжангуфэн был порожден не захватническими планами Токио, а всего лишь недоразумением между СССР и Японией по поводу демаркационной линии. Советские пограничники были замечены на спорных высотах, и это вынудило японское командование, связанное с Маньчжоу-Го договором о совместной защите, применить оружие. Возникший таким образом случайный конфликт был разрешен не победой Красной Армии, а, якобы, дипломатическим путем.

Подробно мнение представителя японской стороны описано здесь.

Похожий вариант можно найти в романе В. Астафьева «Прокляты и убиты». В первой книге «Чертова яма» в пятой главе автор описывает бои на озере Хасан по воспоминаниям персонажа лейтенанта Щуся.

Поскольку сам Астафьев участником хасанских боев не был, можно предположить, что он услышал эту версию когда-то в годы перестройки и потом приплел в свой роман, как «доказательство» несостоятельности советского командования и бессмысленности всей советской истории.

Чтобы понять ложность этих утверждений, достаточно задаться простыми вопросами.

  • Почему японские войска находились на территории северного Китая?
  • С какой целью японская военщина, начиная с 1934 года, методично обстреливала советские пограничные поселки и заставы, вторгалась на советскую территорию и в воздушное пространство, совершала акты провокации, что усиливало напряжение как на границе, так и внутри страны и заставляло органы безопасности выявлять империалистических шпионов, из-за чего в катке репрессий пострадало много невинных людей?
  • Сколько японцы уничтожили китайцев, включая мирное население и военнопленных?
  • Что вообще делала Императорская армия Японии на территории континентальной Азии?

Подготовка японцев и странные инициативы Блюхера

23 июля японские военные выселяют жителей приграничных деревень. На следующий день 24 июля на песчаных пляжах и островах пограничной реки Тумень-Ула появились огневые позиции японской артиллерии. По железной дороге подтянули бронепоезда.

В этот же день командующий Дальневосточным фронтом маршал Блюхер самовольно выехал на место с комиссией урегулировать конфликт и в течение 3 суток не выходил на связь с Москвой. Он приказал засыпать окопы, отрытые на сопке Заозерная, и перенести проволочные заграждения вглубь советской территории.

Мало того, что Блюхер действовал в разрез Главному военному совету РККА, который приказал готовить вооруженный отпор соседям, он еще и превысил должностные полномочия, поскольку погранслужба находилась в ведении НКВД, а не армейского командования. Впоследствии «политика уступок» Блюхера послужила поводом для его ареста и подозрения в лояльности к милитаристской Японии.

24 июля Военный Совет Дальневосточного фронта отдает командованию 1-й Отдельной армии директиву следующего содержания:

(ЦГАСА, ф. 35083, оп. 1, д. 100, л. 40).

Военный совет Дальневосточного фронта полагал, что в пересеченной болотистой местности, где разгорался конфликт, оперативное развертывание большой массы войск невозможно. Поэтому 24 июля в тревожный район прибыли лишь соединения пограничной охраны Дальневосточного края:

  • на сопку Заозерная – 92 пограничника со станковым пулеметом (старший лейтенант Е. С. Сидоренко);
  • на Пулеметную горку – 12 снайперов;
  • на высоту Безымянная – 11 пограничников с ручным пулеметом (помощник начальника заставы «Подгорная», лейтенант А. М. Махалин);
  • высота 68.8 – станковый пулемет «Мáксима».

С флангов район озера Хасан прикрывали погранзаставы «Пакшекори» и «Подгорная».

Конфликт на озере Хасан

Вид на озеро Хасан и сопку Заозерная

«В эту ночь решили самураи перейти границу у реки…»

На рассвете 29 июля японцы пошли на штурм. Первый бой с превосходящими силами противника принял пограничный наряд лейтенанта А. Е. Махалина на высоте Безымянная.

– передал он по телефонному проводу в полевой штаб погранотряда на Заозерной.

Наступающих японцев было в несколько раз больше: около 2 пехотных рот. Пограничный наряд не сможет продержаться долго, но с заставы Пакшекори уже подходит помощь:

  • 2-ая рота 119 стрелкового полка (ст. л-т Левченко),
  • резервный пограничный наряд (л-т Быховцев),
  • а с соседней сопки Заозерной – 20 пограничников (л-т Ратников).
Читайте также:  Особенность ветров озера байкал

С высоты 68,8 действия советских бойцов поддерживал станковый пулемет. Одновременной атакой японцы сброшены с Безымянной. В первый день боев на Хасане погиб Алексей Махалин. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

Конфликт на озере Хасан

30 июля идут бои за сопку Заозерная. Под завесой тумана и мелкого дождя японцы переправляют через реку Тумень-Ула все новые и новые подкрепления. Части пограничной охраны сдерживают натиск. Перестрелки то и дело переходят в рукопашные схватки. Один за другим гибнут защитники советской границы. Многие из них продолжают сражаться, даже будучи несколько раз ранеными.

Диспозиция советских пограничников в районе озера Хасан 29 июля 1938 года

К вечеру становится ясно, что события вышли за рамки пограничной провокации. К местам боев с ближайших погранзастав «Пакшекори» и «Подгорная» подтягиваются батальоны поддержки 118-го Ачинского и 119-го стрелковых полков 40-ой им. Орджоникидзе дивизии. Но, как покажет следующий день, даже этих сил будет недостаточно для обороны хасанского участка границы.

В 3 часа утра 31 июля после мощной артподготовки противник повел наступление одновременно на сопки Безымянную и Заозерную силами 2 пехотных полков. Благодаря многократному численному превосходству на таком узком участке японское командование добилось успеха. После 4-часового боя японцам наконец удалось выбить советских пограничников и передовые армейские подразделения с занимаемых высот.

Обосновавшись на сопках, японцы принялись укреплять свои позиции: вырыли траншеи в полный рост, установили проволочные заграждения, замаскировали полевые орудия и пулеметные гнезда. На песчаных речных островах и противоположном берегу Тумень-Ула разместилась тяжелая артиллерия. Прямые подступы к высотам преграждает озеро, а полоса шириной 150-200 метров между озером и государственной границей сплошь простреливается пулеметным и артиллерийским огнем противника. Возможности для тактического маневра резко ограничивались приказом не переходить границу и действовать в пределах своей территории.

Чрезвычайно выгодные позиции японцем позволяли им отражать контратаки советских частей. В этот же день в штаб 1-ой Приморской армии в Посьете прибывают начальник штаба фронта Штерн, заместитель наркома обороны армейский комиссар Л. З. Мехлис. Приводится в боевую готовность Тихоокеанский флот.

Во время событий на Хасане корабли Тихоокеанского флота оказывали поддержку сухопутным частям: снабжали их боеприпасами, вооружением и продовольствием, перебрасывали в район боев свежие части и эвакуировали раненных. Несли дозорную службу, прикрывали с моря советские рубежи.

К утру 1 августа в район боев стягиваются более крупные армейские части: 2 пехотных и 1 кавалерийский полк 40-й стрелковой им. Орджоникидзе дивизии (полковник З. К. Базаров). В этот день по прямому проводу состоялся известный разговор Блюхера со Сталиным, в котором глава коммунистической партии раскритиковал действия командующего фронтом и прямо спросил, собирается ли он воевать с японцами.

Некоторые исследователи, в частности, И.В. Пыхалов, утверждают, что армейские части прибывали к месту сосредоточения в плохо подготовленном состоянии. Личному составу выдали непристрелянные винтовки, боеприпасы со складов не подходили к вооружению. У солдат не было шинелей для ночевки под открытым небом.

Эта версия частично совпадает с описанием боев на Хасане в пятой главе романа В. Астафьева «Прокляты и убиты»:

Надо понимать, что Астафьев всю жизнь прожил в деревне и слабо разбирался в истории и в военном деле. После развала СССР, как и большинство обиженной творческой интеллигенции, Виктор Петрович принялся разоблачать проклятый строй, в котором он достиг успехов и реализовал писательский талант. Книги, написанные им в 1990-е годы, в частности роман «Прокляты и убиты» и повесть «Веселый солдат», содержат массу исторических неточностей и обращаются больше к эмоциям читателя, нежели к рассудку.

Первые попытки выбить японцев закончились большими потерями

2 августа в штаб прибывает Блюхер и принимает на себя командование войсками. Командующий округом отдает приказ штурмовать высоты и, не переходя границу, выбить с них японцев. Поскольку противник находился в крайне выгодных тактических условиях, спешно организованное наступление не принесло ожидаемых результатов. Советские войска продвигались по узким заболоченным коридорам между озером Хасан и занятыми японцами сопками под плотным орудийным, ружейным и пулеметным огнем. Танки вязли в болотистых канавах, поражались огнем противотанковых орудий. На сплошь простреливаемых участках пехота также несла большие потери. Попытки скинуть противника с сопок продолжались до глубокой ночи. Затем последовал приказ отойти на исходные позиции.

3 августа в район боевых действий прибывают еще не вводившиеся в бой части 40-ой дивизии и свежая 32-я стрелковая дивизия (полковник Н. Э. Берзарин), 2-я отдельная механизированная бригада (полковник А. П. Панфилов) и тяжелая артиллерия. Все эти соединения составляли 39-ый стрелковый корпус, возглавляемый комкором Штерном. В этот же день комиссар Мехлис сообщил в Москву, что В. К. Блюхер не способен выполнять обязанности командующего. В тот же день Блюхер отстранен от командования войсками. Руководил Хасанской операцией начальник штаба Дальневосточного фронта Штерн.

Следует сказать, что сосредоточение войск и подвоз боеприпасов проходили в очень трудных условиях. Непрекращающиеся дожди превратили местные болота в озера, а грунтовые дороги в липкое месиво, в котором вязли и люди, и машины. Поэтому генеральное наступление советских войск задерживалось.

Бои в районе озера Хасан 1938

Японская дипломатия, пытаясь выиграть время, чтобы получше закрепиться на захваченных позициях, прибегла к хитрому приему. 4 августа японский посол встретился с наркомом иностранных дел М. М. Литвиновым по поводу «инцидента у высоты Чжангуфэн» и заявил, что японское правительство намерено разрешить пограничный конфликт мирным путем. Японская сторона начала требовать изменения государственной границы, однако ответ советского кабинета был однозначным: восстановление положения, существовавшего до 29 июля.

5 августа нарком обороны СССР К. Е. Ворошилов направил командующему Дальневосточным фронтом директиву. Подчеркнув своеобразие местности вокруг Заозёрной, нарком разрешил, наконец, действовать в соответствии с обстановкой, при атаке использовать обход противника с флангов через линию госграницы. «По очищению высоты Заозёрная, – указывалось в директиве, — все войска немедленно отвести за линию границы. Высота Заозёрная должна быть в наших руках при всех условиях».

«Но разведка доложила точно, и пошел командою взметен…»

К 5 августа сосредоточение войск завершено, и в районе озера Хасан формируется новая ударная группировка: 32 тыс. человек, 600 орудий, 345 танков. Наземные войска поддерживала авиация и корабли Тихоокеанского флота.

6-го числа началось общее наступление советских войск под руководством нового командующего Дальневосточным фронтом Штерна. План советского командования предусматривал артподготовку силами 3 артиллерийских полков. Успешное проведение Хасанской операции с учетом местного ландшафта требовало трехкратного превосходства наступающей стороны в пехоте и средствах подавления, а также внезапной и одновременной атаки с северной и южной оконечностей озера Хасан.

Конфликт на озере Хасан

Штурмовать захваченные японцами сопки должны были две стрелковые дивизии: 32-ая и 40-ая – состоящие из 3 полков пехоты каждая. Для усиления стрелковых соединений были переданы 32-ой и 40-ой отдельные танковые батальоны 2-ой механизированной бригады, состоящие из легких танков Т-26.

В соответствии с планом, разработанным Штерном, после 2 авиационных налетов и 45-минутной артиллерийской подготовки начиналось наступление наземных войск. Главный удар севернее озера наносит 32-ая стрелковая дивизия. 95-й стрелковый полк с танковым батальоном поддержки наносят удар через границу на высоту Чёрная, а 96-й стрелковый полк должен овладеть высотой Безымянная. 40-я стрелковая дивизия наносит вспомогательный удар с юга в направлении высоты Орёл (119-й стрелковый полк) и сопки Пулемётная Горка (120-й и 118-й стрелковые полки), а затем на Заозёрную, где, соединившись с 32-й дивизией, должны добить противника.

Ночью шел проливной дождь, а с утра над Хасаном стоял плотный туман, исключавший использование авиации. Только во второй половине дня над районом боев появились эскадрильи бомбардировщиков ТБ-3. С 16 до 17 часов по местному времени длились воздушная бомбардировка и работала артиллерия. После чего началось наступление танков и пехоты.

Однако на склонах, занятых японцами, не все огневые средства оказались подавленными, они открыли губительный огонь по наступающей пехоте и бронетехнике. С тщательно замаскированных позиций поражали цели японские снайперы. Советские танки вязли в заболоченной пойме, и пехоте приходилось задерживаться у проволочных заграждений противника и самостоятельно вручную проделывать в них проходы. Препятствовал продвижению огонь артиллерии и миномётов с маньчжурской территории.

К 18 часам части 96-стрелкового полка достигли склона сопки Безымянная и после штыковой атаки заняли ее северо-восточную сторону. Подразделения 118-го стрелкового полка 40-ой стрелковой дивизии достигли сопки Заозерная. После рукопашной схватки советские бойцы заняли высоту.

Однако на рассвете 7 августа японцы подтянули резервы и бросились в контратаку. Поредевшие при штурме сопок передовые подразделения 32-ой и 40-ой стрелковой дивизий с трудом отбивали натиск свежих сил противника. Командующий советской группой войск Штерн докладывал:

Ожесточенные бои шли 6, 7 и 8 августа. Сопки постоянно переходили из рук в руки. Только 9 августа удалось отбить Заозерную. К этому моменту все японские части были отброшены за р. Тумень-Ула.

10 августа 1938 г. японский посол в Москве Сигемицу предложил начать мирные переговоры. Советская сторона согласилась прекратить боевые действия с сохранением статус-кво. В этот же день К. Е. Ворошилов в директиве на имя командования Краснознаменного Дальневосточного фронта сообщил: «с 12:00 местного времени 11 августа 1938 г. все военные действия прекратить; немедленно эти указания довести до всего личного состава…».

Однако даже после официально заключенного перемирия огонь с японской стороны продолжался. Только после того, как советская артиллерия дала плотный залп по пристрелянным рубежам, вражеский обстрел окончательно прекратился.

Итоги боев на озере Хасан

Бои на озере Хасан продолжались на протяжении 13 дней: с 29 июля по 11 августа 1938 года. В ходе боевых действий советские войска выполнили задачу по защите государственной границы и сохранению территориальной целостности СССР. Силы противника были разбиты и отброшены на свою территорию.

В ноябре 1938 г. в музее Владивостока открылась выставка трофейного японского оружия, захваченного на Хасане. Воинские подразделения и отдельные участники боевых действий удостоились правительственных наград:

  • 40-я стрелковая имени Орджоникидзе дивизия была награждена Орденом Ленина;
  • 32-я стрелковая дивизия и Посьетский отряд – орденом Красного Знамени.

Президиум Верховного Совета СССР наградил орденами и медалями 6523 солдата, командиров и комиссаров. 26 наиболее отличившихся воинов были удостоены высшей награды – звания Героя Советского Союза.

Для увековечивания памяти Хасана указом Президиума ВС СССР от 5 июня 1939 года Посьетский район Приморского края был переименован в Хасанский. На сопке Заозерная был сооружен обелиск. Был учрежден нагрудный значок «Участник Хасанских боев».

В 1967 г. в поселке Краскино на горе Крестовой был открыт памятник-монумент «Слава героям Хасана». Аналогичные памятники и стелы в свое время поставили в разных населенных пунктах Приморского края.

  1. Мемориал «Героям Хасана» возле пос. Краскино (Хасанский район);
  2. Памятник «Вечная слава героям боёв у озера Хасан». пос. Раздольное (Надеждинский район);
  3. Танк-памятник Героям Хасана в Посьете.

Вместе с тем, военный конфликт на озере Хасан высветил недостатки в организации вверенного Блюхеру Дальневосточного фронта, а также многочисленные злоупотребления и превышение должностных полномочий командующим Особым Краснознаменным Дальневосточным округом. Так, по результатам боев соотношение потерь в живой силе оказалось 1:1,6 у японцев и у Красной Армии соответственно. Явное нежелание военачальника выполнить приказ Москвы и применить силу по отношению к японским агрессорам возбудили у Главного военного совета подозрения в его преданности Коммунистической партии и Советской Родине. Из секретного приказа наркома обороны Ворошилова о снятии с должности командующего Дальневосточным фронтом Блюхера:

«Даже после получения указания от Правительства о прекращении возни со всякими комиссиями и расследованиями и о точном выполнении решений Советского правительства и приказов Наркома т. Блюхер не меняет своей пораженческой позиции и по-прежнему саботирует организацию вооружённого отпора японцам».

Во время Хасанской наступательной операции маршала отстранили от командования войсками округа. 31 августа в Москве состоялось заседание Главного военного совета о событиях в районе озера Хасан и действиях командующего Дальневосточным фронтом. 22 октября Блюхера арестовали, и он умер через 18 дней в внутренней тюрьме НКВД от осложнения фронтовой раны.

Опыт боевых действий с японцами, полученный Красной Армией на Хасане, активно изучался в комиссиях и управлениях наркомата обороны, Генеральном штабе СССР и военно-учебных заведениях. Были учтены ошибки и слабые места в оперативно-тактической подготовке командиров и координации действий различных родов войск, пересмотрено значение артиллерии в современном бою. Впоследствии полученный опыт был успешно применен при разгроме японцев на Халхин-Голе в 1939 г. и в Маньчжурии в 1945 г.

конфликт на озере хасан

Реакция советского общества. Армия и народ едины

Первые сообщения о японской провокации на озере Хасан вызвали активный отклик у советской общественности. Волна митингов прокатилась по городам, заводам и учреждениям огромной страны. Один из таких митингов проходил и в Хабаровске. Трудящиеся составили резолюцию, в которой подтвердили, что готовы в любой момент встать в ряды бойцов Дальневосточного фронта и с оружием в руках защищать Родину.

В штаб и политуправление 1-й армии, части которой вели бои на Хасане, приходили мешки писем и заявлений от молодых советских патриотов с просьбами зачислить их в действующие ряды.

Аналогичные письма от советской молодежи приходили в комитеты ВЛКСМ. Волна энтузиазма была очень сильной. Заявления в военкоматы подавали передовики производства, имевшие бронь от призыва. Даже матери погибших на Хасане военнослужащих отказывались от установленных законом льгот и просили направить оставшихся сыновей защищать Родину.

Сегодня трудно понять такое поведение советских женщин. Оно указывает на высокое чувство ответственности советских людей перед Родиной, их твердую убежденность в том, что интересы страны выше жизни собственных детей. Как известно, даже родные сыновья Верховного Главнокомандующего Сталина воевали на советско-германском фронте наравне с другими гражданами СССР. Эти примеры говорят нам о том, что у тех людей был совершенно иной менталитет, противоположный буржуазному, меркантильному, не способному ценить ничего, кроме своей персоны и своего имущества.

Раненые под Хасаном прибывали в Хабаровский госпиталь. Здесь трудились известные московские профессора и главный хирург Дальневосточного Краснознаменного фронта профессор М. Н. Ахутин. Благодаря их опыту была снижена смертность среди бойцов, раненных в живот и голову, снизилась доля заболеваний газовой гангреной. Кроме того, Ахутин в своих монографиях давал высокую оценку работе персонала полевого подвижного госпиталя, развернутого в 35 км от места боев. Через этот госпиталь прошли почти все раненные под Хасаном.

Девушки-комсомолки подавали добровольные заявления о направлении их для работы санитарками в полевые госпитали и связистками в район боевых действий. Райкомы ВЛКСМ привлекали комсомольцев на строительство дорог, для набивки пулеметных лент и погрузки снарядов.

Читайте также:  Участие ссср в конфликте у озера хасан

конфликт на озере хасан

Учителя и служащие, рабочие и колхозники, комсомольцы и пионеры собирали деньги и ехали со всех концов Дальневосточного края, чтобы вручить героям Хасана подарки. Раненые бойцы писали в ответ: «Огромное спасибо вам, дорогие товарищи, за ваше внимание и теплую заботу. Мы знаем, что за нами стоит весь народ, единый в своем стремлении до конца разгромить врага, а такая страна, где армия и народ едины, – непобедима».

Бои на озере Хасан в песнях

События на Хасане нашли отражение в народном фольклоре. Так, в 1939 г. на киностудии «Мосфильм» вышел советский пропагандистский фильм «Трактористы», вступительные титры в котором сопровождаются песней «Три танкиста». В песне повествуется как «решили самураи перейти границу у реки» (р. Тумень-Ула), но «разведка доложила точно», и доблестная Красная армия смела зарвавшихся японцев.

В действительности, как видно из всего изложенного выше, ситуация была не такая радужная. К наградам различного уровня было представлено 6532 участника сражения. 960 человек навсегда остались лежать на склонах сопок и в болотистых низинах вокруг озера.

Роль Хасанских боев в советско-японских отношениях

Несмотря на проявившиеся недостатки в организации боевых частей Дальневосточного фронта, Красная Армия выполнила поставленные задачи и выбила противника с захваченных сопок. Особенно хорошо показали себя тяжелые бомбардировщики дальнего радиуса ТБ-3. Японии не улыбалась перспектива получить ковровые бомбардировки своих островов.

Источник



Конфликт у озера Хасан (1938)

Содержание

Начало конфликта

9 июля 1938 года советские войска стали стягиваться, а 12 июля 1938 года пограничниками была захвачена сопка Заозёрная ( 42.446533 , 130.594517 42°26′ с. ш. 130°35′ в. д.  /  42.446533° с. ш. 130.594517° в. д. (G) ), на которую заявляло претензии государство Маньчжоу-го, правительство которого 14 июля 1938 года заявило протест о нарушении своей границы. Уже на следующий день в Москве японский посол в СССР Мамору Сигэмицу потребовал в ноте протеста советскому правительству вывода всех войск СССР со спорной территории. 20 июля он вновь вручил очередную ноту правительства Японии. 22 июля 1938 года Советское правительство «прямо и решительно отклонило требования об отводе войск с высоты Заозёрная».

Вооружённые действия

После этих событий стало ясно, что вооружённого конфликта не избежать, и советские части 118сп , 119сп и 120сп 40-й СД были приведены в боевую готовность. Считалось, что оборона в пересечённой болотистой местности невозможна, так как это мешает стягиванию советских частей к месту событий. 24 июля 3-й батальон 118сп 40-й СД был переброшен к озеру Хасан. 29 июля японские войска, численностью до 150 солдат, пользуясь туманной погодой, захватили сопку Безымянная, но к вечеру советские пограничники отбили высоту. На следующий день японцы вновь предприняли попытку захвата Безымянной ( 42.462817 , 130.5904 42°27′ с. ш. 130°35′ в. д.  /  42.462817° с. ш. 130.5904° в. д. (G) ) и Заозёрной, но пограничники с помощью прибывшего 3-й батальона 118 СП 40-й СД отбили атаку. 31 июля 1938 года К. Ворошилов приказал привести в боевую готовность Приморскую Армию и Тихоокеанский флот. В этот же день японские войска, предприняв новую атаку, заняли сопки. 1 августа, рано утром в район озера Хасан прибыл весь 118сп, а до полудня 119-й и 120-й сп 40-й СД. 1 августа между В. Блюхером и Главным военным советом состоялся разговор по прямой линии, где Сталин резко раскритиковал Блюхера за командование операцией. 2 августа советские войска безуспешно атаковали высоты. Вечером прошел приказ: отойти с вершины Пулеметной на склон и новых атак не предпринимать.3-го августа в районе боевых действий сосредотачивалась 32-я СД, танковая бригада и корпусная артиллерия. 4 августа КДФ Штерн отдал бевой приказ №1: 6 августа 1938г, после авиационной и артиллерийской подготовки 32-й СД с севера и 40-й СД с юга зажать и уничтожить противника между сопкой Заозерная и озером Хасан и восстановить государственную границу. Вечером 6 августа в 17:00 после авиационной и артиллерийской подготовки части 39ск под командованием Г. Штерна и 118-й стрелковый полк 40-й дивизии перешли в наступление и к ночи захватили сопку Заозерная. Несмотря на постоянные атаки японских войск в следующие дни, 9 августа 32-я стрелковая дивизия 39ск заняла высоту Безымянная, а врага отбросили за границу. На следующий день японские войска опять предприняли атаку, но безуспешно. Тем временем, в Москве посол М. Сигэмицу предложил мирные переговоры по решению конфликта.

11 августа 1938 года между советскими и японскими войсками было заключено перемирие.

Последствия конфликта

Потери советских войск составили 960 погибших и 2752 раненых [1] Из числа погибших:

  • погибло на поле боя — 759
  • умерло в госпиталях от ран и болезней — 100
  • пропало без вести — 95
  • погибло в небоевых происшествиях — 6

Японские потери, согласно советским данным, составили около 650 убитых и 2500 раненых [2] .

В результате боёв у озера СССР защитил свои границы, задача была выполнена. В послевоенное время события назывались «блестящей операцией», «разгромом японских агрессоров», хотя, когда В. Блюхер был позже арестован, ему инкриминировались, в частности, ошибки в командовании и то, что он «не сумел или не захотел по-настоящему реализовать очищение фронта от врагов народа» (позже были добавлены обвинения в шпионаже в пользу Японии и другие). Хотя в то же время 40-я стрелковая дивизия была награждена орденом Ленина, 32-я стрелковая дивизия и Посьетский пограничный отряд — орденами Красного Знамени, 26 бойцам было присвоено звание Героя Советского Союза, около 6,5 тыс. человек награждены орденами и медалями. В честь помощника пограничной заставы Алексея Махалина было названо его родное село в Пензенской области, а в честь политрука Ивана Пожарского название получил один из районов Приморского края, а село Тихоновка получило название Пожарское. [3] Все участники боев получили почетный знак «Участнику боев при озере Хасан», который, в предвоенные годы, расценивался чуть ли не как Звезда Героя Советского Союза.

В советское время героям Хасана по всей стране были названы улицы и поставлены памятники. После распада СССР некоторые историки пытаются пересмотреть значение Хасанских событий. Тем не менее, советская армия получила опыт военных действий с японскими войсками, успешно применённый потом на реке Халхин-Гол в следующем году и в Манчжурии в 1945 году.

Источник

75 лет назад начались бои у озера Хасан: война за 3 метра

75 лет назад начались Хасанские бои — серия столкновений в 1938 году между Японской императорской армией и РККА из-за оспаривания Японией принадлежности территории у озера Хасан и реки Туманная. В Японии эти события именуются «инцидент у высоты Чжангуфэн» (яп. 張鼓峰事件).

Этот вооруженный конфликт и все драматические события, происходившие вокруг него, стоили карьеры и жизни видному герою Гражданской войны Василию Блюхеру. С учетом последних исследований и архивных источников возникает возможность по-новому взглянуть на то, что происходило на советском Дальнем Востоке в конце 30-х годов прошлого столетия.

Далее: почему маршалу Блюхеру выбили глаз и приговорили к расстрелу посмертно, а также уничтожили его родственников? Кто на самом деле нарушил границу? Трагедия 1941 года начиналась у озера Хасан?

Один из первых пяти советских маршалов, первый кавалер почетных боевых орденов Красного Знамени и Красной Звезды Василий Константинович Блюхер скончался от жестоких пыток (по заключению судмедэксперта, смерть наступила от закупорки легочной артерии тромбом, образовавшимся в венах таза; был вырван глаз. — Авт.) в Лефортовской тюрьме НКВД 9 ноября 1938 года. По приказу Сталина его тело отвезли для медосвидетельствования в печально известную Бутырку и сожгли в крематории. И только через 4 месяца, 10 марта 1939 года, судебные инстанции приговорили мертвого маршала к высшей мере наказания за «шпионаж в пользу Японии», «участие в антисоветской организации правых и в военном заговоре».

Этим же решением к расстрелу были приговорены первая жена Блюхера Галина Покровская и жена брата Лидия Богуцкая. Еще через четыре дня расстреляли вторую жену бывшего командующего Отдельной Краснознаменной Дальневосточной армии (ОКДВА) Галину Кольчугину. Третью — Глафиру Безверхову — еще ровно через два месяца Особое совещание при НКВД СССР приговорило к восьми годам исправительно-трудовых лагерей. Чуть раньше, в феврале, был расстрелян и брат Василия Константиновича капитан Павел Блюхер — командир авиазвена при штабе ВВС ОКДВА (по другим данным, умер в заключении в одном из лагерей на Урале 26 мая 1943 г. — Авт.). До ареста Василия Блюхера были брошены в казематы НКВД его порученец Павлов и шофер Жданов. Из пяти детей маршала от трех браков старшую — Зою Белову в апреле 1951 года осудили на 5 лет ссылки, судьба самого младшего — Василина (на момент ареста Блюхера 24 октября 1938 г. ему было всего 8 месяцев), со слов матери Глафиры Лукиничны, отбывшей срок и полностью реабилитированной (как и все остальные члены семьи, включая Василия Константиновича) в 1956 году, так и осталась неизвестна.

Так что же послужило поводом к расправе над столь известной и уважаемой в народе и в армии фигурой?

Как выясняется, если Гражданская война (1918-1922 гг.) и события на КВЖД (октябрь-ноябрь 1929 г.) были взлетом и триумфом Василия Блюхера, то настоящей его трагедией и точкой отсчета падения стал первый вооруженный конфликт на территории СССР — бои у озера Хасан (июль-август 1938 г.).

Озеро Хасан расположено в горной части Приморского края и имеет размеры около 800 м в ширину и протяженность с юга-востока на северо-запад в 4 км. Западнее его находятся сопки Заозерная (Чжангу) и Безымянная (Шацао). Их высоты сравнительно невелики (до 150 м), но с их вершин открывается вид на Посьетскую долину, а в ясную погоду видны окрестности Владивостока. Всего в 20 с лишним километрах на запад от Заозерной протекает пограничная река Тумень-Ула (Тумэньцзян, или Туманная). В ее нижнем течении проходил стык маньчжуро-корейско-советской границы. В советское довоенное время государственную границу с этими странами не обозначали. Все решалось на основании Хунчуньского протокола, подписанного с Китаем еще царским правительством в 1886 году. Граница была зафиксирована на картах, но на местности стояли только номерные знаки. Многие высоты в этой погранзоне никем не контролировались.

Москва полагала, что граница с Маньчжурией «проходит по горам, расположенным к западу от озера Хасан», считая сопки Заозерную и Безымянную, имевшие в этом районе стратегическое значение, советскими. Иного мнения были японцы, контролировавшие правительство Маньчжоу-Го и оспаривавшие эти высоты.

Поводами к началу Хасанского конфликта, по нашему мнению, послужили по крайней мере три обстоятельства.

Во-первых, 13 июня в 5 час. 30 мин. утра именно в этом районе (восточнее Хунчуня), контролировавшемся пограничниками 59-го Посьетского погранотряда (начальник Гребенник), перебежал на сопредельную территорию с секретными документами, «чтобы передать себя под защиту властей Маньчжоу-Го», начальник Управления НКВД по Дальневосточному краю комиссар госбезопасности 3-го ранга Генрих Люшков (ранее начальник УНКВД по Азово-Черноморскому краю).

Как заявил японским властям и газетчикам перебежчик (впоследствии до августа 1945 г. советник командования Квантунской армии и генштаба Японии), истинными причинами его побега было то, что он якобы «пришел к убеждению, что ленинизм не является больше основополагающим законом Коммунистической партии в СССР», что «Советы находятся под персональной диктатурой Сталина», ведущего «Советский Союз к самоуничтожению и войне с Японией, чтобы с ее помощью «отвлечь внимание народа от внутриполитической ситуации» в стране. Зная о массовых арестах и казнях в СССР, в которых он сам принимал непосредственное участие (по оценкам этого «видного чекиста», был арестован 1 млн. человек, в том числе в правительстве и в армии — 10 тыс. человек. — Авт.), Люшков вовремя понял, что и над ним «нависла опасность расправы», после чего он и совершил побег.

Сдавшись маньчжурским патрульным пограничным войскам, Люшков, по свидетельствам японских разведчиков Коиторо и Онуки, передал им «ценные сведения о советской Дальневосточной армии». 5-й отдел генштаба Японии сразу же пришел в замешательство, так как явно недооценивал истинную численность советских войск на Дальнем Востоке, обладавших «подавляющим превосходством» над их собственными войсками, дислоцированными в Корее и Маньчжурии. Японцы пришли к выводу, что «это делало фактически невозможным осуществление ранее составленного плана военных операций против СССР». Проверить же сведения перебежчика можно было только на практике — путем локальных столкновений.

Во-вторых, учитывая явный «прокол» с переходом границы в полосе 59-го отряда, его командование трижды — 1,5 и 7 июля запрашивало штаб Дальневосточного погранокруга дать разрешение на занятие высоты Заозерной, чтобы оборудовать на ней свои наблюдательные позиции. 8 июля наконец такое разрешение из Хабаровска было получено. Путем радиоперехвата это стало известно японской стороне. 11 июля на сопку Заозерная прибыл советский пограничный наряд, который ночью и оборудовал на ней окоп с проволочными заграждениями, выдвинув его на сопредельную сторону за 4-метровую погранполосу.

Японцы тут же обнаружили «нарушение границы». В результате временный поверенный в делах Японии в Москве Ниси передал заместителю наркома иностранных дел СССР Стомонякову ноту своего правительства с требованиями «покинуть захваченную маньчжурскую землю» и восстановить на Заозерной «границу, существовавшую там до появления окопов». В ответ советский представитель заявил, что «ни один советский пограничник и на вершок не заступил на сопредельную землю». Японцы негодовали.

И, в-третьих, 15 июля вечером на гребне высоты Заозерной в трех метрах от линии границы начальник инженерной службы Посьетского погранотряда Виневитин выстрелом из винтовки убил «нарушителя» — японского жандарма Мацусиму. В тот же день посол Японии в СССР Сигемицу посетил советский Наркомат иностранных дел и вновь в категоричной форме потребовал отвести советские войска с высоты. Ссылаясь на Хуньчуньское соглашение, Москва и во второй раз отвергла требования Токио.

Через пять дней японцы повторили свои претензии на высоты. При этом посол Сигемицу заявил наркому иностранных дел СССР Литвинову, что «его страна имеет права и обязательства перед Маньчжоу-Го» и в противном случае «Япония должна будет прийти к выводу о необходимости применения силы». В ответ японский дипломат услышал, что «успешного применения этому средству он в Москве не найдет» и что «японский жандарм убит на советской территории, куда ему не следовало приходить».

Узел противоречий затянулся.

В связи с подготовкой японцев к вооруженным провокациям еще 23 апреля 1938 года в пограничных и внутренних войсках Дальневосточного края была повышена боевая готовность. Беря во внимание сложную военно-политическую обстановку, складывающуюся на Дальнем Востоке, 28-31 мая 1938 года состоялось заседание Главного военного совета РККА. На нем был заслушан доклад командующего ОКДВА маршала Василия Блюхера о состоянии боеготовности войск армии. Итогами Совета стало преобразование с 1 июля ОКДВА в Дальневосточный фронт (ДКФ). Решением Комитета обороны в июне-июле численность дальневосточных войск была увеличена почти на 102 тыс. человек.

Читайте также:  Озеро бакалар где это

16 июля командование 59-го Посьетского погранотряда обратилось в штаб 1-й Краснознаменной армии с просьбой усилить гарнизон высоты Заозерная одним стрелковым взводом из роты поддержки 119-го стрелкового полка, прибывшей в район оз. Хасан еще 11 мая по приказу Блюхера. Взвод был выделен, но 20 июля командующий ДКФ приказал отвести его к месту постоянной дислокации. Как видно, уже тогда прозорливый и опытный маршал явно не хотел эскалации конфликта.

Ввиду обострения ситуации 6 июля Сталин направляет в Хабаровск своих эмиссаров: первого заместителя наркома внутренних дел (8 июля 1938 г. другим «боевым» замом наркома Ежова стал Берия. — Авт.) — начальника ГУГБ Фриновского (в недавнем прошлом начальника Главного управления пограничной и внутренней охраны) и заместителя наркома обороны — начальника политуправления РККА (с 6 января 1938 г. — Авт.) Мехлиса с задачей навести в войсках ДКФ «революционный порядок, повысить их боевую готовность и «в семидневный срок провести массовые оперативные мероприятия по изъятию противников Советской власти», а заодно церковников, сектантов, подозреваемых в шпионаже, проживавших на территории региона немцев, поляков, корейцев, финнов, эстонцев и т.д.

Всю страну захлестнули волны «борьбы с врагами народа» и «шпионами». Найти таких эмиссарам предстояло и в штабах Дальневосточного фронта и Тихоокеанского флота (только среди руководящего состава ТОФ за 20 июльских дней в их списки «вражеских агентов и пособников» попали 66 человек). Не случайно Василий Блюхер после того, как 29 июля Фриновский, Мехлис и начальник политуправления ДКФ Мазепов побывали у него дома, в сердцах признался жене: «. приехали акулы, которые хотят меня сожрать, они меня сожрут или я их — не знаю. Второе маловероятно». Как мы теперь знаем, маршал был прав на все сто.

22 июля в войска был направлен его приказ о приведении соединений и частей фронта в полную боевую готовность. Нападение японцев на Заозерную ожидалось на рассвете 23-го. Оснований для принятия подобного решения было достаточно.

Для проведения этой операции японское командование попыталось скрытно сосредоточить 19-ю пехотную дивизию численностью до 20 тыс. человек, бригаду 20-й пехотной дивизии, кавалерийскую бригаду, 3 отдельных пулеметных батальона и танковые подразделения. К границе были подтянуты тяжелая артиллерия и зенитные орудия — всего до 100 единиц. На ближайших аэродромах в готовности сосредоточились до 70 боевых самолетов. В районе песчаных островов на р. Тумень-Ула ими были оборудованы огневые позиции артиллерии. Легкую артиллерию и пулеметы разместили на высоте Богомольной в 1 км от Заозерной. В заливе Петра Великого у территориальных вод СССР сосредоточился отряд эсминцев ВМС Японии.

25 июля в районе погранзнака # 7 японцы обстреляли советский пограничный наряд, а на следующий день усиленная японская рота захватила пограничную высоту Чертова Гора. Обстановка накалялась день ото дня. Чтобы разобраться в ней и в причинах ее обострения, маршал Блюхер 24 июля направил на Хасан для расследования комиссию штаба фронта. Причем о ее существовании знал только узкий круг лиц. Доклад комиссии командующему в Хабаровск был ошеломляющим: «. наши пограничники нарушили маньчжурскую границу в районе сопки Заозерная на 3 метра, что повлекло за собой возникновение конфликта на озере Хасан».

26 июля по приказу Блюхера с сопки Безымянной был снят взвод поддержки и поставлен лишь пограннаряд в составе 11 человек во главе с лейтенантом Алексеем Махалиным. На Заозерной же размещалась рота красноармейцев. В Москву на имя наркома обороны Ворошилова ушла телеграмма командующего ДКФ «о нарушении маньчжурской границы» с предложением «немедленного ареста начальника погранучастка и других виновников в провоцировании конфликта с японцами». Ответ «красного конника» Блюхеру был кратким и категоричным: «Прекратить возню со всякими комиссиями и точно выполнять решения Советского Правительства и приказы Наркома». На тот момент, как представляется, открытого конфликта еще можно было избежать политическими средствами, но его механизм был уже запущен с обеих сторон.

29 июля в 16 часов 40 минут японские войска двумя отрядами численностью до роты атаковали высоту Безымянную. 11 советских пограничников приняли неравный бой. Пятеро из них были убиты, смертельное ранение получил и лейтенант Махалин. Подоспевший резерв пограничников и стрелковая рота лейтенанта Левченко к 18 часам выбили японцев с высоты и окопались. На следующий день между сопками Безымянная и Заозерная на высотах занял оборону батальон 118-го стрелкового полка 40-й стрелковой дивизии. Японцы же при поддержке артиллерии предприняли ряд безуспешных атак на Безымянную. Советские бойцы стояли насмерть. Уже первые бои 29-30 июля показали, что завязался необычный инцидент.

В 3 часа утра 31 июля вслед за сильной артподготовкой два батальона японской пехоты атаковали высоту Заозерная и один батальон высоту Безымянная. После ожесточенного неравного четырехчасового боя противнику удалось-таки занять указанные высоты. Неся потери, стрелковые подразделения и пограничники отошли в глубь советской территории, к озеру Хасан.

С 31 июля в течение более недели японские войска удерживали эти сопки. Атаки частей Красной Армии и пограничников были безуспешными. 31-го же числа на Хасан от командования фронта прибыли начштаба Штерн (до этого под псевдонимом «Григорович» год воевал Главным военным советником в Испании) и Мехлис. В тот же день последний доложил Сталину следующее: » В районе боев нужен настоящий диктатор, которому все было бы подчинено». Следствием этого 1 августа стал телефонный разговор вождя с маршалом Блюхером, в котором тот категорично «рекомендовал» комфронта «выехать на место немедля», чтобы «по-настоящему воевать с японцами».

Блюхер выполнил приказ только на следующий день, вылетев во Владивосток вместе с Мазеповым. Оттуда на эсминце в сопровождении командующего ТОФ Кузнецова они были доставлены в Посьет. Но сам маршал практически не очень стремился участвовать в операции. Возможно, на его поведение повлияло и известное сообщение ТАСС от 2 августа, где была дана недостоверная информация о том, что японцы захватили советскую территорию до 4 километров. Антияпонская пропаганда делала свое дело. И вот уже вся страна, введенная в заблуждение официальным заявлением, с яростью стала требовать обуздать зарвавшихся агрессоров.

1 августа был получен приказ наркома обороны, который требовал: «В пределах нашей границы смести и уничтожить интервентов, занявших высоты Заозерная и Безымянная, применив в дело боевую авиацию и артиллерию». Эту задачу было поручено решить 39-му стрелковому корпусу в составе 40-й и 32-й стрелковых дивизий и 2-й механизированной бригады под командованием комбрига Сергеева. Общее руководство операцией Климент Ворошилов возложил при действующем командующем ДКФ на его начальника штаба комкора Григория Штерна.

В тот же день японцы в районе озера Хасан применили свою авиацию. Огнем зенитных средств противника были сбиты 3 советских самолета. Вместе с тем, овладев высотами Заозерная и Безымянная, самураи совсем не стремились продолжать захватывать «целые куски советской территории», как утверждали в Москве. Зорге докладывал из Токио, что «японцы обнаружили желание разрешить все неясные пограничные вопросы дипломатическими средствами», хотя и с 1 августа начали укрепление всех оборонительных позиций в Маньчжурии, в том числе сосредоточив «на случай контрмероприятий с советской стороны вокруг района столкновения фронтовые части и резервы, объединенные командованием корейского гарнизона».

В этой обстановке наступление советских войск из-за противодействия противника, проявившихся недостатков в организации взаимодействия артиллерии с пехотой, без авиационной поддержки из-за нелетных погодных условий, а также плохой выучки личного состава и слабой материально-технической обеспеченности, всякий раз проваливалось. Кроме того, на успех боевых действий Красной Армии существенно влиял запрет на подавление огневых средств противника, действовавших с маньчжурской и корейской территорий, и на любые пересечения госграницы нашими войсками. Москва все же опасалась перерастания пограничного конфликта в полномасштабную войну с Токио. И, наконец, на месте стал все время вмешиваться в руководство соединениями и частями, внося неразбериху и путаницу, Мехлис. Однажды, когда тот попытался направить 40-ю стрелковую дивизию наступать, несмотря ни на что, в лоб японцам, по лощине между двумя сопками, дабы противник «не оскальпировал бы» это соединение, маршал Блюхер был вынужден вмешаться и отменить приказ «партийного эмиссара». Все это зачлось комфронта уже в скором будущем.

3 августа 39-й корпус был усилен еще одной — 39-й стрелковой дивизией. Командиром корпуса был назначен Штерн. На следующий день Ворошилов в новом оперативном приказе # 71сс «для готовности к отражению провокационных нападений японо-маньчжур» и «в любой момент нанести мощный удар зарывающимся наглым японским агрессорам по всему фронту» приказал привести в полную боевую готовность все войска Дальневосточного Краснознаменного фронта и Забайкальского военного округа. В приказе также было подчеркнуто: «Ни одной пяди чужой земли, в том числе и маньчжурской, и корейской, мы не хотим, но и своей Советской земли никому, японским захватчикам в том числе, никогда не отдадим ни вершка!» Реальная война как никогда близко стояла у порога советского Дальнего Востока.

К 4 августа в составе 39-го стрелкового корпуса в районе Хасана насчитывалось около 23 тыс. человек личного состава, на вооружении имелись 237 орудий, 285 танков, 6 бронемашин и 1 тыс. 14 пулеметов. Корпус должна была прикрывать авиация 1-й Краснознаменной армии в составе 70 истребителей и 180 бомбардировщиков.

Новое наступление советских войск на высоты началось во второй половине дня 6 августа. Неся большие потери, к вечеру им удалось захватить только юго-восточные скаты высоты Заозерной. Гребень же северной ее части и северо-западные командные точки высоты оставались в руках противника по 13 августа, до завершение мирных переговоров сторон. Соседние же высоты Черная и Безымянная также были заняты советскими войсками только после достижения перемирия, в течение 11 и 12 августа. Тем не менее в Москву с поля боя еще 6 августа ушел победный рапорт о том, что «наша территория очищена от останков японских войск и все пограничные пункты прочно заняты частями Красной Армии». 8 августа очередная «деза» для советского народа попала на страницы центральной прессы. А в это время только на Заозерной красноармейцы с 8 по 10 августа отразили до 20 контратак упорно не сдававшейся японской пехоты.

В 10 часов утра 11 августа в советские войска поступил приказ о прекращении огня с 12.00. В 11 час. 15 мин. орудия были разряжены. Но японцы до 12. час. 30 мин. еще продолжали обстреливать высоты. Тогда командование корпусом приказало произвести мощный огневой налет из 70 орудий разных калибров по вражеским позициям в течение 5 минут. Только после этого самураи полностью прекратили огонь.

Факт дезинформации по поводу овладения советскими войсками Хасанскими высотами стал известен в Кремле из доклада органов НКВД только 14 августа. В течение последующих дней состоялись советско-японские переговоры военных представителей двух стран по демаркации спорного участка границы. Открытая фаза конфликта пошла на убыль.

Но в Москве стали быстро анализировать итоги боев на Хасане. В духе времени необходимо было найти крайнего за столь неутешительные результаты боевых действий. По воспоминаниям жены маршала Блюхера Глафиры Лукиничны, он вернулся с Хасана в крайне возбужденном состоянии. В салоне вагона находились Мехлис и Фриновский, но муж, зайдя в купе, несколько раз повторил: «Все, предали, все предали». Уже дома он добавил: «Но Мехлис был прав в одном: в белой гимнастерке я не должен был появляться на линии боевых действий, тем более на передовой, но мне было уже все равно. «.

Предчувствия маршала не обманули. 31 августа в Москве состоялось заседание Главного военного совета РККА. На повестке дня стоял главный вопрос «О событиях в районе озера Хасан». Заслушав объяснения командующего ДКФ маршала Блюхера и заместителя члена военного совета фронта дивизионного комиссара Мазепова, Главный военный совет пришел к следующим основным выводам:

«1. Боевые операции у озера Хасан явились всесторонней проверкой мобилизационной и боевой готовности не только частей, которые непосредственно принимали в них участие, но и всех без исключения войск ДКФронта.

2. События этих немногих дней обнаружили огромные недочеты в состоянии ДКФронта. Обнаружено, что Дальневосточный театр к войне плохо подготовлен. В результате такого недопустимого состояния войск фронта мы в этом сравнительно небольшом столкновении понесли значительные потери 408 человек убитыми и 2807 человек ранеными (по новым, уточненным данным, 960 чел. убитыми и 3 тыс. 279 человек ранеными; общее соотношение потерь СССР и Японии 3:1. — Авт.). «

Основными итогами обсуждения повестки дня стало расформирование Управления ДКФ и отстранение от должности командующего Маршала Советского Союза Блюхера.
Главным виновником этих «крупнейших недочетов» в первую очередь был назван командующий ДКФ маршал Василий Блюхер, по мнению наркома обороны, окруживший себя «врагами народа». Прославленный герой был обвинен в «пораженчестве, двуличии, недисциплинированности и саботировании вооруженного отпора японским войскам». Оставив Василия Константиновича в распоряжении Главного военного совета РККА, его вместе с семьей отправили в отпуск на Ворошиловскую дачу «Бочаров ручей» в Сочи. Там его с женой и братом и арестовали. Спустя три недели после своего ареста Василий Блюхер умер.
(отсюда)

Итоги:
Силы СССР у озера Хасан составляли:
22,950 чел.
1014 пулемётов
237 орудий
285 танков
250 самолётов

Силы японецев:
7,000–7,300 чел.
200 орудий
3 бронепоезда
70 самолетов

Потери с советской стороны
960 погибших
2752 раненых
4 танка Т-26
4 самолёта

Потери с японской стороны (по советским данным):
650 убитых
2500 раненых
1 бронепоезд
2 эшелона

Как видим, явное преимущество в живой силе и технике было у советской стороны. При этом потери превосходят японские. Блюхера и ряд других лиц репрессировали. До 1941 г. оставалось еще 3 года. В боях за Халхин-Гол РККА удалось одержать победу над японцами. Удалось победить маленькую Финляндию, навалившись на неё чудовищно превосходящей мощью, однако так и не сумев добиться её полной оккупации. Но 22 июня 1941 года «очищенная» от «врагов народа» Красная армия, несмотря на значительное преимущество в авиации, танках, артиллерии и живой силе, с позором бежала до Москвы. Уроки Хасана так и не пошли впрок.

Источник